На выходе нас ждали семь наказанных стоящих у чурбанов с опёртыми на них мечами. Жестокий мир…. Жестокие нравы…. Рупос, было дело, отказался. Только он не понимал, что данное действо направлено и на урезонивание его самомнения.

— Тогда клади свою голову, — равнодушно произнёс Наин.

Близость смерти ломает все принципы….

— Локот Аликсий освобождает вас, — я из-за поленницы слушал, как выступал на следующий день перед контрабандистами Наин. — Вещи ваши вернут. Продукты — нет. Это сегодняшний налог на вывоз товара из локотства. В следующий раз едете сначала в Шахматную крепость. Там мы гарантируем вам защиту от зверья и разбоя. Селяне приедут туда сами….

Рынок…. Вчера было принято много различных решений, в результате которых поселение сегодня походило на разворошенный муравейник, и одним из таких решений была организация упорядоченной торговли на Севере. Понятно, что всё это вилами по воде писано, но… появилась цель и, пусть и призрачное, но видение нашего будущего.

— … Ослушаетесь, окажетесь на месте обезглавленных сегодня…

Тут как назло на поляну вышла Алия с Лолом — сыном старосты. Мальчишка за полдня оклемался под действием амулета, и Алия вывела его из ямы, чтобы тот выпустил остатки магии из себя. Представление с ребёнком, который выпускает тонюсенькие молнии из рук, собрало определённое количество народа.

— Наин! — Крикнул Оруз на весь двор. — Вопый снова проворовался! Если смогут, то пусть заберут его с собой. Ну не голову же ему рубить за зерно?

— Заберёте с собой мужичка в Империю, — ровно продолжил инструктировать купцов однорукий гладиатор. — Продавать оркам не советую. Узнаю о таком — лучше здесь не появляйтесь. Доведёте до границы — отпустите. В благодарность вам полагается шкура земляного дракона. Понимаете, что это достойная награда за мою просьбу о рассказах?

Двое из пяти контрабандистов кивнули. Ох… Вряд ли Вопый живым достигнет Империи. Ну, да его проблемы. Раз пятый попадается.

— А своих сжечь дадите? — Спросил бородатый купец.

Наин задумался на пару секунд.

— Выкапывать будете сами?

— Да уж выкопаем.

Вот же ж, что значит предубеждения навеянные верой. Наши сжигали умерших не часто — что орки, что хозяева-люди, не заморачивались такими тонкостями жизни наших душ после смерти, и это в определённой мере откладывалось на восприятии данного действа рабами. Эти же имели представление о смерти, вольных людей, то есть надо обязательно сжечь погибших.

— Значит сожжёте. С костром поможем.

Поможем…. Пришлось ещё поискать желающих рубить деревья. Сырые деревья. А с учётом весны, очень сырые деревья. Только как оказалось, это даже к лучшему. Поскольку сложенная из брёвен пирамида, не смотря на некоторое количество выделенных полусухих дров, не очень-то хотела гореть, пришлось прибегнуть к помощи Алии. И это несколько смягчило мнение хмурых мужиков о нас. Алия встав около пирамиды, около получаса магией поддерживала слабые язычки пламени. То ещё занятие. Тела, не смотря на выделенную драгоценную ткань для обёртывания — смердели. Когда она отошла, на девчонке лица не было.

— Извини Аль, — обнял я её.

— Противно. Это, наверное, плохо? — Пробурчала она, уткнувшись в грудь.

— Почему?

— Неуважение к духам.

— Перестань. Они уже не здесь. Им всё равно. Тело всего лишь оболочка.

— Хромой, мы на каком… — подскочивший Клоп тут же получил толчок в плечо тупым концом копья от Толикама.

— Локот Аликсий… — поправился друг.

Тут дело в чём, разговор происходил неподалёку от контробандистов и они вполне могли услышать Клопа. А по принятому положению, ко мне до отбытия посторонних, все должны были обращаться уважительно. В идеале, через «локот». Меня даже, для придания пущей достоверности, сопровождали двое воинов и Толикам.

— … Вас на какой обоз готовить? — Склонил голову Клоп.

— Готовь на второй.

