Алик был удивлен его быстрым реакциям, длинной речи, живости на лице и вопросу, потому ответил с заминкой:

- Маяк сработал правильно. Был патруль. Как Геликс рассчитал, с ошибкой. Все погибли кроме одного, и это - Хёйлер. У нас всех метки красные. Куда мы отсюда - только Эл знает. У меня вариантов нет. Ей зачем-то очень нужен местный человек, не сказала. Может быть, ты найдешь? Мне спокойнее будет.

- Она искала связь между Матон и каким-то провидцем по имени Мельзис, за ним она уехала их города. Скорее всего, он может слышать корабль, поэтому Геликс молчит. А Пелия она увезла, потому что на мальчишку хотят свалить будущее подстрекательство к бунту против фараона. Он какой-то родственник Александру Великому, потомок. Она сделал так, чтобы точно следовать своему видению. По ее замыслу в конце у нас должно что-то получиться. Не мешай ей.

- Она согласилась, чтобы я ее подстраховал.

- Это не лишнее. Мне тоже будет спокойнее.

- Ты как? Отошел от вчерашнего?

- Не совсем. Как увидел мышку, хотел в фонтан башкой макнуть раз десять, чтобы думать научилась, умылась бы за одно.

Алика не возмутило это замечание, а заставило улыбнуться. Беспристрастность его друга испарилась, что можно считать добрым знаком. Он даже употребил порзвище, которое дал когда-то Нике, и был, воистину, как в прежние времена зол на нее.

- Да, - коротко сказал Алик, собрался уходить, но вспомнил, что хотел сообщить. - Я сам доставлю девочек в гавань, мы нашли лодочника, которого ты нанял. Можешь хоть сейчас идти к Матон. Не знаю, что вы с Эл придумали, но спорить у меня сил нет. Я двое суток не спал. А почему нам на борт нельзя не знаешь?

- Не знаю, - сознался Дмитрий вполне искренне.

Дмитрий спешил к Матон, но когда добрался, понял, что Эл уже побывала здесь ранним утром. О событиях визита ему сообщила сама Матон.

Она спала, сон был чутким, с рассветом она просыпалась несколько раз, засыпала снова. Ей почудилось, что она опять ощутила Мельзиса. Едва он соприкоснулся с ней и позвал, в пространстве ее видения вдруг появилась Елена, с той легкостью с какой приходят духи. Она сидела на краю ее постели у ног Матон. Вид у нее был какой-то торжественный.

Елена улыбалась, а Матон поняла, что не спит. Матон приподнялась на локтях, она не хотела бы, чтобы кто-то видел ее вот так, после болезни, после сна.

- Откуда ты пришла? - спросила Матон все еще сомневаясь в реальности ситуации.

- Я пришла со стороны царских садов.

- Сейчас там солдаты, - предостерегла Матон.

- Я пришла за помощью, в которой ты отказала мне в прошлый раз. Мне нужен Мельзис.

- Я снова чувствовала его. Я не могу, я обещала хранить тайну.

Вдруг из-за полога показалась фигура, и Матон поняла негласный приказ: "Молчать".

Едва она снова перевела взгляд на Елену, образ девушки напротив захватил ее внимание, и Матон почувствовала свободу.

- Ты его знаешь, Матон? - спросила она.

Он был высокий и очень худой, когда откинул ткань с головы. Матон сочла его красивым, потом не могла решить: известен ли он ей или нет. Снова посмотрела на него и снова почувствовала приказ.

- Так вы знакомы? - в голосе Елены сквозило подозрение.

Матон схватила себя за голову.

- Я не могу понять: снитесь вы мне или нет, знаю я вас или нет. В вас обоих есть что-то фальшивое. Вы будто ненастоящие.

Елена обернулась к незнакомцу.

- Подожди меня снаружи, - попросила Елена, и высокий человек ушел. Она опять обернулась к Матон. - Значит, этот облик ты не знаешь, но влияние - определенно.

Она подсела ближе и ласково взяла Матон за кисть.

- Кто такой Мельзис, Матон? - спросила Елена, склонив голову на бок.

- Нет. Я не могу о нем говорить.

- Можешь. Ты ничего не нарушишь. Ты только что видела того, кто много лет внушал тебе от имени Мельзиса. И он не Мельзис. Не стоило доверять свое сознание тому, кого ты плохо знаешь. Я избавлю тебя от этой связхи, а ты поможешь мне. Ты знала настоящего Мельзиса. Как он выглядел? Где он?

