Чрез пару недель брату сознался, что мне надоело балду пинать, да на материной шее сидеть и будто я решил подработать. Типа, охранником планирую устроится. Братан одобрил мое решение и начал мне подсказывать, куда можно пойти. Я ему в лоб и выдал. Мол, хочу в клуб, ну, типа, в клоповник, как я его называл. Братан опешил. Потом, подумал и согласился помочь. Обнял, меня, сказал, мол, ты ведь брат мне. Во я обрадовался!

Мы с ним прикупили мне рубашечку розовую, джинсы пидорские. Пока мерил, чуть не облевался. В примерочной, когда себя в зеркало увидел, дар речи потерял. Хотя до пидора мне еще далеко было, как брат сказал, но мне уже не хорошо стало. Не дай бог кто из пацанов увидит. Братан мне посоветовал прическу сменить. Я еще недели полторы волосы растил, потом братан достал машинку для стрижки, потому что я отказался идти в парикмахерскую и позориться, и сделал мне стрижку. В принципе, терпимо получилось. Как братан сказал, я даже на человека стал походить, а не на гопника. Я обиделся на него за такой базар.

Так вот, выбрали мы вечер субботы, типа в это время в клоповнике директор сидит. Я нарядился в пидорский прикид, братан мне еще гелем хотел волосы уложить, но я воспротивился. Я что, на бармена шел устраиваться или на охранника? Братан смилостивился. Короче, пришли мы в клоповник, я аж офигел, кровь закипела от ненависти. Столько пидоров! Одно радовало – всем в скором времени придет конец.

Подходим мы к бару, братан договаривается с барменом, тот уходит говорить с директором. Через пять минут мы с братаном и с этим пидором-барменом с бабским голосом проходим к директору. Тот окинул меня взглядом, словно я дерьмо какое-то. Если бы у меня не было высшей цели, я бы его послал куда подальше, перевернул бы ему стол и свалил бы. Ан нет, терпел что есть силы.

Пришли остальные бармены, осмотрели меня, словно я достопримечательность какая-то, вопросов назадавали кучу. Я аж вспотел, так нервничал, чтобы не сболтнуть лишнего. Пришлось кое-где откровенно и до тошноты врать. Братан еще за меня слово сказал. В общем, взяли меня в пидорский штат. Я им даже понравился. Сказали, приступать хоть завтра. Хотелось пацанам рассказать, да я сдержался. Чтобы раньше времени они дел не натворили. Конечно, пацаны за меня горой, но если не так поняли бы, могли меня и побить хорошенько. А это не входило в мои планы. Решил сообщить им, когда будет готова база данных.

На следующий день опять нацепил я пидорскую розовую рубашку, какую ни один нормальный пацан не наденет даже под дулом пистолета. Надел свой костюм, в котором я в школе на выпускной, да в училище на экзамены ходил. Братана захватил, чтоб меня представлял своим друзьям-уродам. И пришел в клуб. Выдали мне бейджик с моим именем и должностью. Теперь я охранник в клоповнике!

И начались мои тяжелые ночи. Я старался и держался как мог. Даже взгляд перед зеркалом тренировал и голову старался держать высоко, чтоб не глядеть исподлобья, двигаться старался более плавно, наподобие им, чтоб педики не заподозрили чего и чтоб доверием проникались.

Так вот, скажу тебе, для чего я все это задумал. А все это я задумал, для того, чтобы с пидорами сдружится, чтобы узнать, где они живут, где тусуются, где бывают, во сколько домой приходят. Допустим, я узнаю, что пидор N пошел из клуба домой один. Сразу сообщаю своим пацанам. Они его ловят под домом и учат уму-разуму. Так можно всех пидоров переучить за короткое время!

Через неделю я уже знал адрес одного педика. И на следующий же день сообщил пацанам свой план. Они долго надо мной издевались, мол, будто я решил к этой братии примкнуть. Но потом поняли, что это действительно хорошая идея. И согласились.

