- Это чудовище сделает, как сказал, - молвила Уна. - Я сама слыхала о нем достаточно, чтоб теперь сказать: он не блефует. Он уничтожит Эрин, сожжет деревню за деревней, город за городом, а людей принесет в жертву своим страшным богам. Им чем больше крови, тем лучше.
- Я могу подтвердить слова моей госпожи, - кивнул барон Микель. - Мне приходилось бывать в Азарии.
- Мы не допустим такого кошмара, - вдруг сказал один из молодых лордов - Климент.
Он смотрел Уне прямо в глаза, и девушка вдруг почувствовала, что оживает и даже розовеет. А молодой Северный Судья оборотился к королю и повторил:
- Мы такого не допустим.
Фредерик прострелил кузена взглядом, потом ответил:
- Леди Уна в данное время является наследницей покойного князя Деррика и правительницей Эрина. И решать судьбу своего государства будет она, - упор голосом на последнее слово.
- Что же мне делать? - растерялась девушка и не сдержала прерывистого вздоха, который очень походил на всхлип.
- Прежде всего - успокоиться, - Фредерик протянул Уне стакан воды, подождал, пока она выпьет, и продолжил тоном весьма спокойным, очень похожим на учительский. - У вас, леди, несколько вариантов: первый и самый простой - вернуться в Эрин и согласиться на все условия князя Хемуса...
- Это недопустимо! - воскликнул, стукнув кулаком по королевскому письменному столу, барон Микель. - Это самоубийство. Я не позволю моей госпоже так поступить! То, что это азарское животное делает с женщинами...
- Молчите, сэр, - оборвала его Уна, вновь невольно белея. - Это всего лишь один из вариантов.
- И этот вариант сразу отбросьте! - громко отозвался Климент.
Его карие глаза под темными бровями горели таким нехарактерным для Судьи огнем, что Фредерик был вынужден подойти ближе и красноречиво нахмуриться. Юноша взял себя в руки, чуть кивнул.
- Второй вариант, - чуть растягивая слова, продолжил Король, всё еще хмурясь на пылкость Климента. - Южное Королевство берет княжну и княжество Эрин под опеку...
- Это означает потерю независимости? - теперь нахмурился барон Микель.
- Вы не дослушали, - наклонил голову Фредерик. - Под опеку - до разрешения проблемы с Азарией. Далее - как сами определитесь. И потом, я всего лишь предлагаю опеку, а не навязываю ее.
- В случае опеки, что вы предпримете? - спросила Уна.
- Возможно - открытое введение наших войск в Эрин и открытая война с азарцами.
- Если так, то Эрин погиб. Хемус камня на камне не оставит от наших городов, - сказал барон Микель.
- Опять-таки, дослушайте, сэр, - сокрушенно покачал головой Фредерик. - Возможно, мы предпримем тайный рейд. Несколько хорошо обученных воинов на многое способны и часто стоят целой армии. К тому же, это безопаснее и дешевле. Для Эрина - в первую очередь. И мне самому не хотелось бы поливать кровью своих воинов эринские степи. После войны хлеб сеять некому...
- Ха! - довольно воскликнул, в который раз отпустив на волю эмоции, Климент. - Рейд - вот это дело!
Все опять невольно обернулись к нему.
- Простите, не сдержался, - юноша виновато улыбнулся, но пальцы его нетерпеливо стискивали рукоять длинного меча.
А король Фредерик не стал больше хмуриться. Климент напомнил ему его самого десятилетней давности - та же несдержанность и пылкость, и готовность в любой момент сорваться в бой.
- Милый кузен, - заговорил государь, - если думаешь, что отправишься безобразничать в Эрин, то ты ошибаешься. Возможно, я поручу тебе более ответственную миссию. Думаю, лучшего защитника для леди Уны, чем ты, не сыскать.
- О! - пусть и не уверенно, но запротестовал Климент.
- Леди Уна согласна? - Фредерик обернулся к девушке.
- Этот вопрос о судьбе моей страны? - она встала из кресла.
Король понимающе наклонил голову:
- Конечно. Именно о судьбе вашей страны. Я жду ответа на свои предложения.
- Хорошо, - Уна так старалась, чтоб голос ее не дрожал, но нотки отчаяния и растерянности все же прорывались. - Хорошо, - она глянула на барона Микеля, и тот поклонился ей, как бы говоря 'вам решать'. - Хорошо, - вновь посмотрела на Климента, который просто пожирал её глазами, и сердце княжны вдруг затрепетало уже от другого волнения; она обернулась к Фредерику. - Я прошу у правителя Южного Королевства защиты и покровительства для своей страны и своих подданных. И для себя тоже...