- Елена, в этом замешаны силы, которые превыше нас, людей.

- Матон, ты вещала царице. Из того, что я знаю, эти предсказания могли быть неправдой. В городе начинаются беспорядки. Может оказаться так, что тебя начнут преследовать, если не бунтовщики, то царская семья. Тебе стоит уехать из Александрии. Собери слуг, необходимые вещи. После полудня придет Деметрий и заберет вас. Не спорь. Сделай это хотя бы не ради себя. Мне нужно идти.

Матон последовала за ней и у выхода остановила Елену.

- Мельзис - бывший жрец культа Амона. Я видела его только раз. - Она удержала Елену за руку.

- Жрецы бывают бывшими? - уточснила Елена с сомнением.

- Осторожно, Елена, он умеет оказывать незаметное влияние. Он способен погрузить разум в наваждение, и ты спутаешь реальность и видение. Лучше не приближайся к нему. Чем ближе ты будешь, тем сильнее будет он.

Эл спешила через город. Стало трудно найти безлюдные улицы, город превратился в человеческий поток. Шумные шествия перемежались со стихийными сходками людей. На одном из небольших рынков была невероятная толчея. Находясь в окружении толпы она слышала шепот: "Статуя, статуя".

Она дернула за руку невысокого мальчика и спросила:

- Что со статуей?

- Статуя опять повернулась лицом ко дворцу, - торжественно доложил паренек.

- Опять? Началось, - проворчала про себя Эл.

Все же подальше от центра, ближе к западной части стало спокойнее. На площади перед Серапеоном толпились люди, их было много, но они не шумели, как на улицах. Эл догадалась, что они чего-то ожидают. Она прошмыгнула мимо охраны, потом знакомым двориком. Немудрено выучить дорогу, сколько раз она приходила сюда из-за мелочей.

Когда же она наконец подошла к запертой двери, у которой была охрана, она заявила твердо, как будто имела все права требовать что-то.

- Мне нужен жрец Солон или писец Нкрума, - сказала она.

- Говори точнее женщина, - сказал строго охранник.

- Солон, - твердо ответила Эл.

Охранник приоткрыл дверь сообщил просьбу и тут же встал на место, в дверь он даже не вошел.

Воины хоть и стояли с каменными лицами, но постоянно косились на нее, стоило Эл повернуться и сделать вид, что она не наблюдает за ними.

Ждать пришлось долго.

- Елена?! - изумленный Солон вышел к ней, тут же указал, чтобы она шла в дальнюю часть коридора, обогнал, открыл перед ней небольшую дверь. За ней то же была охрана. - Ты же уехала!

Он обеспокоенный повернулся к ней, дал знак солдату, и тот оставил их наедине.

- Я не уехала. Во всяком случае далеко. На пути кое-что произошло, и я решила возвратиться, - ответила она.

- А я так надеялся, что ты покинешь этот город. Сегодня в храм приходил человек из царской стражи, он искал тех, кто общался с тобой. Почему тебя разыскивает царская охрана?

- Он не объяснил зачем я ему?

- Он беседовал с Эйдике, не со мной.

- Имя этого человека Пталимарх? - спросила Елена.

- Да, его звали так.

- Я не уверена, что он искал меня с каким-то угрожающим мотивом. У нас есть общие знакомые. Я уезжала, никого не предупредив, вот в праздники меня стали разыскивать.

- Это не было похоже на дружеский визит.

- Я предлагаю поговорить о том, что меня тревожит больше, чем царская стража. За этим я пришла. Я напала на очень странный след.

- Елена, не стоит так легкомысленно относиться к тому, что происходит в городе. Я уже предупреждал тебя. Тебе стоило бы приостановить свои поиски и уехать из города. У меня есть маленькая вилла к югу от Александрии. Я предлагаю тебе уехать и укрыться там. Немедленно.

- Что-то происходит в городе?

- Я жрец. Я не вмешиваюсь в дела правящих ни этой страной, ни этим городом. Но даже за стены этого храма просачиваются слухи.

- Вы о статуе? Город гудит как улей.

- Елена, ты умна, ты должна понимать, что статуи не ходят сами. Такими рассказами питают умы суеверных людей, усугубляя их беспочвенную веру в чудеса.