Номер в принципе не особо отличался от продемонстрированного когда-то второкурсницами на посвящении, разве что на сей раз и наряды и антураж были много богаче и сложнее. Вместо нимф зрителей ожидали русалки, морской залив и много необычайных спецэффектов, для создания и удержания коих понадобились оба эльфа. Даже флегматичного тролля с монашкой задействовали, но их в основном, как помощников и резерв.
Уже обряженная, Яна вышла из гримёрки, роль которой выполняла небольшая комната, примыкавшая к сцене и тихонько раздвинула тяжелые складки. Зачем она это сделала, сама не знала. Вот уж не на драконью банду полюбоваться, больно надо!
Вообще-то её внимание привлек непонятный шум в зале. Осторожно выглянув, синеглазка увидела, как по ступеням поднимается высокая худощавая женщина с коротко подстриженными рыжевато-русыми волосами, облаченная в бархатное зеленое платье с небольшим шлейфом. В нарядной даме девочка не сразу узнала декана третьей ступени, известного профессора и знатока менталистики, дану Батрис Гвор.
Взойдя на авансцену и остановившись практически возле синеглазки, так близко, что Яна смогла в подробностях разглядеть шнуровку на спине и изумрудные звездочки, украшавшие прическу профессора, госпожа Гвор шутливо погрозила пальцем, требуя молчания и обратилась к зрителям:
- Дорогие мои, у меня для вас имеется небольшой сюрприз, одна из моих любимых учениц, выпускница второй ступени непревзойденная Ликайя Дмелз выразила желание порадовать собравшихся небольшим выступлением вне конкурса!
Все кто помнит прекрасную Лику, безусловно будут рады услышать вновь этот чудный голос, поаплодируем же нашей гордой сартанке!
Подскочивший распорядитель что-то зашептал, дана Гвор снисходительно махнула рукой, - ничего, ребятки с первой ступени могут и подождать, пусть пока слушают, да потихоньку готовятся, никуда их выступление не убежит. Итак, прошу!
Остолбеневшая Яна, полураскрыв рот, наблюдала за выходом чернокудрой красавицы. Та, медленно продвигаясь по залу, грациозно лавировала между столиками и лучезарно улыбалась, посылая присутствующим воздушные поцелуи. Пурпурный корсаж плотно облегал стройную фигуру, пышная юбка, сплошь затканная золотом, доходила до стройных щиколоток, открывая изящные сафьяновые туфельки на высоком каблуке. Часть густых локонов была подобрана вверх и украшена темно-алыми розами, мраморную белизну кожи оттеняло тяжелое ожерелье, где в переплетениях золотых нитей мерцали крупные рубины.
На подмостки Лика вначале отказывалась подниматься. Скромно потупившись, заявила, что совсем не желает мешать тем, кто сейчас готовится к выступлению! В итоге двое парней, под восторженные крики толпы подхватив мило смущающуюся красотку под руки, буквально внесли её на возвышение.
Встретившись взглядом с темными глазами, Яна отшатнулась и поспешно сомкнула обе части завесы, увидев напоследок злорадную улыбку брюнетки.
Девочка попятилась, задыхаясь так, словно она чуть не наступила на змею, нет, пожалуй, со змеёй было бы проще!
Из-за драпировки, между тем, послышались первые звуки сложной красивой мелодии и в наступившей тишине зазвучал бархатный обволакивающий тембр.
Было душно от жгучего света,
А взгляд его как лучи...
Я только вздрогнула,
Этот.., этот может меня приручить
Наклонился, он что-то скажет...
От лица отхлынула кровь
Пусть камнем надгробным ляжет на жизни моей любовь!
Как велит простая учтивость, подошел ко мне, улыбнулся...
Полуласково, полулениво поцелуем руки коснулся.
И загадочных древних ликов на меня поглядели очи...
Десять лет замираний и криков,
Все мои бессонные ночи я вложила в тихое слово.
И сказала его напрасно, отошел ты, и стало снова на душе и пусто и ясно!
Не любишь, не хочешь смотреть, о как ты красив, проклятый!
А я не могу взлететь, не могу взлететь, не могу, а с детства была крылатой...*
* А. Ахматова.
