– И это еще не все! – продолжил я, заставив Седрика замолчать и насторожиться. – Есть вариант, что «слеза» не сработает. Или перестанет работать через некоторое время из‑за пагубного воздействия со стороны этого бога, – на сей раз тирада Седрика была еще более витиеватой.

– И что нам делать? – спросил он через некоторое время, когда у него иссяк словарный запас матерных выражений.

– Смотри, – я воспроизвел в воздухе голограмму картинки сканирующего заклинания, с очерченной на ней окружностью, обозначавшую максимальное удаление бога от места, в котором он был обнаружен. – Здесь находится бог, – я указал рукой в зеленое пятно, мерцающее в центре окружности.

– Подождите, Ваше Высочество! – Седрик перевел взгляд на меня. – Вы хотите сказать, что бог находится в реальном слое?

– Да. Пока не наберет достаточно сил для существования в иных планах бытия. Этот этап у него может растянуться до нескольких десятилетий. Вот, – я развернул следующую картинку, отображавшую старика, сидевшего на берегу речки, – наш пациент, собственной персоной.

– ЭТО ОН??? – вскрикнул Седрик, уставившись на изображение.

– Да, – подтвердил я, недоумевая по поводу его реакции. – Ты его знаешь?

– Этот человек ходил по тому району, и как раз призывал всех вознести мольбы к неизвестному доселе богу Денду, который, по его словам, сможет покончить с неурожаями!!! Называл себя пророком бога!

– Да, – согласился я. – Он сможет устранить проблему, поскольку сам ее и организовал.

Седрик прошелся по комнате из одного угла в другой, потом остановился около меня.

– Извини меня.

– За что? – нахмурился я.

– Я поначалу не поверил тебе, когда ты упомянул бога. Только увидев изображение человека, чье обличье он принял, я почувствовал, что говоришь правду. Не понял, а именно почувствовал!

– Смысл мне врать? – пожал я плечами. – Проблема‑то ваша, а не моя.

Седрик кивнул, согласившись со мной.

– Как я подозреваю, убив его нынешнюю физическую оболочку, мы ничего не добьёмся? Это было бы слишком легко.

– Ты прав. Он вновь возродится, сделав себе новое тело. Полагаю, что он выберет новое место существования, но что‑то мне подсказывает, что оно будет на территории Ниберии. Боги не склонны прощать обидчиков.

Седрик снова начал бороздить просторы небольшой комнаты. Я чувствовал поток эмоций, буквально захлестывавших его. Я не лез к нему ментально, но у него на лице и так была написана мысль обратиться с просьбой об избавлении ко мне. Только он почему‑то не решался ее озвучить.

– Палаэль! – собрался он, наконец, с духом. – У тебя есть достаточно сил, чтобы противостоять самой Ллос. Если я попрошу тебя помочь в решении появившейся проблемы… Мне неудобно тебя просить, так как ты уже много сделал для Ниберии. Очень много! Помоги нам. Хотя, если откажешь, я пойму тебя, ведь ты не обязан решать ворох чужих проблем. Или скажи, что ты хочешь за очередную свою помощь? Хотя мы и по двум другим пунктам с тобой еще не рассчитались.

– Девственниц по вечерам, – улыбнулся я.

– Будут!

– Я пошутил! Ничего мне от вас не надо. Если только в будущем… – я многозначительно глянул на Седрика.

– Сделаем все, что будет в наших силах, – кивнул он. – Только будет лучше, если подобное обязательство даст лично король.

– Пожалуй, – признал я, прекрасно понимая, что король сможет в любой момент отказаться от слова, данного его подчиненным. В случае же, если он берет обязательства на себя, то отвертеться ему не получится. По крайней мере, не измарав свою королевскую честь нарушением данного Слова.

– И каковым будет решение? – напряженно поинтересовался Седрик.

– Я помогу. Завтра с утра отправимся в Нибус, где встретимся с королем, а далее проследуем к нашему пророку. Привязка к тем местам у тебя есть?

– Да.

– А после «разговора» с пророком перекинешь меня в Гарен, – закончил я свою мысль.

– Идет! – обрадовался положительному ответу Седрик.