* * *
Утром следующего дня в тренировочном зале Цветущего Замка стоял непрекращающийся звон. Так сталось потому, что два добрых старинных меча постоянно сшибались - велся бой.
Мастерством и ловкостью мерялись двое. Один - высокий, широкоплечий богатырь, с копной светлых волос, постриженных в кружок - орудуя тяжелым мечом, словно тростинкой, наносил удары противнику. Тот был уже в плечах и почти на голову ниже, но это не мешало ему легко отражать атаки богатыря и переходить в стремительное нападение. То и дело слышалось его звонкое 'есть!', 'есть!'. Это означало, что тонкий серебристый меч достигал цели, пробивая оборону здоровяка.
После очередного легкого укола в область почки, сэр Элиас Крунос, красный и мокрый от пота, опустил меч и объявил, тяжело выдохнув:
- Все, сдаюсь.
Он поклонился противнику и бросил клинок подбежавшему пажу.
Король Фредерик провел рукой по своим волосам, которые тоже взмокли за время боя, принял от другого пажа стакан воды, жадно выпил и предложил:
- Рукопашная?
- Угомонитесь, государь, - это отозвался мастер Линар, мирно сидевший на скамье для зрителей.
Фредерик махнул в его сторону рукой, так, как будто надоедливую муху отгонял, но тут сам Элиас покачал головой, мол 'с меня хватит'.
Тогда король оборотился к Бертраму, что стоял под окнами и молотил кулаками воздух, отрабатывая удары в ухо и скулу:
- Вперед, братишка.
Восточный Судья кивнул, расправил свои широкие плечи и вышел в центр залы. Натянув перчатки, взял из рук оруженосца свой длинный, чуть изогнутый меч.
На какой-то миг противники застыли друг против друга.
Фредерик напал первым, стремительно, как всегда. Его меч тонко засвистал, обрушиваясь сверкающими молниями на Бертрама с разных сторон. Восточный Судья не менее искусно фехтовал, поэтому быстро и методично отбил атаки белого королевского клинка. Он был чуть выше Фредерика и немного шире в кости, но двигался так же легко и изящно, не уступая в технике и ловкости.
- Лаадно, - протянул Фредерик, прекратив нападение и сделав шаг назад.
Он провел разведку боем и теперь принимал решение, как вести себя дальше. Эта часть поединка заняла секунды четыре, не больше.
Теперь нападение повел Бертрам, который во время атаки не только держал оборону, но и прощупывал противника. Восточный Судья закрутился волчком, приседая и прыгая, одновременно наступая и стараясь достать клинком кузена.
Его атака заняла пять секунд и к особым успехам не привела: Фредерик обошел все хитроумные приемы и отбил все удары, крутясь не менее энергично. Правда, последний укол в бедро он чуть было не пропустил и спасся лишь благодаря стремительному отступлению в виде прыжка с переворотом.
Неискушенному в фехтовании такой поединок показался бы скучным - слишком коротко, слишком быстро. Но вот Элиас, прищурившись и подавшись вперед всем телом, следил за движением бойцов с огромным вниманием, стараясь не пропустить ни малейшего жеста, ни малейшего шага.
- Фууф, чуть не достал, - усмехнулся король, вновь отступая на шаг с позиции.
- Значит, всё еще впереди, - ответил, тоже ухмыляясь, Восточный Судья.
На это Фредерик скептически приподнял бровь, шумно выдохнул воздух, освободив легкие, и тут же ринулся в новую атаку, нанося колющие удары, то справа, то слева. Ноги его с легким шелестом скользили по каменному полу, шаг за шагом, быстро-быстро, а рука с клинком в том же темпе низала воздух, словно игла шустрой, искушенной в своем ремесле, швеи. На эти хитрости Бертрам ответил стремительными хлещущими блоками 'крест-накрест' и таким же быстрым отходом назад, ни разу не запнувшись. Еще секунда, и Фредерик, заканчивая наступление, в глубоком выпаде почти распластался на полу, целя снизу вверх в шею кузену. Тот опрокинулся назад, ударом ноги отбил желающий ранить клинок, перевернулся через себя, встал прямо и сказал, как только что Фредерик: