Гвинед Ллойд помолчала. Её лицо вновь обрело хорошо отработанное выражение благородной невозмутимости, но догадаться о её истинных чувствах было несложно. Не передавила ли я? — на мгновение усомнилась в себе Зара.

— Когда я смогу вернуться в Рианнон? — спросила Гвинед.

— Скоро. Мы полетим вместе. — Зара развернулась к выходу.

Крупное загорелое тело Тангейзера Варгаса, опутанное проводами и трубками системы жизнеобеспечения, виднелось сквозь прозрачную крышку медбокса. Капитан не подавал признаков жизни, но монитор медбокса не оставлял сомнений — Варгас жив, хотя и пребывает в глубокой коме.

— Помнится, Камилла, ты предлагала перевести его в Рианнон, — задумчиво сказала Зара.

— Да, — подтвердила врач. — А ты отказалась.

— Я передумала. Готовь бокс к перевозке. Я лечу в Рианнон и беру его с собой.

— Но… Сейчас я уже уверена, что справлюсь, — удивлённо и несколько недовольно возразила Чоудхури.

— Но ведь ты сама сказала, что в Рианнон условия лучше?

— Да, но…

— Никаких «но»! Я обязана обеспечить ему наилучшее возможное лечение. Выполняй, — она развернулась к выходу из лазарета. — Это приказ капитана. Готовь больного к переправке в Рианнон!

Где он пролежит столько, сколько мне нужно, добавила Зара про себя. Видишь, папа, как я умею играть в эти игры? Невероятно довольная собой, она завернула в соседнюю каюту к Аттису Муру.

— Оставляю корабль на тебя, — сказала она помощнику. — По всем внешним вызовам — с Венеры, Рианнон, марсианского циклера — передавай связь мне. Остальные дела решай по своему усмотрению. Когда капсула будет готова к вылету?

— Предстартовая завершена, — с преданным видом доложил Мур, — идёт проверка бортового тьюринга на вирусы. Амир обещает полную готовность завтра утром.

— Значит, торопиться некуда, — заключила Зара.

Великие Древние, подумала она, неужели я наконец-то высплюсь?

Капсула «Азатота» подходила к рианнонскому космопорту. Вновь, как два дня назад. Сверху приближались нависающие створки раскрытого дока, в доке горели сигнальные огни кранов — зелёные: порт был готов принять капсулу.

Зара Янг непроизвольно напряглась в кресле, когда капсула резко дёрнулась, подхваченная кранами, и всё тело немедленно налилось весом. «Есть захват и удержание, — доложил даймон. — Начата процедура стыковки». Зара повернула голову к Гвинед Ллойд, сидевшей рядом, ободряюще улыбнулась, окрасила ауру позолотой.

— Вот вы и дома, Гвин. С возвращением!

Гвинед не ответила даже слабым подобием улыбки.

— Вам не стоило лететь, — ледяным голосом проговорила она.

— Не могу же я править колонией с корабля, — Зара пожала плечами.

— Вам не стоило занимать эту должность, — упрямо, в который уже раз повторила Гвинед. — Вы совершили ошибку.

Зара лишь презрительно усмехнулась в ответ.

Сколько можно! Гвинед просто досадует, что лишилась прайм-админской должности. Да, Зара Янг совершила ошибку, и не одну — но теперь она намерена всё исправить.

Они покинули астероид всего сутки назад, но как всё изменилось за эти сутки!

Тогда Зара спасалась от ареста — а сейчас возвращалась в Рианнон всесильным диктатором. Тогда Эрикс воевал с Фламмарионом — а сейчас Фламмарион капитулировал под ударом Роя Светлячков. Война кончилась. Фламмарион и все его союзники объявили о вхождении в Плерому, о подчинении Эриксу и Космофлоту. Другие — Марс, Церера и их мелкие союзники — остались нейтральными, но вся остальная Солсистема подчинилась Венере… И возненавидела Венеру ещё сильнее, чем до войны.

Заре становилось немного не по себе, когда она читала в Солнете чудовищные проклятия в адрес отца, да и в свой собственный. Безжалостные действия Янга — бомбардировка Новой Москвы, лучевой удар по Фламмариону — поставили Солсистему на колени. И они же восстановили против Эрикса даже тех, кто раньше искренне сочувствовал его делу…

Как-то встретят её в Рианнон? Зара не сомневалась, что разгром фракции Арауна не покончил с сепаратизмом. Наверняка в Колонии у неё и сейчас полно врагов, и наверняка даже друзьям не понравилось, как лихо и беззастенчиво она захватила власть. Безо всяких выборов, сама даже не рианнонка… Да, ей придётся сильно потрудиться, чтобы завоевать любовь своих подданных. Предстояло столько работы, что впору прийти в отчаяние… И всё-таки предвкушать эти труды на благо человечества было невыразимо приятно.

— Стыковка и шлюзование завершены, — доложил даймон. — Порт открывает люки.

Зара отстегнула ремни и бодро встала из кресла.

Полутёмный аванзал был не так пуст, как позавчера, когда она впервые прибыла в Рианнон. Тогда её встречали только Гвинед и полковник Прасад. Полковник ждал её и сейчас, но в этот раз его сопровождали четверо бойцов интрагарда в броне и полной экипировке, каждый с роботом-«бульдогом». Так, а где же Либи? Её не было среди этих четверых. Ещё человек десять явились встречать Гвинед — все в красно-белых аурах домена Ллойд. Их неприязненные взгляды заставили Зару почувствовать себя некомфортно. Насколько эти Ллойды лояльны? Из их группы она знала только Артура, мужа Гвинед. Ведущий программист сразу бросился навстречу жене и без слов заключил в объятия.

— Приветствую, прайм-администратор, — Прасад шагнул навстречу Заре с не очень-то уважительной ухмылкой на смуглом лице.

— Приветствую, полковник. А где Либи? — Зара обеспокоенно нахмурилась.

— Лейтенант Эстевес в штабе интрагарда, под охраной.

— То есть под арестом? — с вызовом спросила Зара. — Я приказала снять с неё обвинения!

— Я сказал, под охраной, — повторил Прасад. — Лейтенанту Эстевес небезопасно показываться на люди. После того, как она уничтожила всю местную аристократию, желающих её линчевать стало довольно много. А после того, как вы велели её отпустить — ещё больше.

— Вы, как всегда, умеете поднять настроение, полковник, — Зара обернулась к Гвинед, ободряюще улыбнулась. — Ну что ж, Гвин, увидимся на суде!

Бывшая прайм-админ холодно ей кивнула. Ллойды направились к лифту магистрали Нион, а Прасад повёл Зару с эскортом из людей и роботов в лифт магистрали Бейт.

— Разрешите задать вопрос, прайм-администратор? — официальным тоном обратился Прасад, когда дверь лифта открылась.

— Конечно, полковник.

— Пока лейтенант Эстевес была под арестом, я исполнял обязанности главы интрагарда. Должен ли я вернуть ей сигиллу?

Зара уже думала над этим.

— Нет, — уверенно сказала она. — Это будет слишком вызывающе. Я прошу вас возглавить обе стражи, как раньше, до моего прибытия. Отцу не следовало отбирать у вас интрагард.

Прасад удовлетворённо кивнул.

— Благодарю, прайм-администратор. Разумное решение. — Лифт плавно тронулся.

— Как здесь настроения, полковник? — Зара устроилась поудобнее на диванчике. — Мне на «Азатоте» как-то было недосуг копаться в местных медиа, да они и не дают полной картины… Как колониалы относятся к тому, что я теперь прайм-админ? Подозреваю, что плохо — но насколько?