На выходе из коридора первого этажа, где располагался ОК, капитану навстречу снова попался красно-чёрный клоп. Инсектоид чуть ли не бежал по коридору с кипой документов в двух парах чёрных лап. Точно новобранец! Вероятно, отправленный кем-то с глаз долой с «важным» бумажным заданием.

Выйдя центральный холл, Ящер попытался как можно незаметнее проскользнуть на лестницу мимо столов с дежурными офицерами. Потому как возле одного из них, у стенда «Лучшие в профессии», прямо перед своим изображением, стоял его новый непосредственный начальник, майор ССБ Этьен Нуаре, высокий и стройный маммолоид-олень. Форменная жилетка сидела на нём идеально, как на манекене, молнии карманов и петли под оружие были перешиты, так что создавали определенный дизайнерский рисунок. Кончики ветвистых тёмно-коричневых рогов были начищены и блестели. Лоснящаяся чёрная шерсть сливалась с цветом формы, превращая офицера в эбеновую статуэтку своеобразного рогатого Аполлона. Не склонный к поэтическим метафорам Альтом, сравнивал его с намасленными неграми из порнографических фильмов человеческих времён.

Как-то совсем не хотелось Фару работать под началом этой фотомодели. До провала дела Квирина, сплетни и слухи, которые олень создавал нарциссическим отношением к своей персоне, компенсировались хорошими результатами работы. Теперь остались только сплетни.

Пока майор скалил свои идеально белые квадратные зубы у столов, Ящер заглянул в свой, а теперь вернее уже не его, кабинет, где располагалась остальная часть команды. Первое, что он увидел, была затянутая в чёрные штаны задница склонившейся над столом Алины. Присутствие в команде женщины ощущалось по изменившейся обстановке в рабочем помещении: два горшка синими колокольчиками на подоконнике, куча документов Альтома на столе разложена в некое подобие порядка. Сам сержант Мазур, развалившись в кресле, развлекал колли ежедневной порцией гадких шуток. Когда нетопырь уставился на вошедшего капитана, Фар показал ему глазами на дверь, осторожно подходя к девушке сзади. Тот вопросительно поморщился. Ящер своей опухшей мордой скорчил гримасу, недвусмысленно предлагающую ушану покинуть кабинет. Однако тот ещё более мерзко сморщил рожу. Увидев её, лейтенант оторвалась от монитора.

— У тебя чего, нерв защемило? Или на клапан надавило? О, здравия желаю, товарищ капитан! — Развернувшись, она заметила Фара.

— Сержант, у тебя чего, никаких дел нет? — прошипел Ящер Мазуру.

— О конечно! — ответил тот. — Я прямо вот сейчас вспомнил, что у меня неотложные дела в гараже! — Ушан изобразил деланное беспокойство и, ехидно улыбаясь, исчез за дверью.

— Хотел подкрасться незаметно? — спросила Алина, подходя и впиваясь в его чешуйчатые губы поцелуем. Одну руку он запустил в её рыжие с белым длинные волосы, другая медленно спускалась вниз по спине.

— Всё никак не привыкну обниматься с маленьким парнем, — шепнула она.

— Маленьким? Чего-то позавчера ты на мои размеры не жаловалась. И это новая причёска? — улыбнувшись, спросил Фар, намотав локон на палец.

— Ой, ладно, ладно! Не маленьким — низким. А довыпендриваешься, постригусь как Вика, — засмеялась она. — Будешь нас путать, нарвешься на скандал.

Это был скрытый упрёк в том, что Ящер запретил афишировать их отношения. Больше всего её растаивал отказ Фара попробовать секс на работе. Бельчихе она завидовала, что ли? Но Ящер был непоколебим. Незачем давать врагам, как внешним, так и внутренним, такой хороший рычаг воздействия на него. Помимо них самих, об их романе знал только чёртов Мазур, который, когда капитан сообщил о зачислении девушки в их группу, утвердительно воскликнул: «А, уже трахаетесь!». И переубедить его уже не было никакой возможности.

Ещё немного пообнимавшись, Фар выяснил у неё, что Нуаре особой приязни к рептилоиду также не питал, а дело о хирургах был решительно настроен завершить, чтобы возвратить свой утраченный престиж. Плохо было дело. Но попытаться пожаловаться Толоконникову стоило. Всё равно к нему идти отмечаться.

