И пока оба учёных с горящими глазами лазали со своими компами по огромному цеху — для начала всего-то лишь по второму этажу, старик потихоньку исчез.

— Ну, исчез и исчез… кто знает, может, ему отлить приспичило, а при нас не хочет, боится, что проклятие наведём. Иду один, а у боковых ворот карачи стоит. Пыльный, аж клочьями на нём висит, но видно, что живой. У нас в Академии точно такие же… помнишь, Шульгатый доказывал, что, мол, здесь на Комбинате они хоть немного, но другие? Врал. На самом деле и этот — точь-в-точь, как наши, московские… или воткинские. И в Тибетском оазис-улусе — аналогичные. Во всяком случае, внешне. Ну, стоит себе и стоит, есть-пить не просит, что мне с него?

И в соседнем помещении, этажом ниже, увидел я одну любопытную штуку. Вроде видео, только хитрее устроена. Система зеркал и линз, насколько я разобраться успел… и два окуляра, как у бинокля. Видимо, Старые Люди использовали в качестве обзорной аппаратуры. «Комаров» тогда точно не было. Да и видео, и «комары» за столько лет в этих развалинах не уцелели бы.

— «Промышленный перископ» эта система называется, — заметил Савва.

— Ага. Спасибо, Савва. В общем, пока ты там со джет-полями возился… Ромка-джи, не перебивай, потом объясню!.. я всё на эту симпатичную штуку любовался. Не поверишь, но действует! Мутновато, конечно, однако видно почти всё. Огляделся, опаньки! — а в соседней комнате за вывалившейся дверью, комнатка с пультом. А в стене — технологический лючок. Толстенький такой, свинцовенький такой… и с облицовочкой из нержавеющей стали. Ага, думаю, проверим мы это чудо… открыл, стал замерять — глазам не верю. Именно то, что нам нужно для первой партии! Активировал «комара», заранее заныканного и укрытого от старого прохиндея, запустил. Он мне довольно точно всё прикинул. В первом приближении, конечно, но этого вполне достаточно.

Вот тут-то меня гордыня и обуяла! Вначале-то я хотел тебя, Савва, позвать, да в спеси своей подумал, что ты недостоин присутствовать при торжественной минуте и торопливо распаковываю NTUS… Ромка-джи, это контейнер с нано-бульоном и нанороботами, понял? Ну, то, что мы облучать хотели. И именно в диких условиях, на выживание. Сейчас, думаю, спущу его трясущимися от волнения руками прямо в лючок, прикрою крышкой и маячок поставлю. И тут мне сзади ка-а-ак двинут мимоходом по башке!.. оборачиваюсь, а сзади карачи стоит… расшеперился… и самое главное, уже в щупальце контейнер держит! Выхватил из рук во мгновение ока, попутно чуть голову мне не снеся с плеч! Тут я со страху и взвыл… кто же знал?.. И рванул к выходу, пока он меня не убил. Ну, пальнул с перепугу… но, слава небесам, он за мной не погнался!

А вот, тут уже, видимо, у нашей тайной охраны нервы не выдержали. Думаю, из-за карачи всё-таки. Ввалились они всей гурьбой… сзади них где-то старый хрен маячит, не то остановить хочет, не то, наоборот, подбадривает… Савва, помолчи, это я уже для ребят рассказываю, — и начали тут все шмалять, как безумные.

Вот почему я склоняюсь к тому, что — не перебивай, Савва! — склоняюсь я к тому, что старый шаман до последнего не определился. Если бы не эта прискорбная конфузия с шибко бдительным карачи, может, всё и обошлось бы в наших отношениях с Комбинатом!

Ну, а потом мы только и делали, что бегали, как песчаники под обстрелом, кувыркались и отстреливались, и постепенно методично прорывались к тому же тоннелю, что и вы. Мы, понимаешь, на ходу прикинули, что вы оба, скорее всего, — если ещё живы, конечно, — именно туда и двинетесь. Вам нужно было через руины пробираться, а там охраны нет. Так что, шанс был — снова вас увидеть.

Зия и Савва прошли к тоннелю другим путём, разворотив припасённым трофейным сапёр-зарядом стену в одном из цехов. Мужики, однако, на Комбинате упрямые, да и охранники всполошились, прибыли на подмогу. И сидела вся эта орава у Зии и Саввы на пятках до самой той поры, когда учёные наткнулись на Ромку-джи, который так ошалел, что чуть ли не на шею им кинулся. С одной стороны хорошо, что не начал стрелять, а с другой… в общем, растерялся наш Ромка-джи… И будь это полгода назад, отобрал бы у него Егор одно трофейное ухо за потерю бдительности.