Разумеется, лучше было не распылять силы и ехать до Шахматной единым табором. Только тут дело в тягловой силе. Можно конечно посмеяться, только за зиму мы умудрились обрасти некоторым количеством скарба. Что-то принесли с кораблей, что-то выменяли у местных, что-то изготовили руками мастеровых. И теперь жаба душила всё оставлять. А лошадей было мало.

— Дозоры уже выехали?

— Да. Три пятёрки в сторону селян и десяток в имперскую сторону. Ещё два сопроводят купцов и там останутся.

— По сколько получается? — Вопрос был скорее риторическим, поскольку высчитать количество людей едущих в Шахматную и разделить их на три обоза (за исключением корабельных и разосланных дозоров) не составляло труда.

— По многу.

Всё забываю, что для Клопа всё, что больше сотни — много. До ста и то задумывается. А вот деньги, на удивление, может считать. Загадка….

— Аликсий, — окликнул, по пути от места сожжения отошедших в мир иной, до ям, Протос. — Эт… — как-то замялся он, подойдя и озираясь на двух крепких ребят рядом. — Мне бы поговорить….

— Я думал, у вас Оруз, али Наин за старшего, — как только отошли от парней, начал староста.

— Так уж вышло что я, — не стал я переубеждать его.

— Воно как…. Ну коли так, то може договоримся о корабле?

— Вроде решили?

— Да я чего предлагаю. Твои помогут его к моей деревне отогнать, а оттуда уже с платой выйдут сюда.

— Боишься, что имперцы раньше нагрянут? — Улыбнулся я.

— Не-е. Это вряд ли. Токмо есть у меня задумки насчёт корабля. Да и вы быстрее так плату получите. Я бы своим письмо отправил. Они уж разберутся.

— Лёд еще не сошёл.

— Там льда… несколько сотен шагов до глади осталось. Да и тонок уже. Собъём.

— Подумаю. Возможно, так и сделаем. А твоя деревня недалеко от моря?

— Чуток боле тыщи.

Местные измеряли расстояние либо неким подобием вёрст, что я для себя именно так и переводил, либо шагами. Разумеется, в данном случае, имелась ввиду наименьшая единица системы.

— Оруз! — Махнул я рукой кособокому гребцу, несущему на плече три жердины.

Ну, вот как не крути, а выделялось его несоответствие. Может, внешне и не понятно было, что одна рука более накачана, но по причине искривления позвоночника плечи были на разном уровне. А когда груз нёс, так вообще бросалось в глаза.

— Что?

— Ну-у!.. — С укором посмотрел я на него.

— Что изволите, локот Аликсий? — Растянулся в улыбке тот.

— Приятно, — протянул я. — Повтори ещё?

— Говори, давай. Мне ещё волокуши проверить надо.

— Староста предлагает ему корабль сейчас отдать. На Императоре сможем обратно скот переправить? Хотя бы лошадей?

— Да для него не груз и с коровами вместе…. На палубу поднимать долго придётся. Это ж всё на лодках, по одной, без причала… — задумался Оруз.

— А гнать через лес? Половину можно потерять.

— Это старосты проблема. Его сын долго у нас будет?

— Если надо, то до прибытия задержим, — понял я мысль Оруза о заложнике.

Доверие доверием, только…. Да какое собственно доверие — первый раз человека видим!

— Обдумать надо…. А так…. Дельная мысль. И голод быстрее пройдёт…. До переезда жаль не успеем. Сейчас соберу всех — обсудим, — бросил он жердины. — Малой! — Окликнул он Штобота. — Бери по одной и к волокушам волоки!

— Упадёт ведь, — покачал я головой, глядя на тощего мальца.

— Пусть ходит. Чтобы жить, надо работать. Я на ужине их с сестрой поближе к себе сажу — чтобы не скармливал боле свою кашу.

День прошёл не совсем обыденно. Ну, не привыкли мы к такому оживлению вялотекущего устоя, хотя вернее безделья. Как бы объяснить внутреннее состояние бывших рабов после того как ноги коснулись этой не самой гостеприимной земли…. Свобода! Ты не должен ничего и никому! То есть работать тоже не должен! И вот такое оживление….