— Этого не может быть. — тихо твердил он, — Ты не можешь знать этого.

Но она продолжала.

— Ты не был виноват в их смерти — просто так сложились обстоятельства. Ты был добрым, отзывчивым человеком, способным на хорошие поступки; ты помогал людям, а потом перестал. И все потому, что тебя заставили сделать выбор, который ты не хотел.

Она легонько провела рукой по лицу.

— В этом нет твоей вины — не кори себя. Эти люди до конца прошли свой путь и приняли судьбу такой какой она была для них предначертана. А ты?

— Я? — все еще не веря словам маленькой девочки, Горг смотрел ей в глаза. В эти широкие бездонные глаза, где, казалось, отражалось его отчаяние. — Мне пришлось выбирать. Я… просто не мог спасти их всех.

Он замолчал и девочка тоже прекратила говорить. Мужчина повернулся обратно к окну. Мысли наполнили его разум, и воспоминания громадной волной нахлынули на него. Планета, бетонные перекрытия, сотни людей, кричавших во все горло и умолявших не оставлять их. Эти лица.

— Мы охраняли последний космический порт на той планете, когда остальные уже вовсю полыхали огнем, — внезапно заговорил он, — Корабли садились и взлетали почти каждые полчаса. Сотни людей, нескончаемой волной стекались к единственному месту, где они еще могли найти спасение. К тому моменту наш батальон уже смог эвакуировать почти шесть тысяч человек: горняки, водители, обслуживающий персонал и многие другие. Каждый из них ломился сквозь ограждения, чтобы в числе первых попасть на заветный корабль. Клянусь, я был уверен, что мы сможем спасти всех, но к полудню, когда яркое солнце той планеты уже вовсю обжигало поверхность земли, внезапно поступил приказ от командования на сворачивание спасательной операции. Не знаю как нам удалось вырваться оттуда, но когда в небе над портом появился последний корабль, люди буквально озверели. Превратившись в диких неуправляемых животных, они ринулись к входу, сметая на своем пути все, что преграждало дорогу к спасению. Под их ногами умерло двенадцать солдат, охранявших ворота. Мы начали стрелять. И я тоже, хотя и не хотел. Они падали, держась за окровавленные раны, а другие, будто не замечая этого, все равно бежали вперед. Корабль даже не успел толком сесть на площадку, когда вся территория порта в округе уже была забита людьми. Мы запрыгнули внутрь и… начали подниматься в воздух. Едва мы набрали достаточную высоту, как произошел взрыв. Белая ослепительная вспышка и оглушающий грохот. Корабль встряхнуло так сильно и резко, что на мгновение пилот потерял управление многотонной машиной, но вскоре все же смог совладать с ней. Я смотрел в окошко корабля, когда яркая вспышка от второго взрыва ударила мне прямо в глаза. Смешавшись с солнечными лучами они впились мне в глаза. С тех пор я не могу смотреть на яркий свет — врачи смогли спасти мне зрение, но эффект остался.

— Что стало с людьми?

— Не знаю, — тихо ответил Георгий. — Сверху все было черным. Удары с орбитальных пушек сделали свое дело. Я много раз видел последствия таких ударов. У них не было шанса выжить, к сожалению.

— Но время прошло, раны заживают.

— Время проходит, воспоминания остаются. Это не так просто как тебе кажется.

— А кто сказал. что будет просто? — девочка встала с дивана и подошла к нему.

Широко открыв глаза, она прямо посмотрела в его.

— Ты не плохой — я знаю это, иначе там, в порту, где я находилась, ты поступил бы иначе.

Маленькая рука нежно коснулась его щеки. Затем она развернулась к нему спиной, обнажив странные рисунки на своем теле.

— Что это? — он вытянул руку и слегка отодвинул майку.

На теле показалась небольшая звезда, но это был не весь рисунок. Он поднял девочку на руки и стал внимательно осматривать ее. От плеча до плеча, по всей спине и позвоночнику тянулись татуировки, что при внимательном осмотрел складывались в единую картину.

— Это что, карта звездного неба?

Она молчала.

— Звезды… планета… — он будто заколдованный произносил эти слова, скользя взглядом по таинственному рисунку. Среди многочисленных звезд, малых и больших, отчетливо выделялось несколько. Они были окрашены по контуру и явно складывались в единое целое.

