- Ничего себе тряпьё, - завыли все дружно, - ослепла что ли, это ж самые модные костюмы, пошиты, между прочим, у лучших портных!
- Андер, кастуй личины, - не обращая внимания на возмущение одногруппников, синеглазка сосредоточенно рылась в сумке, - боженька помоги, только бы я их дома не оставила, ура-а-а, - она восторженно взвизгнула, вытащив музыкальные кристаллы, и повернулась к эльфу, в недоумении ожидающему дальнейших указаний от самозваной командирши, - спрашиваешь, с кого? Ха-ха, выгляни в щелку между стенкой и левой кулисой, во-он те рожи тебе знакомы?
- Воргент, Тали, идите сюда, будем наряды переделывать, я сейчас на анимайре покажу, какие нужно. Так, с кого начнем? Ага, Свел, как всегда, самая смелая!
Прошло несколько минут, прежде чем работа была завершена. Немного побледнев и часто дыша (для успешной трансформации, к тому же в столь сжатые сроки, пришлось здорово выложиться), тролль в некотором обалдении смотрел на друзей.
- Э-э, ты уверена, Яночка, вы именно так и должны выглядеть?
- На память пока не жалуюсь, а то, что видишь - это прикид питерских гопников, - синеглазая бестия злорадно хихикнула, - теперь встаньте рядком, времени на заучивание песенок нет, придется ментальные чары использовать! А-а-а, блин, - она стиснула кулачки, - вы ж земных языков не знаете, будете, как попугаи повторять, вот ч-ч-ерт! Но главное, публика, они ж не поймут в чем прикол!
- Прям не поймут, - подала голос Свелента, - в прошлом году нам всем дополнительные часы выделяли, я ж тебе рассказывала! Несколько языков Земли и Ютара освоили. Ты сама в начале осени всеобщий ютарский учила, ругалась-то как! Мне жаловалась, мол, декан пригрозил, что иначе не восстановит на нынешний курс...
Яна расцвела, - ага, вспомнила, йюу-ху-у, ребята, теперь мы их точно сделаем!!! Грахс, твоя задача - следить за музыкой, главное, вовремя включай и последовательность не перепутай!
Тали поёжилась, - интересно, а голову потом никому не оторвут?
- Если и поотрывают, так не вам с Грахсом, а нам четверым, - чуточку нервно засмеялся Андерлейн, - ничего, светлые эльфы самые быстрые в мире! Эх, жаль, крыльев нет, как у аватаров! Можно было бы сразу после выступления в окно вылететь!
- Гы-ы-ы, - заржал Олсени, мы и так вылетим, пробивая стены!
- Ладно, - отмахнулась Яна, - больше всего разозлится Джар, а личина - копия его рожи будет на мне красоваться, так что остальные могут особо не переживать!
- Ага, не скажи, эта сартанка, по-моему, пострашнее дракона будет!
Видя, что Тали мнется в нерешительности, Свел протянула руку, - не дрейфь, давай махнемся, я забираю её личину, а ты будешь играть роль Сеорена. Парень к тебе, похоже, неровно дышит, так что в живых останешься, разве что накажет ... как-нибудь, - русалка нарочито пошло хохотнула.
****
Выступлением вампиров члены жюри остались довольны, однако следующий номер почему-то задерживался. Ректор и профессора, пожимая плечами, недоуменно переглядывались, среди заскучавших гостей нарастал недовольный шум.
Наконец, занавес раздвинулся и зрители разочарованно загудели, никаких иллюзий, обещанных спецэффектов, ничего. Обычное пустое пространство, только в углу сиротливо стоит парочка музыкальных кристаллов. И самих артистов нет!
Хмурясь, ректор Академии - он же председатель жюри, подозвал куратора седьмой группы, - Магрейн, а где же ваши подопечные, они что в последнюю минуту струсили? Это не дело...
Его речь была прервана громкой музыкой, точнее ревом, внезапно исторгнутым довольно крупными кристаллами.
Выделывая кульбиты ногами и пьяно шатаясь, несколько юношей, в которых легко угадывалась четверка известных в Академии мажоров, вышли на сцену.
- Боги, что за кошмарная одежда, - в ужасе прошептал Риэннэль...
Несчастного Магрейна временно парализовало.