Еще через неделю я узнал адреса двоих педиков. Сначала очень тяжело для меня было, сдерживая рвотные позывы, общаться с этими уродами. А потом привык и пошло-поехало. Я ведь, в принципе, парень общительный. Кстати говоря, напарник мой, тоже охранник, оказался довольно замкнутым, из него и слова не выбить. Чувствовал я в нем свою родню, чувствовал, что не нравится ему все происходящее в клоповнике. Но выдавать себя не хотел, раскрыв перед ним свои карты. Педики, в целом, народ мирный, так что в клубе мне особо заняться было нечем, кроме как осуществлять фейс-контроль с напарником – пускать уродов, и не пускать своих пацанов, да трепаться с крысенышами на перекуре. Пидоры сами, выходя покурить, трепали мне кто чем занимается, кто с кем спит, кто с кем изменяет, кто где живет, короче, у меня даже уши вяли. И я мотал себе на ус, запоминал имена, адреса и прочую нужную мне информацию. Когда узнал все почти про всех, решил начать воплощение своей идеи в жизнь.

Как сейчас помню, весь день кровь моя кипела в ожидании часа справедливости. Ночью, когда самый первый уродец собрался домой, а я у него предварительно уточнил куда он едет, я позвонил пацанам и сообщил адрес, по которому надо ждать урода. И, пока пацаны не перезвонили мне, чуть не прыгал, так мне самому хотелось поучаствовать в деле. Они мне сказали, что немного перестарались от азарта и уродец вроде помер. Мне почему-то стало не по себе, даже стало жаль его, но я отбросил все эти мерзкие чувства. Подумал, что так даже будет лучше. В душе потихоньку зародилась гордость оттого, что план приводится в исполнение и скоро все педрилы отойдут на тот свет и клоповник за ненадобностью прикроют. А новые, перед тем, как стать педиками, пусть десять раз подумают, стоит ли. Ведь мы поклялись истреблять всех пидоров, пока сами живы.

В течение новой недели пацаны на тот свет отправили еще пятерых уродов. И после каждого звонили мне и докладывали обстановку смеясь и радуясь. Я тоже чувствовал себя на высоте, хотя нет-нет, да и клевала меня жалость. Да я сразу же себя одергивал. Есть же такая пословица: «Красота требует жертв». Так вот, ради красоты окружающего мира мы приносили в жертву уродцев. Чтоб не развращали новое поколение и не подавали дурной пример. Так что я все-таки считал себя правым.

Как-то раз я вычитал одну статью в газете. Оказывается, в советском союзе статья была за пидорство. Если двух мужиков уличали в мужеложстве, ну если они педиками были, то их без разговоров в тюрьму кидали. Даже многих известных людей. Хоть все уродцы того времени тщательно скрывались, но, тем не менее, какой-то процент кидали за решетку. Считаю, правильный был закон. И только недавно, в начале девяностых годов прошлого века, эту статью отменили. Зачем, спрашивается?

Все педики чуть ли не в один голос твердят, что они не виноваты, что такими стали. Мол, это у них с рождения, это у них в крови. Да это все ложь, не верю я им! Вот я с детства не любил животных, все время их за хвосты таскал, за уши дергал, пинал. А как-то маманя принесла котенка и я его полюбил. Спал с ним, ну не, ты не подумай чего, просто он со мной в кровати спал. Я его на руках таскал, кормил. Так что педики просто врут. Не попалась им нормальная телка, вот и решили свою похоть удовлетворять с мужиками. Оно и понятно, в принципе. С мужиком переспать ума много не надо. Никаких хлопот с контрацептивами, никаких сюси-пуси, не надо убалтывать по месяцу. Потрахался – и гуд бай! Разве мужик за мужиком будет бегать и кричать: «Ах, тебе только мое тело нужно!», «Ах, я беременный!», «Ах, я хочу, чтобы мы поженились!». Ну, и прочая бабская лабуда. Это, конечно, все понятно. Я же не моральный дебил, кое-что понимаю в жизни.

Но ты только представь себе, как может мужик мужику сосать? Да я даже девушку после минета не целую! Отправляю зубы почистить. Или как можно половой акт совершать с мужиком? Это же отвратительно! Чтоб я кому-то?! Или чтоб в меня??? Да никогда в жизни. Я лучше застрелюсь. Ой, пиздец, меня тошнит уже! Нет, что я знаю точно, так это то, что мужчина должен иметь только баб. Чтоб никаких извращенцев Земля-матушка не носила.

Каково мое разочарование было, когда я узнал, что писатель, который написал мою любимую в детстве сказку «Соловей и роза», этот самый Оскар Уайльд, был педиком! Я даже не поверил сначала. А потом залез в интернет. И да-таки, был он педиком. Прикинь? Я нашел в шкафу книжку со сказками и вырвал те страницы.