Обольстительный голос, медовыми потоками разливаясь по воздуху, казалось, обещал распахнуть перед восторженными слушателями некие темные тайны, запретные и от того ещё более сладкие!
Яна так и простояла, не двигаясь, в продолжение всего номера, она слышала, как громовыми аплодисментами проводили певицу, как молодежь, свистя, хлопая и громко крича, умоляла ту исполнить ещё хоть что-нибудь. Затем наступила тишина.
Распорядитель, просунувшись между складками кулис, совершенно будничным тоном спросил, - ну чего замерли, понравилось? Во-о, учитесь! Ладно, давайте, теперь уж точно ваша очередь!
Свел, слегка оттолкнув подружку, выглянула в зал и тут же отпрянула, выругавшись сквозь зубы.
- С-с-сучка!
- Ты чего ругаешься? - Яна шагнула к занавесу, шлепнув по руке русалку, почему-то вознамерившуюся помешать ей.
От увиденного на миг потемнело в глазах и сердце застучало молотом, болью отдаваясь в висках.
Лика сидела за столом рядом с драконом и кокетливо улыбалась, принимая поздравления от всей компании. Вот она подняла бокал, многозначительно взглянула на Джара и, выпив на брудершафт, страстно прижалась к его губам.
****
Втянув воздух сквозь сжатые зубы, Яна стремительно шагнула назад, зацепилась за лапку подставки для анжона и с грохотом упала навзничь.
Олсени, подскочив, помог ей сесть, - что, сильно ударилась?
- Нет-нет, все нормально, - глаза почему-то налились слезами.
- Ой, как же вы танцевать будете, надо срочно лечебное заклинание, плечо разбила, да? Где болит? - обеспокоенно засуетилась Тали.
- Мозги она себе разбила, - приглушенно рявкнула Свел, - брось придуряться, ты на ж.. упала, ничего особенного с твоей драгоценной задницей не случилось! Вставай!
Оттолкнув протянутую руку, синеглазка с шипением поднялась на ноги, держась за голову, - я и правда затылком ударилась, не ори, а выступать не буду, иди вон одна позорься!
- Как не будешь? - "эльфийка" опешила.
- А вот так, передумала, после настоящей зви-и-зды, мы, знаешь, как будем со своим номером смотреться?
- Нормально! Да уж ничуть не хуже этой, чего гонишь-то?! Ребята такой шикарный морской берег приготовили! Прикинь, из пены волн выходят две русалки!
- Ага, выползают на хвостах две дурочки с переулочка!! Всё глупое, наивное, такое же, как два года назад, ничего нового, сладенькие розовые сопли! - голос Яны становился все громче, повышаясь до пронзительного визга.
Свел поспешно зажала рот подружки ладонью, - прекрати истерику! Возьми себя в руки, надо сделать их всех!...
Яна вывернулась, тяжело дыша, - да отпусти, вот же орочье племя, всё, я в порядке. Значит, говоришь, их всех?
Несколько секунд она стояла неподвижно, в раздумье притопывая носком туфли по полу, затем подняла голову и друзья увидели, как по лицу синеглазки расползается нехорошая ухмылка.
- Та-ак, давайте за мной, - Яна метнулась в комнату, где готовилась к выступлению группа третьекурсников, - ребята вы можете начать прямо сейчас? Пожалуйста, - она умоляюще сложила руки, - возникли проблемы, правда, правда, вы же не хотите, чтобы первая ступень в нашем лице опозорилась?
- Ну, не знаю, нам бы ещё повторить, - высокая девушка в черном, одетая под классического вампира из легенд, неуверенно пожала плечами. Её товарищи, несколько растерявшись от такого напора, направились было к двери, но вновь остановились...
- Да у вас отлично получится, великолепно, изумительно, миленькие, пожалуйста, ступайте, - приговаривая эту бессмыслицу, Яна буквально вытолкала "кровососов" на сцену и обратилась в оставшимся.
- Парни, сейчас потребуется ваша помощь, нет-нет, Олсени, сверни матрицы иллюзий, они не понадобятся. Что на сцене будет? А ничего, да-да, не ослышался, совсем ничего!
Девочка критически оглядела друзей, - м-м-мда, такое тряпьё не пойдет, и заменять некогда, значит, остается трансформация! Знаю, что тяжело, но придется выложиться, зато эффект будет - ого-го!