– Это не самое страшное, – рассмеялся Сэм. – А ты молодец, выдерживаешь эту конкуренцию! Я бы даже сказал, что ты, по сравнению с теми, кто здесь давно работает, например, с Ли Рэем или Микой, даже лучше. Ты себя преподносишь с душой, это сразу видно, а они просто профессионально работают, улыбаются на публику. На самом деле им абсолютно наплевать на всех, для них главное – деньги, да побольше! Ты же не такой и это сразу заметно!

Сэм налил вторую порцию текилы и протянул рюмку визави. Они выпили. Дики скромно улыбнулся.

– Я даже не думал, что произвожу такой эффект. Мне кажется, что я хуже всех выступаю и ощущаю себя последним человеком тут. Из-за этого даже хочется все бросить к чертовой матери и уехать к себе, в свой родной город!

– Но-но! Выбрось из головы такие вещи!

– Правда! Так и думал. Остановило меня лишь то, что там я не смог бы открыться перед своим окружением. У нас же город небольшой, провинциальный, большинство населения представляют себе людей нетрадиционной сексуальной ориентации чем-то грязным, о них не принято говорить вслух. Геев и лесбиянок днем с огнем не сыщешь, а все из-за того, что опасно им на людях появляться – в лучшем случае пальцами будут показывать, а в худшем – забьют. Вот и приходится им, бедным, вести вечную двойную жизнь: на людях они – натуралы, крутящие несерьезные романы с противоположным полом, чтобы родственники и друзья ничего не заподозрили, а свою настоящую сущность открывают только на закрытых вечеринках и среди избранных друзей. Вот так и приходится жить. Лишь единицы открываются, а остальные так и живут, в тени.

Сэм налил текилу по новой. Они выпили.

– И что тебе мешало открыться?

– Понимаешь, палец даю на отсечение, что если бы мои родители узнали о том, что я стал геем, они бы перестали со мной общаться. Они же строгого советского воспитания: штамп в паспорте, муж и жена, ячейка общества и все такое. Они внуков хотят и невестку хозяйственную. А я бы им кого привел? Парня? Представляешь, что с ними бы стало? Да и друзья у меня серьезные люди, они бы меня за больного приняли бы, которому полагается полечиться. Хотя, когда я еще был увлечен девушками, в ту далекую пору, у меня в знакомых были гей с лесбиянкой, к которым я очень хорошо относился.

– Вот видишь, они же как-то открылись тебе. Почему же ты думаешь, что ты не смог бы показать всем, кто ты есть?

– Они же не всем рассказали о себе, а лишь некоторым, самым проверенным. Я бы мог тоже паре-тройке человек сказать, но не больше. А ведь в моем окружении гораздо больше людей! Все равно я бы не смог полностью открыться в своем городе. А здесь меня никто не знает, здесь я начал новую жизнь, здесь и народ более лояльный, потому что насмотрелись на разных туристов. Да и заведение ваше пользуется большой популярностью и довольно знаменитое. Так что здесь мне легче жить.

– Значит, ты избрал легкий путь?

– Ну да, – вздохнул Дики. Сэм снова разлил текилу по рюмкам. Дики выпил и понял, что он хорошо расслабился, голова приятно закружилась.

– Ну что же, каждый делает свой выбор, – улыбнулся Сэм, – и я уверен, что ты все сделал правильно.

– Не знаю, правильно или нет. Все равно мне пока тяжело. Я еще не привык к своей новой роли, иногда думаю, может и правда полечиться? Совсем недавно развелся… Представляешь, в тот момент, когда я начал осознавать себя геем, я был женат! И у меня недавно родилась дочурка. Жена обозлилась на меня и даже видеть ее не давала, стерва! Я по ней скучаю, по своей малютке, но сделать ничего не могу. Недавно вот решил сходить на консультацию к психологу или психиатру, черт его знает, как он правильно называется, этот доктор! Так вот, он меня выслушал и назначил пить антидепрессанты, чтобы плохое настроение снимать. Как их выпью, так и правда легчает, но лишь чуть-чуть. Так вот и живу со всем этим. Прячу свои мысли в себя глубоко-глубоко и вроде нормально. А еще друг, с которым я приехал и который помогал мне переосмыслять себя, Коля, с которым мы вместе на кастинг приходили, вернулся в наш город, не выдержал провала! Теперь у меня тут, кроме вас, никого нет! Так тоскливо…

– Ну, парень! Не вешай нос! Все поправимо! Знаешь, я, кажется, могу тебе кое в чем помочь!

