- Все более чем странно, - пробормотал судья, открыв глаза. - Если только ты чего-то не договариваешь.

   - Все, что знал, рассказал, - пожал плечами Элиас. - Могу я высказать предположение?

   - Ну?

   - Мне кажется, дама Кора как-то связана с преступным миром и, возможно, с кланом Секиры.

   Фредерик смолчал. Он размышлял о том, правду ли сейчас услышал. Но багровые следы от его пальцев на шее Элиаса давали гарантию того, что гвардеец не лгал. А юноша частично догадался о мыслях судьи.

   - Фред, поверь, я предан тебе не менее Марка или Марты, - сказал Элиас. - Конечно, я понимаю: ослушаться судью Королевского Дома - это серьезнейший проступок...

   - Преступление, - поправил его Фредерик.

   Элиас лишь развел руками, как бы говоря 'ну, делайте со мной, что хотите'.

   - Но ты спас мне жизнь, как я однажды спас твою, - продолжил судья. - Я освобождаю тебя от ответственности за ослушание и от обязательств 'запасного варианта'. Ты мне ничего не должен - я тебе. Можешь ехать к отцу и спокойно продолжать свою гвардейскую карьеру.

   Элиас ждал всего, но не этого. Он взбунтовался:

   - Но так нельзя! Я не согласен!

   - Не хочешь быть гвардейцем? - Фредерик удивленно приподнял бровь.

   - Это, конечно, очень почетно, но, - Элиас вдруг смолк: не очень-то ему хотелось вот так сразу выдавать свои тайные желания. - Если по правде, мне больше по душе быть в твоей команде, Фред.

   - И это он говорит после того, как ослушался меня! - возмутился Западный судья, ударив кулаками в постель и охнув при этом от боли. - Черт! Как я сказал, так и будет. Я не могу больше тебе доверять. Так что нынче же отправляйся в Белый Город к отцу и приступай к своим гвардейским обязанностям.

   Элиас опустил голову и вышел.

   * * *

  Начинать дознание Коры было намного сложнее. Во-первых, Фредерик никак не мог себе позволить придушить ее, как Элиаса, во-вторых, тяжело допытывать человека, который заботливо поправляет тебе подушки, одеяла, приносит воду и чуть ли не с ложки кормит (правда, в этом случае судья сердито отобрал ложку у девушки). Однако Кора, надо отдать ей должное, все прекрасно понимала и первой начала тяготивший Фредерика разговор.

   - Ты зря обидел мастера Элиаса, Фред.

   - Он уже тебе жалуется? - съязвил судья, прожевав творожную булочку.

   - Нет. Я просто увидела, что после разговора с тобой он крайне подавлен. Мы с недавних пор с ним друзья, я и поинтересовалась, что ж такое наговорил ему судья Фредерик... Зачем ты так с ним? Парень хочет быть твоим помощником. И разве он не доказал свою преданность, когда спас тебя и Марту. Он ведь рисковал.

   - Да, он очень рисковал, когда ввел тебя в курс дела.

   - Разве это привело к плохому?

   - Я не знаю, что будет дальше, киска. Я не знаю, что ты сделала. И я уверен, что ты мне ничего не расскажешь. Одно мне стало ясно: ты поддерживаешь связи с кланом Секиры и, возможно, со своим отцом, а это ничем не оправдать.

   - Даже спасением твоей жизни?

   - Откуда мне знать, для чего ты это сделала? Может быть затем, чтобы я стал доверять тебе.

   - Это бесполезно, лорд Фредерик, - горько усмехнулась Кора. - Ты никому никогда не станешь доверять. Твоя самоуверенность - это огромный монстр, который пожирает всех, кто пытается быть рядом с тобой! Ты думаешь, что быть одному - это замечательно? Поверь мне, я знаю, каково это. Я ушла из клана, еще не зная тебя, потому что чувствовала: то, что делает отец и его люди - не для меня, я не могу жить среди такого. Может, это кровь матери виновата. Но моя мать умерла, а мой отец, - тут она тяжко вздохнула, - он проклянет меня за то, что я сделала. Я ведь пришла к нему и сказала, что хочу быть с ним вместе, хочу стать такой же, как он. И отец поверил, доверился мне, он поцеловал меня, он снова назвал меня своей девочкой... И я предала его, чтоб помочь тебе... А как еще можно было узнать, что он замышляет? Как еще можно было спасти тебя? И вот теперь и ты отталкиваешь меня за то, что я сделала... О, Фред, ты хоть с кем-нибудь бываешь добр? Именно добр, а не справедлив? Потому что твоя справедливость жестокая и нечеловеческая!

