Уфф, слава всем богам, вроде бы всё не так уж страшно, левую щёку, правда, сильно прижгло. Самое главное – глаза целы. А то когда начало плавиться бронезабрало Евы, я всерьёз струхнул. Так и представлял, как вместе с бронёй начинают вытекать глаза… Всё-таки хорошо, что с нынешним уровнем синхронизации повреждения Евы переносятся в значительно ослабленном виде. Иначе даже страшно подумать, каким было бы моё состояние после первого боя, когда Сакиил прошиб Ноль-первому броню и череп из ручного лучемёта. Сквозные ранения головы у нас вроде бы медицина пока лечить не научилась…

Слишком долго любоваться своей внешностью мне не дали. Аккуратно достали из капсулы, уложили в специальную кровать на колёсиках, после чего начали вдумчиво изучать состояние ожогов в частности и организма в целом. Из пересыпанного медицинским терминами диалога удалось уяснить, что дела в общем-то обстоят неплохо. Пересадка кожи не понадобится, а учитывая эффективность новейших препаратов вкупе с моей регенерацией можно ожидать полного восстановления через пару-тройку недель. На все эти тормошения ожоги отреагировали явно негативно – легкое припекание переросло в натуральную боль, на что я не замедлил пожаловаться с намёком, чтобы меня наконец оставили в покое. Врачи отреагировали незамедлительно. На раны наложили странно пахнущие повязки, после чего кольнули какую-то отрубающую гадость. Похоже, мои слова насчёт покоя были восприняты слишком буквально…

И вот уже пятый день неименными пунктами в распорядке дня являются медицинские процедуры, гимнастика для разработки восстановленных мышц и кожи, обильная кормёжка и перевязки. По сравнению с предыдущими сверхнапряжёнными неделями – просто полная расслабуха. Зато наконец-то разобрался со всеми многочисленными долгами по домашним заданиям, да.

А скучать на перевязках приходится из-за того, что эта процедура только называется так. Наши эскулапы, пользуясь случаем, стараются докопаться до сути процесса регенерации. Как рассказывал мне один из них с горящими от восторга глазами: «это уникальная возможность понаблюдать за восстановлением после столь обширных эпидермальных, а также поверхностных и глубоких дермальных ожогов». Нашли подопытного кролика, блин…

…Так, ну, на сегодня процедуры, кажется, закончены.

Санитары наложили новые повязки, помогли надеть больничную рубаху (этакую распашонку с завязками сзади) и проводили до двери. А в коридоре меня уже дожидалась Аянами, сидя на стуле и читая какую-то книгу. Увидев меня, она аккуратно заложила страницу закладкой, захлопнула её и поднялась с места, поправляя накинутый на плечи больничный халат.

Скользнул взглядом по обложке книги – учебник биологии, причём из старшей школы.

Очень занятно – Аянами, как и Юй, из чьих генов она была создана, испытывает большой интерес именно к данной науке. Чем чёрт не шутит, может и есть такая штука, как генетическая память? После пары месяцев в этом мире я уже во что угодно поверю…

– Говорил же тебе, Рей – не жди меня, – устало произнёс куда-то в пространство. – И чего ты тут сидишь-то?

Я уже чётко уяснил, что по упрямству Аянами даст фору очень многим. Если уж она что-то решила, то остановить её могли только очень весомые аргументы.

– Сижу вот, – невозмутимо пожала плечами Первая. – Я тебе ещё фруктов принесла.

– Спасибо, – улыбнулся я. Всё-таки хорошо, когда есть, кому за тобой поухаживать. Без Рей, наверное, быстро бы загнулся от скуки и авитаминоза…

Ну, похоже, именно так она решила про себя, ибо каждый день исправно снабжала меня свежими фруктами и соками, что в условиях хоть и хорошего, но типично больничного питания, было очень даже неплохо. Да и принесённые ею книги из моей формируемой личной библиотеки вкупе с плеером здорово скрашивали досуг, а то ведь на Мисато никакой надежды в этих делах. Как обычно после нападения Ангела оперативный отдел весь в заботах, как в шелках, а уж его глава так особенно…

– Синдзи, там тебя всем классом хотят навестить… – произнесла Рей.

– Ну, так это ж не ко мне с такими вопросами, – пожал я плечами. – Это нужно с врачами и НЕРВом утрясать…

– Нет, меня попросили узнать, не будешь ли ты против?