– Да?

– Да, – похлопал Сэм по плечу понурого парня. – По крайней мере, от комплекса по поводу твоей гомосексуальности. Думаю, лечиться тебе не стоит, вижу, ты и так здоров как бык! Так и быть, помогу тебе! Знаешь ведь, что клин клином вышибают? Только от тебя требуется полная покорность, зато через полчаса полегчает! Давай-ка накатим еще по одной!

Они выпили.

– Что за метод?

– Сейчас и узнаешь. Только ответь мне на вопрос, ты хочешь избавиться от своего комплекса?

– Да.

– Предупреждаю, тебе это может не понравиться, но зато действует! Ты готов?

– Была не была! Если мне это поможет, то готов!

– Тогда следуй за мной.

Сэм подошел к маленькой дверце, которую Дики замечал и раньше, только никто толком не мог объяснить, что за ней находится. Вставив ключ в замок, управляющий лихо открыл дверцу и толкнул парня внутрь. Затем щелкнул выключателем. Дики недоуменно озирался.

– Это что?

– Сейчас узнаешь. Раздевайся и становись на колени.

– Не понял?

– Делай, что я говорю. Отказываться поздно.

– Но я…

– Замолкни и делай, что я говорю, – внезапно повысил тон Сэм, вытащив из-за пояса пистолет. Дики разинул рот и понял, что встрял. Он послушно снял с себя все вещи и нехотя встал на колени. Управляющий тем временем нашел наручники и застегнул их на руках парня за спиной. Затем надел ему на голову кожаную маску, в рот засунул кляп, полюбовался беззащитным видом пленника. Достал с полки хлыст и стегнул парня по голым ягодицам. Тот ойкнул от неожиданности.

– Голову в пол! – приказал Сэм и нагнул Дики сильной рукой. – Даже не вздумай сопротивляться! Пистолет все еще у меня! – И он принялся стегать парня по спине и ягодицам.

Дики зажмурился и не двигался, он ощущал только унижение и физическую боль от ударов хлыста, которая разъедала его кожу, но избавляла от прочих мыслей. Когда же боль стала приносить облегчение и даже удовольствие, он испытал небывалое удивление от новых ощущений. Он изогнулся и замычал. Сэмми улыбнулся и сделал с десяток более сильных ударов, наблюдая за реакцией пленника. Тот лежал на полу и не шевелился.

– Хватит с тебя! – довольно хмыкнул он. – Сейчас будет вторая часть процедуры, – и потянулся к полочке…

Спустя двадцать минут Сэм освободил Дики и разрешил ему одеться.

– Ну как ощущения?

– Нормально, – буркнул Дики.

– Парень, – угрожающе начал Сэм, – не стоит дуться! Я ведь сразу понял, что ты любишь боль, поэтому немножко тебя похлестал для твоего удовольствия. И вторая часть тебе понравилась, я же видел. Ну ничего, твоя реакция естественна, так что я спокоен! Как выйдешь на свежий воздух, вздохнешь свободно, подумаешь и поймешь, как хороша жизнь. Цени ее!

Сэм похлопал Дики по плечу и подмигнул ему.

Как и говорил управляющий, как только Дики вышел из клуба на улицу, вдохнул полную грудь воздуха, так сразу и понял, что сегодня ему открылись доселе неведомые ощущения, которые подарил ему Сэм и которые принесли ему наслаждение. Он получал удовольствие и от угрозы оружием, и от того, что находился в подчинении, и от болезненных ударов хлыста, и от секса с умелым мужчиной. Он шел домой, радовался жизни и знал, что это еще не раз повторится! И ему стало легче, как и говорил Сэм! Дики в глубине души был благодарен этому мужчине, хотя понимал, что вслух никогда ему в этом не признается.

В следующий «сеанс» управляющий сразу предупредил, что помощь он будет оказывать в любое удобное для него самого время, поэтому парню лучше сразу смириться с этим.

Когда Сэм в очередной раз неожиданно потянул Дики в синюю комнатку, парень возмутился. Но мужчина быстро смекнул, как он может манипулировать им.

– Надеюсь, ты не хочешь, чтобы твои родные узнали о тебе всю правду?