Хамид отмахнулся, в это время над местом пожара взвился сужающийся книзу огненный столп. Фар вскочил с лавочки, через несколько секунд от автобазы с громким жужжанием прилетела красноглазая муха. Облетев дом с другой стороны в лучах восходящего солнца, инсектоид грузно приземлился рядом с эсэсбешниками. В ноздри офицеров ударил запах горелой органики, длинные волоски на толстых чёрных ногах мухи и нижней пары рук пожелтели и загнулись. Насекомое не сумело устоять на обожженных конечностях, пожарного мотнуло к стене дома, он сполз по ней, развалив полосатое серое пузо. Велев стажёру принести обезболивающее, Ящер кинулся на помощь, но муха лишь отмахнулась и начала доставать из кармана широкого пояса рамку портативного голографического монитора. В разложенной прямоугольной железяке появилось два изображения, одно из которых показывало лишь мерцающую полупрозрачную черноту.

— Какое из них для насекомых? — спросил взволнованно копающийся в аптечке мотоцикла лейтенант.

— Цилиндр с тремя серыми полосками! — ответил ему Фар и повернулся к пожарному. — Ты ради чего до последнего ждал? Меня Потёмкина за тебя затопчет!

— Мы, Креффи, не жалеем себя ради дела, — прогудела репродуктором муха.

— Креффи… Ты не родственник нашего снайпера?

— Он мой средний муж. Все представители нашего вида в городе мои родственники. Передняя камера сожжена, осталась сзади. — Не дав Фару времени для удивления, муха убрала одно из изображений из рамки и увеличила второе.

Фар впервые увидел поджигателя воочию. Но сильно не удивился — очень он уж был похож на перебитых недавно чёрных хирургов. Только сбруя с баллонами делала пиявку оригинальнее. За всю предыдущую жизнь капитан не встречал ни одного аннелидоида, а теперь готовился убить уже четвёртого за месяц.

Сгорбив кольчатую, украшенную двумя красно-оранжевыми полосами спину, мутант на голограмме достал из-под днища броневика тяжёлое запасное колесо и куда-то его покатил. В ответ на вопросительный кивок Фара, муха пояснила:

— Опустошает отсек с запасками.

— Он достаточно большой, чтобы туда забраться? — поинтересовался Ящер. — Да? Вот зачем ему броневик! И вот почему он поджигал автобазы, гаражи и сервисы! — Рептилоид повернулся к Солтанову, который в этот момент пытался вколоть инсектоиду обезболивающее и искал мягкие ткани в сочленениях хитиновых пластин. — Если даже возле сгоревшей машины найдут запаски, на них в суете не обратят внимания. Броневик оттащат в часть, вместе с пиявкой внутри. И в ту же ночь режимный объект с бесполезными пулемётами и бронированными воротами, которые только помешают спасаться, выгорит изнутри вместе со всеми, кто там будет.

— Он не настолько умён, — покачала красноглазой головой Креффи.

— Зато он настолько безумен, этот ваш ходячий огнемёт, — возразил Ящер.

Пиявка на голограмме укатила куда-то второе колесо и, сжав болотного цвета тело, начала залезать в отсек. Эсэсбешники дождались, пока она исчезнет из поля зрения камеры, и оседлав своих моторных скакунов, поехали к автобазе, предварительно велев мухе не вызывать другие машины для ликвидации пожара, пока они не скажут.

Оставив мотоциклы за воротами, держа наготове оружие, Фар и Хамид, прикрыв лица своими полимерными масками и плотно застегнув гермокапюшоны, подходили к красному броневику, держа на прицеле вытянутый овальный люк отсека для запасок под раздвижными задними дверями. Между тем, непотушенные строения потихоньку разгорались снова. В потерявших контроль роботах включилась автономная программа. Один из них вернулся в горящий склад, оттуда слышалось шипение его газовой пушки. Два других, головные и грудные отделы которых из красных стали чёрными, безуспешно пытались зайти в дымящуюся сторожку, тыкаясь в стену и сталкиваясь друг с другом возле дверного проёма. Ящер прицелился, знаком приказал стажёру подойти сбоку к люку, чтобы по команде сдвинуть его вбок. Жёлтое солнце поднималось всё выше, тень от складов всё дальше отползала по утрамбованной земле от пожарной машины. Сенсоры маски зафиксировали движение под днищем броневика, Фар мгновенно замер.