– Ну, особых восторгов я не испытываю… Но раз хотят, то – пускай.

– Хорошо, я передам твои слова.

***

Дверь с шипением отошла в сторону, и в палату просунулась русоволосая голова.

– О, Синдзи! Здорово! – жизнерадостно поприветствовали меня на английском.

– Артём? – удивлённо произнёс я, откладывая в сторону книгу.

– Так точно, – широко улыбнулся русский старлей. – Собственной персоной. Здравствуй, Рей.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась Аянами, сидящая около моей кровати.

Кондратенко-младший вошел внутрь. Похоже, он тут был с каким-то официальным визитом – из-под традиционного больничного халата виднелся обычный российский мундир….

– Какой ветер тебя сюда принёс? – полюбопытствовал я.

– Даа… – махнул Артём рукой. – В вашем госпитале наших бойцов разместили, приезжали их навещать.

– А ты тут причём? Этим же обычно кто-нибудь из старших офицеров занимается.

– Ты это моему дяде скажи, – хмыкнул Кондратенко. – Он вместо других предпочитает гонять меня по любому поводу. Я только чудом из штаба каждый раз вырываюсь… В общем, всё как обычно. Ты-то как сам?

– Ну… – я вытянул вперёд перебинтованные до кистей руки. – Мумия вернулась.

– Похож, – ухмыльнулся Артём, но затем посерьёзнел и внезапно перешёл на русский. – Хреново?

Ну да, на английском такой ёмкий вопрос задать будет сложно.

– Да более-менее, – поморщился я. Ожоги действительно всё еще ощутимо побаливали… – «Терпи, казак – атаманом будешь…»

– Во, это правильно!.. А всё-таки крутая битва у вас с этим Ангелом вышла – мужики до сих пор записи боя как боевик смотрят.

– Да что я? Это у меня уже чет… третий бой был. А вот для Рей – первый, и справилась она просто отлично. Я в своём первом бою гораздо больше ошибок наделал.

– Слушай, Синдзи… – заговорщицки понизил голос Артём. – Можно бестактный вопрос?

– Можно, – неподдельно заинтересовался я. – Что такое?

– Рей твоя подружка? – покосился на Первую старлей.

– Нет, а с чего ты взял?

– Так я как ни посмотрю – вы всегда вместе… – подмигнул мне Кондратенко. – Темнишь, старик, а?

– Да нет, – рассмеялся я. – Просто Рей – моя младшая сестра.

– Ааа… – протянул Артём. – Понял, извини, если что… Ну, давай, выздоравливай, Синдзи, а мне уже бежать надо. Пока, старик!

– Ага, пока…

Старлей шустро скрылся из моей палаты. Я несколько секунд продолжал смотреть ему вслед, затем негромко хмыкнул и вновь взял отложенную было книгу – «Вторая Мировая. Война на Тихом океане». Пора бы уже наконец ознакомиться со славными моментами военной истории Японии поближе…

– Синдзи, этот офицер упоминал моё имя, – подала голос Рей.

– Ага, – повернул я к ней голову. – Интересовался, кто ты.

– Пилот Евангелиона-00, – без запинки ответила Аянами.

– Не, это-то он знал. Артём спрашивал… Эээ… – неопределённо покрутил пальцем в воздухе, пытаясь подобрать слова.

Первая вопросительно взглянула на меня.

– Короче, сказал ему, что ты моя сестра, – сдался я.

– А, – вроде бы равнодушно, но с какой-то странной интонацией ответила Рей. – Понятно.

***

– Ну, что, как ты тут? – поинтересовалась Кацураги, заходя ко мне в палату. Выглядела она сегодня не так уж и хорошо – даже мастерски наложенная косметика не могла скрыть залегшие под глазами тёмные круги от перенапряжения и усталости.

– Вроде бы ничего, лечусь потихоньку, – ответил я, загоняя в рукоять магазин «глока», который решил для порядка почистить и смазать. Рей ещё в школе, так что мне было несколько скучно. – А вот ты, командир, чего-то неважно выглядишь.

– Паршивец, – устало улыбнулась Мисато, присаживаясь на стоящий рядом с моей кроватью стул. – Женщинам такого говорить нельзя.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: