- Я хотел спросить: а не известен ли кому-нибудь из вас человек по имени Александр?

  - Это который то появится, то исчезнет неизвестно куда? - оживился один из фавнов.

  - Наверное. Очень похоже на него.

  - Интересный, довольно известный в Риме молодой человек. Богатый и одновременно не злой. Это редкость. Мы с ним дружим. Когда никто не видит, я даже заглядываю к нему на загородную виллу. Но чаще он приходит к нам в лес.

  - А вас как зовут?

  - Габор.

  - Очень приятно - Серж. Габор, я, наверное, на днях увижу Александра. Передать ему от вас привет?

  - Буду очень признателен.

  - Я вот о чём хотел бы попросить вас, Габор. Видите вон ту скучающую женщину? Ее зовут Шехерезада. Не смогли бы вы ее чем-нибудь развлечь? Скажем, беседой, танцами.

  - Женщины - наша слабость, но они пугаются фавнов.

  - Эту трудно чем-то удивить и напугать.

  - Тогда я пошел.

  Я отделился от фавнов и оглядел поляну. Гаруна нет. Все ли нимфы здесь, непонятно. Я их не считал. Ахмед стоит у бочки и о чём-то беседует с джинном. Али-Баба сидит у танцевального круга и смотрит, как Везер и Зубейда уже кружатся в вальсе. И не он один. Множество существ завороженно следят за парой. Аладдин нашел терпеливую слушательницу - фею Розу - и на что-то уныло жалуется ей. Гном Арзон взял в плен Синдбада, отнял у него саблю, и теперь оба сидят и бурно обсуждают, наверное, достоинства дамасской стали. Бросают травинки на сабельное лезвие и наблюдают, как некоторые под своим весом распадаются надвое. Потешно смотреть на эту пару со стороны! Баба-Яга о чем-то то ли торгуется, то ли просто спорит с Абу. Наверное, хочет всучить ему что-то спёртое у проезжих богатырей или делится опытом ворожбы.

  Подхожу к той красотке, которая со звездой во лбу.

  - Здравствуйте, Маня. Меня зовут Сергей. Как там Спиридон поживает и другие ваши братья?

  - Спасибо, вашими молитвами. Совсем было от меня отбились. Город свой взялись строить. Да какие из них строители! Опять за них самой приходится думать, а у меня ведь еще и семья. Это вы их подучили про город-то?

  - Было такое, - виновато признался я.

  - Вроде и хорошо. Они наконец хоть постоянно при деле. Не пьянствуют и не буйствуют незнамо где. Только теперь все разговоры о том, что туча баб вдруг появится откуда-то и поселится в их городе. Ждите! Опять придется их выручать, а после замужества я почти ничего большого наколдовать уже не могу. Так на роду написано. Попрошу Гвидона, чтобы он дал переселенцев в их город. Братья всё-таки.

  - Передавайте привет Спиридону.

  - Передам.

  Я обернулся к поляне. Откуда-то нарисовался Гарун. Слегка помятый, но чем-то очень довольный. Небо слегка посветлело. Подхожу к бочке.

  - Пожалуй, пора собираться.

  Джинн взглядывает на небо.

  - Сейчас сделаем.

  На бочке из ниоткуда возникают несколько бутылок. Джинн что-то шепчет. Из бочки вырывается фонтан вина в несколько струй и мигом заполняет бутылки. Прилетают с неба пробки и втыкаются в горлышки.

  - Вот, по справедливости всем по одной, а мне две - и бочка пуста.

  Ахмед пошел собирать наших, а из тьмы деревьев какой-то неуверенной походкой выходит Шехерезада и подходит ко мне.

  - Серж, это ты натравил на меня фавна?

  - Да ты что! Как это натравил? Смотрю, ты скучаешь. Вот и попросил одного из них развлечь тебя разговорами, танцами.

  - Правда?

  - Истинная правда!

  - Вот скотина! Ни слова про танцы я от него не услышала. Хотя, с другой стороны, энергичная порода. Несмотря на волосатость, рогатость и копытость, уболтает до обморока кого угодно так, что покажется сказочным красавцем.

  Мы попрощались с волшебным народом, забрали свои бутылки и двинулись к лодке. Утренний полумрак рассеял ночную жуть леса. Просыпаются птицы, а шелест листьев уже не навевает панического страха. Воздух свеж, легок и влажен. Идем молча и не спеша. Смотри-ка - Шехерезада и Зубейда идут, держась за руки. Подружились. Действительно, волшебная была ночь...

  Молча карабкаемся на корабль. Молча Гарун потопал в свой дворец. Окликаю его:

  - Гарун!

  - Что? - он останавливается.

  - Возьмите и мою бутылку. Я себе еще достану.

  - Спасибо, а обещанная награда за мной.

  - Бросьте, какая там награда! Если на самом деле хотите наградить нас, то пообещайте больше за нами не подглядывать.

  Гарун задумался.

  - Хорошо, обещаю. Там, на поляне, я многое понял про вас всех. Счастливого плавания, Синдбад!

  Тихо сидим в каюте. Просто сидим. Зубейда прижалась ко мне и с блаженством улыбается.

  - Чарующая ночь, - нарушила молчание Шехерезада. - Давно мне не было так хорошо! Кстати, Синдбад, а где твоя сабля? Ты же был при ней.

  - Бородатый коротышка выпросил, а я не смог отказать. Не страшно. У меня их куча.

  - Арзон большой мастер по железу, - сказал я. - Так что твоя сабля попала в хорошие руки. Видно, он вознамерился превзойти дамасских оружейников.

  За дверью послышались шаркающие шаги. Дверь скрипнула, и нарисовался наш джинн.

  - Задержался вот немного. Поляну прибирал. Славно повеселились!

  Он подошел к шкафу, в котором спрятана его лампа, и быстро исчез, втянувшись дымчатой струйкой вместе со своими бутылками в щелочку под дверцей.

  Расходиться как-то не очень хочется. Словно эта волшебная ночь из компании друзей превратила нас еще и в какую-то странную, но крепкую семью. Однако пора. Желаем Синдбаду счастливого плавания и тихо разбредаемся по домам. Шехи на прощанье заговорщицки шепнула мне на ухо:

  - Ты хорошо сделал, что подослал ко мне фавна, - а отстранившись и сделав невинные глаза, произнесла во весь голос: - Какое все-таки чудное приключение досталось нам сегодня!

  Я уже лежу, а полусонная Зубейда всё еще никак не может избавиться от своих одеяний.

  - Как я устала, Сержи сахеб! Ваш остроухий друг в зеленой одежде совсем меня закружил. А как интересно было...

  Зубейда уткнулась носиком мне в подмышку, еще что-то неразличимое пробормотала и затихла, равномерно засопев в мгновенно наступившем сне.

  А мне не дает покоя одна мысль. Любопытная вещь открылась сегодняшней ночью. Все волшебные существа из наших разных миров собрались в одном месте. Значит, существует какой-то, так сказать, канал перехода из мира в мир, минуя машину Швейцера в Питере. Очень интересно. А вдруг возможность прямого перехода из мира в мир существует не только для волшебных существ, а и для людей тоже? Классно было бы! Нужно разузнать, что тут и как.

  Ладно, надо-таки хорошенько вздремнуть. Вечером в Париж возвращаться...

  В среду за обедом в графских чертогах Аманды подбиваем итоги прошедших дней.

  - Вашего поэта благополучно доставили в мое поместье, - доложила Катрин, - а в понедельник утром прибыла и Сюзанна. Беглецы пока что только присматриваются друг к другу. Беспокоит то, что во вторник Ришелье не появился на Сен-Сюльпис. А сегодня у него приют на улице Капуцинок, и в такой день он у Сюзанны никогда не появляется. Не похоже на кардинала, который всегда придерживается своих правил.

  - После отъезда Сюзанны к ней кто-нибудь приходил? - спросил я.

  - Нет, ни визитеров, ни посыльных не было. За ее домом всё равно присматривают, и если что произойдет, то немедленно дадут знать, где бы я ни была.

  - В заговорах все гладко не бывает. Причин отказываться от плана пока нет. Мы же за самим Ришелье не следим. Может что-то стороннее нарушило его правила.

  - На улице Капуцинок у нас всё готово, - вступил в разговор Гийом. - Королева Анна написала новой аббатисе для нас письмо. Втолковали привратнику, чтó делать и чтó говорить, когда явится ночной визитер. Если этот визитер проявит хоть малейшую настойчивость, привратник будет звонить в колокольчик. Под видом ночной стражи прибегут четверо наших слуг во главе со мной. А остальные появятся, как загулявшиеся до ночи гости из снятого нами дома наискосок от приюта. Хочешь - не хочешь, а кардиналу придется объясняться, чтó он тут делает ночью в маске и зачем ломится в спящий приют. Всё должно получиться.