– Авейра, – тихо проговорил мужчина, не смотря в мою сторону, – Даже если она там… и взяла ее ты… я просто заберу ее и все. Обещаю не отдавать тебя под суд, но и в моем доме ты находиться больше тоже не сможешь.
– Ее там нет, – уверенно сказала я, – И да вы правы, находиться в вашем доме я действительно больше не смогу, чтобы не ожидало нас за дверью.
«Ну, вот и все, – подумалось мне, – Уход отсюда неизбежен. Может оно и к лучшему?». Дверь в комнату отварилась и моему взору предстала шокирующая для меня картина, – сердце даже, как мне показалось, замерло на секунду, тоже не сразу осознав и приняв увиденное, – на моей кровати лежала книга в темно-коричневом кожаном переплете! Сомнений в том, что эта за книга у меня не было…
– Этого не может быть! – вырвалось у меня, прежде чем я смогла призвать на помощь гордость и сдержаться. Мужчина стоящий рядом со мной громко, со свистом, выдохнул, сжимая кулаки, «Он, что хочет меня ударить? Опять? – робко отошла на шаг назад, – С него станется!».
– Авейра. – разворачиваясь ко мне, лорд Бранд де Сонт взял меня за плечи и приподнял, так чтобы наши глаза находились на одном уровне. В синих омутах плескалось отчаянье, и чем оно было вызвано до меня не доходило, верить в то, будто лорд не хочет, чтобы я покидала этот дом, я себе не позволяла. – Поклянись, что ты ее не брала! Ты ведь ее не брала?
– Не брала. – Коротко и предельно четко ответила на поставленный вопрос.
– Тогда как она оказалась у тебя на постели? – не отпуская меня, спросил королевский маг.
– Думаю, этот вопрос стоит задать вам, – мой голос был спокоен, я уже прекрасно осознавала свою участь, – чёрт мне было больно! – но изменить уже ничего нельзя. – Я не маг и в таких вещах не разбираюсь…
– Так ты ее не брала? – во взгляде мужчины появилась надежда, смешенная с робкими, несмелыми искрами зарождающейся радости.
– Я уже ответила на этот вопрос.
– Я тебе верю, – опуская меня на пол, уверено кивнул мужчина. – Книгу надо запереть в магическом сейфе, чтобы никто и никогда не смог ее достать от туда.
Мой же взгляд приковала обложка, от нее исходило темно-синее завораживающее свечение. «Точно такое же, как на рынке», – пробежала быстро мысль и пропала, в голове осталось лишь это свечение и больше ничего, ни размышлений, ни чувств, даже ощущение реальности куда-то испарилось. Позже, анализируя свое состояние в этот момент, я пугалась, ибо ощущать себя марионеткой ужасно. Синее свечение сделало из меня безвольную куклу, и кто-то знакомый, будто подтолкнул меня к книге. Сделав несколько быстрых шагов, я взяла фолиант в руки.
– Авейра! – закричал лорд Бранд де Сонт, но до меня звуки его голоса доносились, будто сквозь толщу воды.
Вокруг меня закрутился ураган, вихрь, но даже это меня не настораживало. Темно-синее свечение не давало мне возможности отвести от него взгляд, – торнадо набирало обороты, и в пик своего наибольшего буйства резко опало, – и только когда я оказалась стоять в темном знакомом зале, оно пропало. Меня поглотил страх.… Он не подкрадывался, не овладевал мной постепенно, нет. Страх, будто сильный ливень, способный промочить до нитки за секунду, окутал меня с головы до ног, оказался во мне, не давая мне пошевелиться.
Место, где я, оказалось, было мне хорошо знакомо. Здесь я бывала во снах, навеянных жуткой книгой, и именно за этим залом я наблюдала, не решаясь в него войти с лордом де Сонтом. Правда, кое-что изменилось: действующие лица, сегодня здесь их было в разы больше. Я и ритуальный камень стояли в центре зала, вокруг которого были расставлены свечи, а на самом нем лежало двадцать четыре ножа, – символичное число, отметила про себя, – сегодня здесь запланирована страшная магическая церемония, не иначе. Двадцать четыре человека в черных балахонах окружали меня и камень. Среди них я разглядела Жезель, ее взгляд был устремлен в никуда, как и у всех собравшихся, будто все прибывали в трансе, не видя и не замечая, что творится вокруг. Здесь же была и мадам Барвуа и та самая девушка лорда Бранда, с которой я застукала их сегодня днем. Все они стояли, словно ростовые куклы, стекляными глазами смотря прямо перед собой.