Отобрал… если бы не остался Ромка-джи с Саввой прикрывать Зию, всадившему Егору верблюжью дозу антидота. Остался! И вёл себя достойно, как настоящий взрослый дозорный, воин пустыни.

Ладно, пусть дома хвастается… эх, да только далеко ещё до дома… далеко!

— Значит, изъял…

— Да, Савва, изъял.

— Выходит, мы нащупали-таки путь… тот самый прорыв! — вскричал Савва и вскочил. — Покажи файл с теми полями, давай, покажи!

— Сейчас, — сказал Зия и вызвал экран.

Он перебирал файлы, всё так и мелькало. Потом экран покрылся рябью иконок, потом раздвоился и расстроился. Зия умудрялся одновременно работать со всеми тремя.

Вот он остановился и все три экрана слились в один.

— Что ты копошишься, Зия? — недовольно спросил Савва.

— Остынь, — тоскливо ответил Зия и вдруг как-то сразу сник. — Нет у меня этого файла. Стёрт.

— Как нет файла? Когда?.. Ах ты, шайтан-скотина, погань проклятая! — застонал, вскочив, Савва и снова сел, уткнувшись руками в лицо. На лысине его, просвечивающей сквозь редкие волосы, отблескивала луна. — Ну, суки… суки!.. А, ведь, прав был Савва! Говорил же Савва вам всем! Говорил!!! А вы со своими ахами… «авторитет Шульгатого, авторитет Шульгатого!»…

— Стёрт, — снова сказал Зия, не слушая Савву. Лицо его, обычно такое живое, застыло. — Ни хрена не держит наша защита, не в обиду тебе будь сказано. А заодно и почти всё, что по Комбинату накопили… это, уж, он на всякий случай. А в Москве, у авторитетного Шульгатого, может, уже и бульон изъят, если только о самом плохом подумать…

— Зия! Как ты можешь так спокойно говорить?! — Савва снова вскочил и забегал вдоль щербатой бетонной стены, за которой они остановились на привал. — На кой чёрт мы тащились сюда? На кой чёрт погибло столько народу? Для чего?! Чтобы этот наш дикарёнок смог побольше ушей набрать? Чтобы починить грузовичок для старосты, чокнутого на религиозной почве? Привести местной малышне новые фильмы про Ивана-батыра? В Челябу прокатиться?

Лицо Зии вдруг сморщилось… он нервно всплеснул руками и вскочил. Губы дрожали:

— Я - «спокойно»?! Я?! Молчи! Молчи, Савва! Ты… ты…

Ох, что же это он? Шутил, ведь, только что! Видно было, что держал Зия этот удар!

— Фильмы нам староста запретил смотреть, — внезапно сказал Ромка-джи. — Так только… из истории Святого Джихада, да игры… больше ничего не разрешает.

— О-о-о! — совершенно неожиданно для Егора застонал Зия и ушёл в темноту неверными шагами. Калаш он оставил прислонённым к рюкзаку.

Савва тотчас пробормотал команду. Несколько «комаров» перегруппировались, зона слежения вытянулась в сторону ушедшего Зии… изображение на экране, постоянно висящем в воздухе, стало немного хуже.

— Зия, я прошу тебя, не уходи далеко, — негромко попросил Савва, перестав бегать, и неуверенно потоптавшись у калаша Зии. — Ну, дурак я, дурак! Прости, что прямо по больному месту… не уходи только!..

Видно было, как Зия остановился… он стоял и размахивал руками… погрозил луне кулаком… потом ларинги всех троих всё-таки пискнули и голос Зии прошипел:

— Куда тут уйдёшь? Куда?! — выругался… и отключился.

Ребятам грустный Савва сказал, что подробно всё объяснит завтра. А пока, слушай оба сюда: Егор — на дежурство, личному составу — спать. И то сказать, ухайдакались все. Ромка-джи не утерпел, попытался задать какой-то замысловатый вопрос, но уснул, так, похоже, и не сформулировав его до конца. Савва тоже улёгся. Непонятно было, спит ли он, нет ли, но лежал не двигаясь. На «комарином» экране было видно, как в стороне от других, на торчавшем из песка обломке печной трубы, на диво крепкой, сложенной из красного кирпича, отшлифованной и заоваленной тоннами песка и многими десятилетиями ветра пустыни, понуро сидел Зия. На экране заметно было, что включил он ларинги на свой любимый дутар и только качает головой, что-то бормоча. Луна освещала его… Зия был похож на печального шайтана пустыни, тоскующего по тем временам, когда ещё не разгневал он Господа-Аллаха, а был лёгким и нежным Ангелом Небес.