Услышав, как хлопнула дверь, из соседнего кабинета с кружкой кофе вылез Альтом, заулыбался, открыл, было, рот для шутки, но Фар его опередил, сказав: «Да, да! Вот так вот быстро». На лестнице у кабинета начальника Ящеру снова попался красно-чёрный клоп. Он спускался справа от него, но тут же, ещё один такой же, обогнал Абдельджаффара слева и поднялся на пролёт выше. Или тот же самый? Офицер остановился и начал недоумённо озираться, но никаких инсектоидов вокруг уже не было. Это что, такие последствия черепно-мозговой травмы? И клопики-солдатики в глазах? Надо позвонить дрозду и сказать доктору, что галлюцинирует клопами.

Не увидев на привычном месте личного телохранителя начальника, Фар осторожно заглянул в секретарскую. Полковник Толоконников стоял у стола секретарши и матерился, тыкая пальцами в мерцающую красным голограмму нового монитора. Секретарша что-то ему визгливо доказывала, старшина Аваров, выставив вперед пузо, украдкой заглядывал из-за плеча начальника кошачьими глазами. Увидев Ящера, старый волк воскликнул:

— А капитан! Подходи! Как настроить операционку новую знаешь? А чего ты такой ошалевший? Выпил, что ли? — спросил мутант, глянув на опухшую зелёную рожу под гермокапюшоном. От самого Виктора Сергеевича отчётливо попахивало коньяком.

— Мне сейчас нельзя, — ответил Фар. — Это чего, VX–Lucius? Не знаю…

— Да не надо её настраивать! Просто Виктор Сергеевич, вместо того, чтобы иконки осторожно направо — налево прокручивать, в них пальцем тычет, и они открываются, — объяснила с умным видом секретарша.

— В том то и дело! В них должны быть настройки чувствительности под любую лапу, клешню. Её разрабатывали в Казахстане. Там у половины населения вообще копыта! Эй, боец! Заходи сюда!

Толоконников обращался к кому-то в дверном проёме. Ящер обернулся, увидел там всё того же вездесущего клопа. «Вы его тоже видите, да?» — чуть было не спросил Арафаилов. К счастью, инсектоид оказался вполне реальным.

— Как настроить VX Люциферус под мои лапы? — спросил его начальник.

— Люциус… — шёпотом поправила его секретарша.

— Да хрен на него! Ну, так как?

— Я не знаю, товарищ… товарищ… — загудел репродуктором клоп, пытаясь вспомнить звание.

— Тамбовский волк тебе товарищ! — улыбнувшись, произнёс свою любимую шутку Толоконников, отпустил новобранца и пригласил Арафаилова в отремонтированный кабинет.

Внутри была обычная уютная полутьма, только старую карту и знамя заменял большой монитор с его голографическим изображением вместо экранной заставки. Давно пора, а то материалы дел после брифинга друг другу по сетке пересылали, да стояли щурились, пытаясь разглядеть, на какую улицу шеф лазерной указкой показывает. Седеющий мутант упал в новое бордовое кресло, украдкой посмотрел на ящик стола, но постеснялся лезть за бутылкой при молодом офицере.

— Товарищ Товарищ… У нас новая система званий? — ёрничал Фар.

— Да, старший товарищ, младший товарищ и подтоварищ. Молодежь, четыре брата клопа сразу пришли устраиваться, всем выводком. Тесты все на отлично сдали, рвения хоть отбавляй. Тупенькие пока, правда, но уж лучше тупенькие молодые, чем старые дураки. Я сам старый дурак, зачем мне вокруг себя других держать. Подсидят, не дай бог! — скалился острыми зубами шеф.

Оказалось, после неудач последнего времени он провёл небольшую чистку кадров, отправив в отставку тех хромых и убогих, кто планировал на местах спокойно досидеть до пенсии. Слишком уж разжирели высокие чины в местной глуши и тиши и противодействовать новым угрозам оказались не способны. Причём кары коснулись не оперативников, их опыт, несмотря на проколы, восполнить было нечем, а административную часть Управления. Половину отделов и служб возглавила перспективная молодёжь, остальная половина оставшихся на местах старожилов теперь побаивалась за свои кресла и начала лучше работать. Правда, косо смотрела и плевалась начальнику в спину. Зато кредиты на ремонт испугалась растащить!