– Ты кто ещё такой? – спросил Ривон, отмахиваясь от его быстрых ударов.

– Мой – твоё смерть! – вскричал капитан на обще-ваосском языке.

– Вот так и говори, а то ничерта не понятно.

– Да как твой посметь! Твоё гномы – крыса! Грязный крыса! Твой сейчас сдохнуть, как свинья!

– Так крыса или свинья? – смеясь продолжал Ривон дразнить его.

Капитан взревел, как зверь, а его сабля засвистела, рассекая воздух у лица Ривона, выбивая искры из стали при каждом ударе о клинок гнома.

– Твой потопить моё галера! Твой убить мой люди! Твой заплатить перед Солнечный Царь! Твой сдохнуть! Сдохнуть!

Ривону стало смешно от речи альхаббанца, и он решил разжечь его гнев до белого каления.

– Смешно ты говоришь, альхаббанец. У вас все такие?

Капитан рассвирепел до безумия. Оскалившись, как тигр, он бросился на Ривона, и в этот миг парус скрыл собой лучи солнца, бросив на дерущихся тень. Суеверный, как все альхаббанцы, капитан счёл это дурным знаком.

– Почему Солнце оставило меня? – подумал он. – Неужели я в немилости.

Зная традиции и поверья альхаббанцев, Ривон воспользовался случаем и взял преимущество.

– Твой Солнечный Царь оставил тебя, альхаббанец. – насмехался Ривон над капитаном, тесня его к мачте.

– Закат ещё не наступить! – возразил харб.

– Но солнце уже отвернулось от тебя! Не повод ли задуматься, а?

Капитан молча бил по клинку Ривона, пытаясь зарубить гнома, но уже не с такой неистовостью, как прежде. Солнце скрылось, и это не давало ему покоя. Он боялся. Боялся, что он оставлен. И от этого он был уже не так уверен в себе. Чего не сказать о Ривоне, который, то и дело, всё больше и больше теснил его к мачте. И вот уже, когда спина альхаббанца коснулась древесины, Ривон прижал его своим мечом. Капитан подставил свой ятаган под клинок Ривона. Скрежеща зубами от усилия, с которым оба давили на эфесы, Ривон и капитан напёрли друг на друга. Клинок Ривона звонко скользнул по лезвию ятагана, сталь сверкнула, и капитан вскрикнул, пронзённый мечом. Клинок пронзил его насквозь и торчал из спины, багровея от крови. Харб бросил на Ривона безумный взгляд и просипел что-то на родном языке. Рука его обмякла, и ятаган звонко упал на доски палубы.

– Я же говорил… – глядя в глаза противнику, произнёс Ривон и вытащил меч.

По медному панцирю меж острых чешуй полилась кровь. Капитан схватился за рану и оперся на мачту. Ривон вытер клинок и вновь бросился защищать корабль от прущих, как муравьи из-под земли, налётчиков. Стиснув зубы от боли, ещё живой альхаббанец попытался нагнуться за ятаганом, но упал и испустил дух в натёкшей под ним луже крови.

– Они убили нашего капитана! – вскричал один из альхаббанцев. – Они убили его!

– Смерть гномам! – крикнул в ответ другой.

– Смерть гномам! – словно боевой клич, подхватили за ним остальные.

Меж тем в Арксторне Троин и Трамдин добрались до Западных Лугов. Путь был долгим и утомительным, и пару раз друзья останавливались на привал подкрепиться и набраться сил. И вот ближе к ночи они подъехали к замку мудрецов. Замок напоминал небольшую крепость с прочными каменными стенами, способными выдержать осаду, а из-за них выглядывали высокие, как столбы, остроконечные башни без флагов. В некоторых окнах тускло горел свет. За стенами слышались разговоры гномов. Увидев Троина и Трамдина, часовой спустился к воротам и открыл окошко.

– Кто вы и с чем идёте?

Троин спешился с Алмаза и подошёл ближе.

– Я пришёл к своему народу. – ответил Троин. – К тебе, Брийну, Кроину, и к тысячам таких же, как вы, гномов. Я Троин, сын Транира, хранитель клана Остроглазов и король Арксторна.

– Ваше Величество! – воскликнул гном. – Неужто Вы! Вот это радость для нас!

– Для меня видеть вас здесь – не меньшая радость. Только откройте ворота. Мы с другом устали в пути.

Троин улыбнулся.

– Открывайте, ребята! – крикнул стражник в сторону. – Король наш пожаловал!

Гномы засуетились, и вскоре ворота распахнулись, и Троин с Трамдином въехали во двор.

– Смотрите, смотрите. – вполголоса шушукались гномы. – король Троин! Живой! Живой! Ну, наконец-то!

На шум во двор вышли генерал Брийн и Мастер Кроин. Вышли и лишились дара речи. Ни тот, ни другой не ожидали, что это случится и перестали даже надеяться. А тут он сам оказал им честь и пришёл в самое подходящее время.

– Ваше Величество! Вы живы! – радовался Брийн. – Мы уже не верили, в то, что Вы вернётесь к нам!

Троин спешился и подошёл к Брийну.

– Друг мой, я и сам в это не верил… Если бы вы знали, через что мы с Трамдином прошли. – Троин обнял Брийна. – Как же я рад, что хоть Вас с Мастером Кроином не коснулось это несчастье…

Мастер Кроин подошёл к Троину и упал на колени.

– Простите меня, милорд. – сказал старик. – Я сделал всё, что мог. Я пытался защитить её, но оказался слишком стар и глуп.

– Вы были отважны, как рыцарь. – поднимая его с колен, возразил Троин. – Я слышал, Вы ударили Бавера по лицу и чуть не поплатились за это жизнью. Это было достойно. Вы настоящий воин, хоть и не берёте в руки меча.

– Годы службы, милорд… Ведь я не всегда был лекарем и книгочеем. Когда-то я сражался насмерть. А теперь уже никуда не гожусь.

– Эх, наконец-то я дома. – подумал Трамдин, разминая затёкшие во время езды ноги.

Он уже и не помнил, когда последний раз ходил по земле Арксторна. Ему казалось, что прошла уже целая вечность с тех пор, как он покинул родной дом. И как же родной дом изменился за это время. Изменился, и не сказать, что к лучшему.

Всю ночь Троин, Генерал Брийн, Мастер Кроин и Трамдин обсуждали грядущую атаку на Хорсфорт, а под утро начали строить войско. Ближе к полудню уже были готовы выходить. Троин надевал доспехи, когда к нему вошёл Мастер Кроин.

– Ваше Величество.

– Да, Мастер Кроин.

Старик подошёл к Троину и положил большой тяжёлый узел на стол.

– Что это? – спросил Троин.

– Латы вашего отца. Когда Бавер стал хозяином Арксфорта, он приказал выбросить их. Я подобрал их и сохранил в память о короле Транире. Возьмите. Теперь они Ваши.

Троин развернул узел. Это действительно были доспехи короля Транира. Длинная кольчуга, стальные латы, украшенные узором и шлем, увенчанный раскинутыми крыльями орла и гербом Арксторна на лбу. Троин прикоснулся к холодной изрубленной в боях стали.

– Мастер Кроин… Я даже не знаю, как благодарить Вас… Страшно представить, что бы гоблины сделали с ними. Спасибо Вам.

– В этих латах Ваш отец прошёл Войну Стали и Камня. В них он сразил короля гоблинов Дреха Могучего. В них он победил Мардмора в Битве-на-Отроге. И теперь настал Ваш черёд.

– Я не посрамлю их. Даже не сомневайтесь. Правда за нами.

Троин надел отцовские доспехи.

– Вы так похожи на него. – отметил Мастер Кроин. – В молодости он был таким же, как Вы.

В покои вошёл генерал Брийн во всей броне с мечом и секирой за поясом.

– Вас ждут, милорд. – сказал он.

– Да, я уже иду. Помолитесь за нас, Мастер Кроин.

– Я буду с вами. – ответил он.

– Это исключено. – отрезал Брийн.

– Я – гном. Я был воином. Я пробовал смерть на вкус.

– И вы отвоевались.

– Вовсе нет. Вы не на много моложе меня, Брийн.

– Мне двести двадцать пять лет, Вам – триста двадцать.

– И что? Седина ещё не полностью окрасила мою бороду. Я ещё не старик.

– Ну полноте. – вмешался Троин. – поспорили и будет. Выходить надо.

И тут… Представьте, каково было удивление Троина и Брийна, когда Мастер Кроин сбросил одеяния и предстал перед гномами в боевых доспехах и с мечом на поясе. Оба гнома, раскрыв рот, переглянулись круглыми от удивления глазами и посмотрели на Мастера Кроина. Старый гном улыбнулся.

– А теперь выходим. – сказал он и направился к двери.

Троин и генерал Брийн проводили его взглядом, пожали плечами и вышли.

Войско гномов было построено и стояло у стен крепости. Три тысячи гномов. Три тысячи воинов, вооружённых мечами, секирами, копьями и палицами. Троин выехал вперёд и осмотрел войско.