Седрик

На следующий день, после прощания Палаэля со своими родными, я активировал портал, и спустя мгновение мы оказались в Нибусе, около центральных ворот королевского дворца. Не знаю, может мне показалось, но среди провожающей нас делегации все испытывали видимое облегчение. Это не касалось только отца и матери Палаэля, совершенно искренне расстраивавшихся по поводу отъезда сына. Комментировать этот факт не стал, чувствуя, что Палаэль тоже это заметил, хотя и виду не подал.

– Здесь ничего не изменилось с момента нашего прошлого посещения, – оглядевшись по сторонам, заметил князь.

– А что у нас могло измениться? Сейчас хоть надежда появилась среди людей. Герольды еще вчера оповестили население об артефакте, и получении гуманитарной помощи от Леса.

Стражник, несший дежурство на воротах, отошел в сторону, освобождая нам путь.

– Где король? – осведомился я у него.

– Пределы дворца не покидал, – ответствовал тот. – Где именно во дворце, то мне не ведомо. Мож, этого… царедворца какого кликнуть?

– Не надо, – отмахнулся я. – Сами найдем.

Пока шли по коридорам дворца, изредка встречая слуг, да представителей знати, я скрытно наблюдал за реакцией Палаэля на наш дворец. Его когда‑то построили лучшие мастера Ниберии. Даже нескольких гномьих мастеров привлекли, заплатив тем баснословные деньги. К моему огорчению, дворец князя явно не впечатлил. Он равнодушно прошел мимо орнаментов на стенах, не кинув не них даже мимолетного взгляда, статуи тоже не пробудили в нем интереса.

Добравшись до обширного зала, служившего приемной короля, мы натолкнулись на большое количество людей.

– Местная знать, – тихо пояснил я Палаэлю. – С самого утра и до позднего вечера толкаются.

– Им всем необходимо попасть на прием? – изумился мой спутник, пробежавшись глазами по собравшимся. В основном были представлены дамы, одетые в богатые одежды. По меркам Ниберии, разумеется. В отличие от имперской знати, устраивающей тусовки в специальных салонах, кои организовывали в своих домах некоторые представители аристократических родов, у нас знать предпочитала собираться здесь, в приемной короля, обсуждая последние новости и сплетни. Нет. Конечно по домам тоже собирались, но в гораздо меньшей степени. Мужчины, коих в зале было меньшинство, распределились по трем группам, представленных по интересам.

– Нет, – ответил я Палаэлю. – На прием стремятся попасть во‑о‑он те, – я указал на нескольких человек, сидевших в дальнем конце зала, где была расположена большая двустворчатая дверь – вход в Зал для аудиенций. Около данной двери стоял столик, за которым сидел королевский секретарь, распределяющий очередь согласно знатности происхождения, важности вопроса и т.д.

– Нам еще предстоит ждать? – покривился князь.

– Нет, что вы, – живо успокоил его. – Вам ждать не придется.

Пройдя через приемный зал, мы подошли к столику. Местное сообщество проводило нас заинтересованными взглядами, и кое‑где уже послышались первые предположения о цели визита эльфа, которого я сопровождал. Одна дама, мимо которой мы прошествовали, тихо поинтересовалась у подруги, кто бы это мог быть из эльфов. Та скромно промолчала, бросив на меня вопросительный взгляд, дескать, не подойду ли я к ней после. Я сделал вид, что не заметил его. В конце – то концов, не до них мне сейчас. Пусть баронесса Ралдина, бросившая на меня вышеозначенный взгляд, умерит свое любопытство. Пообщаемся еще с ней. Потом. Тем более, она была из тех немногих женщин, с которыми я любил общаться, отдавая ее должное уму и природному обаянию. Надо признать, что именно с ней меня связывало не только простое общение.

Палаэль словно прочел мои мысли, бросив на меня хитрый взгляд и подмигнув. Может, что прочел в моих глазах, когда я смотрел на баронессу? Надо следить за своей мимикой, ведь если он смог, то и остальные вполне способны сделать соответствующие выводы. А мы с Ралдиной еще не готовы открыться широкой общественности.