«Совсем скоро!» – внутри меня предвкушающее завопил красноглазый блондин, а злоба-змея, будто от нетерпения пришла в движение, заставляя меня испытывать позабытые эмоции. А я уже успела забыть, какого это чувствовать эту парочку внутри себя, но именно в этот момент я отчетливо поняла отличие между своей злостью и той, что заставляла меня испытывать эта гадюка: ее гнев и злоба были сжигающими, чуждыми и беспочвенными. Страх не покидал меня, обволакивая как вторая кожа, но к нему добавились еще и эмоции блондина, создавая внутри меня бешеный коктейль. «Что за промедление!» – с чуждой мне злостью подумала я, а вторил мне жуткий заливистый смех внутреннего голоса, видимо его вся сложившаяся ситуация забавляла.
– Авейра, – прошелестел мое имя голос духа, повертевшись во все стороны, так и не смогла найти источник звука, хотя кожей чувствовала его присутствие. – Я так рад, что ты сегодня здесь, среди нас. Мне пришлось очень долго тебя ждать…
– Еще бы чуть-чуть подождал, не обломался, – страх, злость и еще уйма не изведанных и чужих мне чувств, смешавшихся в одной мне, придали мне, неразумной дерзости. Но я не жалею.
– Авейра, – с каким-то особым трепетом прошелестел дух, все также, не показываясь на мои глаза, – Мы не можем вечно бежать друг от друга, мы части одного целого! Ты мои звезды, обретшие единую оболочку! Нельзя бегать от предназначения…
– К чёрту твое предназначение, – выплюнула я. Меня поражал тот факт, что все двадцать четыре собравшихся мужчин и женщин, продолжали стоять как завороженные, совершенно не обращая внимания на наш разговор. «Что он с ними сделал?» – промелькнул вопрос в моей голове.
– Когда-то твои предки пленили меня, – в самое ухо проговорил «шелест» и если бы я четко не знала что там никто не стоит, готова была бы поклясться, что дух витает за моим плечом. – Никак не ожидая, что спустя века, кровь всех двадцати четырех семей смешается в одной тебе, возрождая все мои погубленные части. Ты, Авейра, и есть я…
– Забирай этих двоих и проваливай! – рыкнула я, сама не до конца понимая, что говорю.
– Не могу, – мне показалась или в голосе «шелеста» прозвучала грусть, скорее всего очередное театральное притворства, другого от него ждать не приходится. – Мне совершенно не приносит удовольствие тебя пугать, злить тебя, и вызывать твое неудовольствие, моя дорогая. Но ты, та последняя четвертая часть меня, светлая часть, без которой я не смогу возродиться!
– Слушай, – вздохнула, собираясь с мыслями, – Может тебе так, и остаться духом? Ну а что? Зачем тебе все эти земные жизненные проблемы? А я так уж и быть уговорю лорда де Сонта тебя не развеивать…
– Ах, мальчишка, – дух расхохотался, – Если бы он мог, думаешь, он не сделал бы этого раньше? Эйра, никто среди ныне живущих в этом мире не сможет меня уничтожить! Никто!
– Зачем ты разводишь всю эту демагогию? – не выдержала и задала вопрос, – К чему все эти разговоры? Что тебе от меня нужно?
– Мне нужно лишь твое согласие, – ласково проговорил мой потусторонний собеседник, – И я его получу сегодня.
– Зачем ты убивал невинных людей? – решила сменить тему, ибо мне было трудно даже представить чем может закончиться наша сегодняшняя встреча с этим кровожадным духом, возомнившим себя богом.
– Всегда нужны жертвы, Эйра, всегда, – послышался легкий вздох, но «шелеста» по-прежнему не было видно, зачем он скрывался, мне было не понятно. – Чем масштабнее цель, тем больше жертв необходимо. Богиню Смерти нужно уважить.
Все происходящее было очень странным. Вот она я, в его руках! Здесь двадцать четыре человека, пусть и находящихся в каком-то странном состоянии, но сомнений в том, что они ринутся на помощь к своему главарю, у меня не было. Чего же ждет дух, давно бы уже напал, мне было не понятно. «Ну, и как он будет выпытывать у меня согласие? – скептически подумала я, но тут мне ответил внутренний голос, – Есть огромное количество способов…». «Заткнись!» – рыкнула на красноглазого блондина в своей голове, а следующая мысль родилась совершенно неожиданно, мне даже не удалось ее спрятать – Чего же он ждет?». «Всему свое время! – ответил мне внутренний голос, предвкушение в ее фразе так и сочилось, – Недолго осталось!».