Черноголовые фигуры в чёрных же жилетках остановились слишком далеко, чтобы одним выстрелом сжечь их обоих. Но они уже почуяли ловушку, начали отходить друг от друга и Сифонофор решил действовать. Из-под днища броневика в сторону оперативников вылетел клубящийся огненный шар, от которого они едва успели отскочить. Червь выскочил из укрытия, в движении сжимая и вытягивая шею. Двор наискосок прорезала длинная полоса пламени, обжигающая голые руки разбегающихся в разные стороны эсэсбешников сопровождающим её тепловым потоком. Офицеры несколько раз выстрелили на бегу, пули летали вокруг Сифонофора со звуком звенящих струн. Парочка попала в цель, завязнув в плотной мускулатуре червя и не причинив особенного вреда. Обе прилетели с одной стороны. Первым делом Сифонофор решил разделаться с наиболее опасным из двоих.

Отпрянув от горячего чёрного дыма, вырывающегося из окна поста охраны, Абдельджаффар пригнулся и забежал за ряд обгорелой техники, скрываясь в идущем от неё паре. Аннелидоид забежал за броневик, прикрыв им спину от пуль Хамида. Ноги с присосками делали большие приставные шаги, червь боком прыгал вдоль машин и элашки, на ходу пуская раскалённые струи между их закопченными мокрыми корпусами. Большие оранжевые языки вырывались из белых клубов пара сразу за Фаром, но ряд кончался, а следующим ближайшим укрытием могли послужить лишь приоткрытые ворота мастерской. До них было метров тридцать и оставалось надеяться, что к утренним пробежкам капитан приучал себя не зря. Выпрямившись и глядя прямо перед собой, Ящер пулей рванулся вперёд. Присев и упершись в землю растопыренными кольчатыми пальцами, червь вытянулся в его сторону, пустив вдогонку огненный поток. Казалось, что чем быстрее бежал Фар, тем сильнее жгло его спину. Он влетел в полутьму мастерской, споткнулся о лежащие неподалёку от входа запасные колёса пожарной машины и кубарем покатился по бетонному полу, чуть не упав в яму. Боль от падения он не чувствовал, лишь приятную прохладу.

Впечатлительному иранцу казалось, что его убегающего наставника пытается поджарить дракон из европейских легенд. Выгнутая грязно-зелёная с полосами спина червя вполне могла сойти за змеиное тело, а венчающая её трубка огнемёта была очень похожа на гребень. Пока аннелидоид гонял Арафаилова, у лейтенанта появился неожиданный союзник — пожарный робот распознал в черве источник открытого горения и двигался к нему. Хамид отошёл так, чтобы идущая поодаль машина оказалась между ним и поджигателем. Перс быстро сообразил, как победить это чудовище — выходя из-за робота то справа, то слева, он начал делать редкие одиночные выстрелы, тщательно целясь в оранжевые баллоны на поясе пиявки. А тот в это время развернулся к ним и, волнообразно изгибая вытянутую грязно-зелёную шею, пустил в них расширяющуюся огненную лавину. Подобно бело-жёлтому клину, её разрубала струя огнетушащего газа.

Но вдруг поток огня ослабел и иссяк. Сифонофор понял, что один из баллонов полностью опустошён. Он быстрым движением перевёл в другое положение флажок одного из пары редукторов на поясе, кольчатые пальцы развинтили вентиль. Однако робот был уже прямо перед ним. Он занёс для выпада руку с разжимом-кусачками. Сифонофор однажды пропустил подобный манёвр, а терять сейчас вторую конечность было совершенно не к месту. Нырнув под инструмент, червь оказался сзади робота. Он оплёл вытянутыми гибкими пальцами серые пневмотрубки между грудным и поясничным отделами машины и смял их в один пучок. Сжавшись в плотный комок, Сифонофор, тело которого, по сути, представляло собой сплошной мышечный мешок, швырнул робота назад. Тот не упал, удержал равновесие, растопырив прямоугольники ручных отделов, но оказался задней стороной к червю. Яркое пламя ударило в низ грудного отсека, туда, где трубки соединялись с центральным пневмонасосом. В квадратном корпусе что-то лопнуло и зашипело, робот упал на землю, гудение его агрегатов постепенно заглохло. Оставшийся без защиты человек в чёрном пятился к складам.