   С этими словами, сказанными в крайнем волнении и даже со слезами, девушка выбежала из комнаты. судья же чувствовал себя прескверно. Он ничего не узнал, выслушал нелицеприятное мнение о себе и поссорился с той, с которой никак не хотел ссориться.

   Будучи в таком не самом радужном настроении, он вызвал к себе Марка и потребовал все новости за те две с лишним недели, которые провел в болезни. судью интересовало многое, особенно же то, напали ли на след Филиппа и остальных кланщиков.

  - На прошлой неделе - разбойное нападение на торговый караван у западной границы, - тусклым тоном докладывал Марк, шелестя донесениями. - Из торговцев и их людей никто не пострадал. Бандитов поймали на следующие же сутки, из четверых двое убиты. Награбленное вернули владельцам. Они заплатили все полагающиеся пошлины... В селении Светозори сгорели три усадьбы, погорельцы обратились с прошением к своему лендлорду, тот отказал в помощи. Люди ютятся в шалашах, а зима на подходе. Сэр Гай побывал там и все уладил: для них на деньги лендлорда уже строится жилье, собирается все необходимое...

   - Что с Юханом? - спросил судья.

   - Он не может говорить: повреждены голосовые связки. Пока молчит, лечит ногу и горло.

   - Но писать-то он умеет! Пытки применяли?

   - К раненому? Сэр! - с укором молвил Марк.

   - Не спорить! - рявкнул Фредерик. - Полагаю, пытками уже давно и немого заставили бы говорить. Что за сиропство? Ты забыл, каким делом мы сейчас занимаемся? Заговор против короля и всего королевства! Немедленно отправляйся в тюрьму и допрашивай Юхана! С пристрастием! Завтра чтоб были сведения!

   - Да, сэр, - Марк поклонился и вышел.

   Фредерик вновь откинулся на подушки: он устал и хотел спать. Почти весь день прошел в разговорах, а точнее - в препирательствах различного рода. Поэтому судья закрыл глаза и совершенно спокойно уснул...

  А в нижнем зале постоялого двора Кора прощалась с Элиасом.

   - До свиданья, мастер Элиас, - она, улыбаясь, протянула ему руку, которую юноша поспешил поцеловать. - И спасибо за всё...

   - Вы так печальны, - заметил Элиас. - Что он наговорил вам?

   - Неважно. Он расстроит кого угодно. Умеет это делать, - невесело усмехнулась девушка. - Впрочем, мне не привыкать.

   Мимо них, буркнув 'до свидания', прошел нахмуренный Марк.

   - Вот, и ему досталось, - вздохнула Кора. - Врагам Западного судьи не позавидуешь, но и другом его быть несладко.

   - А как же вы? - начал Элиас. - Вы ведь любите его, неужели ему и на это плевать? Простите, это не мое дело, но я не могу видеть, как вы страдаете из-за его черствости. Да если бы я был на его месте! - тут он запнулся и густо покраснел.

   Кора лишь покачала головой:

   - Вы не на его месте, поэтому не стоит ничего говорить. И давайте не будем больше обсуждать эту тему и вспоминать мои откровения. Я призналась вам во всем лишь для того, чтобы помочь Фредерику. А теперь, прошу, забудьте все, что говорилось. Это касается только меня и его.

   Элиас вновь поник - слишком резко прозвучали последние слова. Кора поспешила смягчить сказанное:

   - Простите. Наверное, это настроение Фредерика заразно, - улыбнулась она. - Я, в самом деле, так благодарна вам. Поверьте, я не забуду, что вы помогли мне. Вы мой друг, мастер Элиас, ведь правда?

   - А вы - мой, - поспешил ответить юноша.

   К ним спустилась Марта. Кора одарила ее ледяным взглядом и, кивнув Элиасу, ушла.

   Черноволосая красавица приблизилась к Элиасу и глянула так, что он вновь задрожал. 'Остается только решить, какая из двух лучше, - подумал юноша. - Только, похоже, от дамы Коры лихорадки у меня не бывает'.