"Джар" вышел вперед и сально подмигнул остолбеневшим зрителям, - ниче народ, поднимите челюсти! Слушайте сюда, девки!
*Я ща спою номано...
Разбитые девичьи сердца, бугага...
В коллэкции нашей имеются.
Девичьи слезы текут, как дожди,
Когда мы уходим, то ты нас... не надо ждать, патаму што...
Мы бармалеи - жентмены удачи
Романтики с большой дороги, пьяные мачи!
Романтики с большой дороги, пьяные мачи!
Номано! Эха-ха-ха!
В зале послышались сдавленные смешки. Среди адептов (особенно мужской части) было немало тех, кто втайне недолюбливал драконью компанию и сейчас откровенно злорадствовал, наслаждаясь ситуацией...
Певец похабно заржал и продолжил:
Мы любим вас сильно, но очень недолго.
И к новым подружкам летит наша Волга
И помня о нас, девицы скучают
И плачут, и плачут и плачут ночами.
И девичьи слезы текут, как дожди,
Когда мы уходим, тогда нас не жди...
Па-а-ачиму? - раздался плаксивый голос. Из-за кулис, виляя бедрами, выскочила брюнетка и, уцепившись за руку парня, буквально повисла на нем. Физиономия у неё была в точности, как у магессы Дмелз. Вот только платье одето другое, аляповатое, кумачового цвета, обтягивающее и непристойно короткое...
"Джар" самодовольно ухмыльнулся и звонко шлепнул красотку по выпяченному заду:
Патаму што, мы бармалеи - джентмены удачи
Романтики с большой дороги, пьяные мачи.
Романтики с большой дороги, пьяные мачи.
Эха-ха-ха!
Ах, Сати и Лика, и Вирна с Анеттой
Вся жизнь наша вами, как солнцем согрета!
Спасибо большое за все говорим мы!
Летят к новым дамам любви пилигримы!
Пачиму вы всегда улетаете, мачи!? - визгливо проныла Свел (под личиной прекрасной сартанки), протягивая руки к дружку и давясь от смеха...
Потому што, мы бармалеи - жентмены удачи
Романтики с большой дороги, пьяные мачи!
Проорали четверо пьяных в дугу красавцев, делая неприличные жесты, адресованные и надоедливой девице, и зрителям.
"Раннолт" вышел вперед и хрипло загорланил:
Эха-ха-ха!
Налей бармалеям и мачам налей,
Ведь каждый мужчына в душе бармалей, эй-ей!
Налей бармалеям и мачам налей,
Ведь каждый мужчына в душе бармалей, эй-ей!
Хохот в зале стоял такой, что, казалось, стены рухнут! Адепты свистели и орали что-то невнятное.
Сразу следующую, - Яна кивнула троллю, - пока ЭТИ в ступоре.
Грахс, покачав головой (если честно, он не одобрял её сумасшедшей затеи), однако быстро выполнил требуемое.
Вновь послышалась дикая мелодия. "Джар", сменив "асура" на авансцене, пошатнулся, громко икнул и сипло взревел:
**Оу - йе бэйби ай лав ю!
С утра проснувшись с бодуна,
Меня трясёт и глючит,
Под окнами местная шпана
Канючит ноу фьючи.
Ноу, ноу фьючи, ноу, ноу фьючи.
Ноу, ноу фьючи, ноу, ноу, ноу.
Я люблю жизнь и ба-аб, а-а-а!
Я надеваю тапочки,
Ищу чем похмелиться,
В моей башке давно пустой
Мотивчик поселился.
Ноу, ноу фьюче, ноу, ноу фьюче.
Ноу, ноу фьюче, ноу, ноу, но...
Почистил зубы и поссал и пивом похмелился
Ведь если я сейчас умру, то нах... я родился
Ноу, ноу фьюче, ноу, ноу фьюче.
Ноу, ноу фьюче, ноу, ноу, но...
*,** гр. Ленинград.
Выкрикнув последние слова, Яна, шаркая ногами, вразвалку прошлась по сцене, мельком отметила дивную картинку: перекошенную злобой рожу Лики, непроницаемо-бесстрастную физиономию Джара с застывшей кривой улыбкой и удовлетворенно хмыкнула.