— Вот их дом! — прошипел Перевёртыш, лихо ввернув неновую свою машину во двор, пристроив её между «Жигулями» с ментовским номером и массивным вишнёвым джипом.

Геккон и Третий двумя молчаливыми скалами возвышались на заднем сиденье и ждали, когда Перевёртыш отдаст им распоряжение выйти, подняться на нужный этаж и выловить там «туриста».

— Э, на галёрке! — крикнул им, не оборачиваясь, Перевёртыш. — Через пять минут тут у меня должен быть только «турист», и именно он! Если приволочёте мне ещё червя — укопаю обоих, ферштейн?

— Не хами, Перевёртыш! — огрызнулся Геккон, выглядывая в окно, видя джип и размышляя над тем, сколько бы он мог стоить. — Мы к тебе не нанимались! Я могу сейчас пойти пиво пить!

— Никчёмный болван! — процедил Перевёртыш, вперив недобрый взгляд в окно на пятом этаже, за которым помещалась квартира Светланы Новиковой. — Ты умеешь только бездельничать, а больше твой ленивый мозг ни на что не способен! Я пойду с вами, иначе, чувствую, вы меня тут червями завалите!

— Бык! — буркнул Третий, а Геккон просто глухо молчал.

— Всё, харэ быковать! — Перевёртыш заворочался, собравшись выскочить из кабины на улицу, под летнее солнышко. — Пошевеливайтесь, у нас — секунды!

— Золота захотел… — тихо фыркнул Геккон. — Иначе бы не парился!

— Э, Перевёртыш, тут менты! — заметил Третий, обратив внимание на синий номер «Жигулей», украшенный двумя красноречивыми буквами «МI».

— Они заметут тебя, если будешь ковыряться! — не испугался ментов Перевёртыш. — Всё, живо, выскакиваем! — он открыл дверцу и выпрыгнул на давешний потрескавшийся асфальт.

Геккон и Третий проворно последовали за бывшим дознавателем, и спустя секунду, все трое уже мчались, считая ступени крепкими башмаками. На лестнице было пустынно — рано утром в выходной день в подъезде не водилось ни человечка. Люди спали, а Перевёртыш, Геккон и Третий пролетели лестницу, не запыхавшись, и застопорились около нужной им двери — двери Светланы, за которой скрывался «турист».

— Вываливать? — кивнул на дверь Геккон.

— Нет, шумно! — отказался от разрушений Перевёртыш и показал пальцем на дверной звонок. — Звони!

— Хм… — хмыкнул Геккон и нажал на кнопку звонка, что делал крайне редко — в основном он высаживал разные двери плечом, каблуком и динамитом.

В квартире Светланы Новиковой за это утро трель звонка раздалась уже во второй раз. Лейтенант Воробьёв до сих пор перекрывал прихожую, лёжа безжизненным кулём, побитый и ограбленный. Эрик прикарманил все его вещи и папку и теперь — спорил с Саньком о том, куда бы им спрятать лейтенанта.

— Что за?.. — это выпростался из комнаты сонный Георгий и тут же застыл на пороге, выронив из оцепеневших рук стакан воды. — Вы…

— А, вот, СД местное притащилось! — заметил его Эрик и пихнул ногою оглушённого лейтенанта. — Подскажи, куда его спихнуть, а, СД?

— Да вы тут все пристукнутые!! — устрашился Георгий, брызжа слюною с перепуга. — Это же мент! Он что, мёртв, да? Убил уже, да, отморозок?

— Я — беспредельщик, — беззлобно поправил Георгия Эрик, хихикнув. — Давай, СД, не быкуй, мозг включай!

Георгий распахнул рот, собрался завопить и обвинить Эрика в отсутствии ума, когда дверной звонок во второй раз за сегодняшнее утро объявил о приходе незваных гостей.

— Ещё один… — пробормотал Эрик, скользнув к дверному косяку, чтобы «принять гостя», напав из засады. — Давай, будущее, отдраивай! — кивнул он Саньку, который пытался оттащить лейтенанта Воробьёва из прихожей на кухню, дёргая за руку.

— Обалдел… — пролепетал Георгий. — Сдурел ты, псих! У нас же мент валяется!

— Да помоги мне! — кряхтел Эрику Санек, выбиваясь из сил, таща тяжёлого, плотно сбитого Воробьёва. — Я не могу один!..

— Кидай и отдраивай, время не резиновое, зажмурю, если что! — жутко «обнадёжил» всех Эрик, заставив Светлану по-настоящему лишиться чувств.

— Что-то они не открывают… — пробормотал под дверью Геккон и поскрёб скошенную макушку. — Чи никого нет…

— Там они! — заверил Перевёртыш, подобравшись к двери поближе. — Я слышу: там кто-то кряхтит.

— А я ничего не слышу… — огрызнулся Третий. — Пошли, что ли? Тут менты близко…

— Уши прочисть! — рыкнул Перевёртыш, роясь в карманах своей чёрной кожанки. — Сейчас, я разделаюсь с этой дверью! Вижу, они притаились там! Знают, что мы выловим их «туриста»! Давай, Геккон, звони опять!

— Чи! — фыркнул Геккон, поняв, что жать на кнопку звонка так же тщетно, как бить муху молотком. Он ещё раз нажал звонок, чтобы не стоять столбом и не заставлять Перевёртыша избрызгивать слюною свой костюм. Звонок прозвонил, но ответа всё не было и не было.

— Не отстают… — нервничал Георгий и помогал Саньку прятать милиционера. — Я теперь не знаю, что делать! — повернулся он к Эрику. — Ты нас угрохал, умник! Чёрт, я не знаю, кто ты такой, но ты — психованный псих, и больше ничего!

Перевёртыш извлёк из кармана устройство чёрного цвета, размером с мобильный телефон, с одной стороны снабжённое присоской, а с другой — наделённое экраном.

— Бомба… — заметил Геккон и тут же сказал Перевёртышу:

— Слышь, Бонд, а фугас — это не шумно?

— Зато эффективно! — парировал Перевёртыш и тут же прилепил свой «мини-фугас» к двери чуть пониже глазка. — В стороны, салаги! — довольным голосом приказал он Третьему и Геккону, отходя. — Сейчас будет «бух», а потом — заскакиваем!

С жуткой кривой ухмылочкой злодея Перевёртыш нажал на бомбе маленькую красную кнопку, и тут же на экране вспыхнули цифры: «05:00».

— Запускаю… — прошипел он и нажал кнопку ещё раз, запустив обратный отсчёт.

Геккон и Третий поспешно удалились от двери — не хотели получить контузию. Перевёртыш оставил бомбу и присоединился к ним.

— Эй, сынки?.. — это выпросталась из квартиры по соседству грузная, седая старушка в бесформенной юбке коричневого цвета, и уставилась на странных «пришельцев» квадратными глазами.

— Чёрт… — злобно плюнул Перевёртыш, и тут же взорвалась его бомба.

Бабахх!! — взрывная волна на миг оглушила, старушку зашвырнуло назад, в её квартиру, и захлопнуло дверь. Геккон едва не упал назад, Третий содрогнулся, Перевёртыш едва не лишился слуха, не успев заткнуть уши. На площадке взвилась туча пыли, дверь сорвалась с петель и вылетела птичкой, просвистев над головою обалдевшего Георгия. Санька сшибло с ног, швырнуло на твёрдый пол, он потерял свои уши, оглохнув от шума.

— Бомбят! — заорал Эрик, падая на пол. — Ложись!

Светлана без сознания сидела в углу, лейтенант Воробьёв валялся посреди прихожей.

— Вставай, чего расселись?? — заверещал Перевёртыш, чьи уши нестерпимо болели, и вспрыгнул на ноги, поскакал в лишившуюся двери квартиру, пробиваясь сквозь плотную завесу пыли и удушливого коричневого дыма.

Геккон и Третий тоже вскочили и ринулись в «лобовую атаку», рассекая пыль, топоча, грохоча. Геккон перепрыгнул через порог, на полном скаку ворвался в квартиру, но тут же его челюсть встретила тяжёлый кулак. Внезапный удар оказался настолько силён, что Геккон слетел с ног и обрушился зубами в пол. В голове что-то хрустнуло, словно бы взорвались мозги, в уши ворвался страшный звон…

Третий ничего не видел, потому что сквозняк выносил дым из квартиры прямо ему в глаза. Однако самого Третьего хорошо видел Эрик. Дождавшись, пока громила приблизится, он дал ему жёсткую подсечку, заставив споткнуться и грохнуться. Третий навернулся об линолеум всем своим тяжёлым весом, а Эрик прыгнул в сторону, схватил с пола бесчувственную Светлану и пихнул её в руки оцепеневшего Георгия:

— На, бери и выноси прочь!

Георгий был огорошен, не понимал, что происходит. Он едва не выронил Светлану на пол — взял её ватными руками, но удержал, повесил на плечо, закрутился на месте.

— Туда! — Эрик пихнул его к развороченному дверному проёму, и Георгий потопал бараном, скрывшись в пыльных облаках.

Перевёртыш сделал скачок и вырвался из пыли и дыма на кухню, встретил лбом холодильник и с размаху уселся на пол.