— Откуда у тебя это? — спросил Горг, не отрываясь от татуировки.

— Оно всегда было со мной.

— Но кто-то же должен был сделать эту татуировку.

— Оно всегда было со мной — повторила девочка и вырвалась из его рук. — Мне надо отдохнуть.

Марта вернулась на диван и, едва коснувшись головой смятой подушки, тут же крепко заснула.

«Нужно что-то делать».

С этой мыслью он простоял на одном месте почти десять минут. Все эти слова, воспоминания о прошлых событиях слишком сильно вымотали его. И эта татуировка. С ней нужно было что-то делать. С каждым днем Марта становилась все более странной и непредсказуемой.

Он накинул на спящую девочку шерстяное одеяло, а сам спустился вниз. Было лишь одно место, где могли хоть как-то пролить свет на странные символы и звезды, сверкавшие синим цветом с кожи маленькой Марты.

Горг прошел по улице, стараясь заранее выбирать менее освещенную сторону дороги. Двигался быстро, словно чувствуя, что может не успеть. Но куда? Сам он этого не понимал, хотя где-то внутри его грызла тревога за незнакомку в своей квартире. Впереди постепенно становилось темнее, огромные многоэтажные здания, стоявшие на своих местах, как часовые на карауле, они постепенно сменялись обветшалыми постройками, местными умельцами переделанные под готовое жилье. Они находились в стороне от всей шумихи, от центра Трущоб и от стелы, что уже несколько дней гордо возвышалась над остальными зданиями и своим наконечником разрезала проходившие мимо облака. В тени громадного мегаполиса, нарочно скрытая от посторонних глаз, она могла не бояться проверок и внезапных облав, даже дроны были не в состоянии засечь хоть кого-то в этих краях, сталкиваясь с невидимой электромагнитной защитой, излучаемой несколькими вышками и создававшими над этим местом купол, убивавший любую беспилотную технику.

В одном из серых построек, утопавших в куче мусора и приборного хлама, стоявшего немного поодаль от остальных, он увидел едва заметное свечение, скрытое за небрежно закрытыми жалюзи. Подойдя еще ближе, он немного приоткрыл дверь и окликнул хозяина.

Навстречу, не сразу, но вышел его старый знакомый Саид. Бородатый как последний бомж в округе, в потрепанном халате и с «машинкой» в руке, он был похож на сумасшежшего, сбежавшего из клиники, но только не на тату-мастера. Руки его были черны от рисунков, голова наголо пострижена и сверкала в блеклых лучах солнца от выступившего пота. Встреча оказалась неожиданной. Ничего не сказав, он легонько отошел в сторону и кивком головы пригласил пройти его внутрь.

Было тепло — работали обогреватели. Несмотря на жаркую погоду снаружи, вечером в этих местах становилось непривычно холодно, да так, что оставшись без крова можно было легко замерзнуть насмерть. Вот и сейчас Саид решил перестраховаться и нагреть помещение заранее.

— Ты же знаешь правила, Горг, нужно договариваться. — он говорил с явным акцентом, хотя прибыл в этот город с одной из планет уже много лет назад.

— Я знаю, что ты постоянно занят, но ждать своей очереди просто не мог. Нужна твоя помощь.

Они прошли внутрь, где в специально оборудованном месте он принимал своих клиентов. В этот раз на кресле сидел громадный мужчина. По натруженным, похожим на стальные слитки, рукам, он понял, что перед ним бывалый горняк.

— Оставь нас. Закончу завтра. — Саид буркнул в сторону клиента, но тот даже не пошевелился. — Я же сказал, оставь нас! — он повысили голос до крика и только после этого мужчина послушался. Одев висевшую на спинке кресла куртку, он бросил гневный взгляд на Георгия, понимая, что из-за него работа не была закончена и медленно направился к выходу. Когда же громила исчез, Саид повернулся к своему гостю и заговорил.

— Я не люблю нежданных гостей, Горг, особенно после того случая, когда ко мне в дом вломилась служба безопасности и мне пришлось восемь лет отмотать в тюрьме Тин-Куа.