— Да пошёл ты! — выпалил Синголо, тут же опуская голову от стыда. За резкие слова в ответ на поддержку и за бедность. — Это у тебя отец кто-то там! Крупная шишка! Может присылать сыночку золота столько, что хоть задницей ешь! Наговорил ты глупостей Дубу — заплатишь чуть больше за испытание! А я… — от смеси жалости, презрения и ненависти к себе Синголо вновь всхлипнул и сел на пол. Он поднял взгляд на северянина.

— А мои родители нихрена не смогут, понимаешь?! Дуб выкинет меня к хренам! — он проговорил это надломившимся голосом и оперся на стену спиной, откидывая голову и вытягивая ноги. — И я пойду работать каким-нибудь задрипанным подмастерьем в городе…

Он обречён. Теперь-то ему точно конец.

— Да ладно тебе… — Варг недоверчиво скривился.

— Нихрена не ладно, — огрызнулся Синголо,

Теперь его точно выгонят.

Родная келья внезапно превратилась для Синголо из храма спокойствия в тюрьму.

Он сидел на своей жёсткой кровати, нервно мял край одеяла и с немым ужасом смотрел на стену. В ушах у него шумело, а что-то рядом с сердцем тоскливо щемило.

Он бессмысленным взглядом обследовал побелку на стене. Маленькие трещины были заучены им наизусть за время подготовки к предыдущим его Испытаниям. Царапины и рисунки предыдущих жильцов маленькой комнатки. Всё это он успел заучить. Картина, намертво вжившаяся в его разум.

Пылинки тускло поблёскивали в косых лучах солнца.

Всегда их с Варгом комната была полна пыли. От книг, наверное. Ну, и от того, что никто тут толком не убирал. Других студиозов заставляли следить за своими кельями-комнатами. Но их комнатушка в Старой башне была слишком высоко — никто из Смотрителей никогда не поднимался сюда.

Комната, которую отводили самым бедным и самым непрестижным ученикам. Его комната.

Потому они и жили тут так, как хотели. Никаких правил, никакого порядка. Пара безвкусных картин, к которым тяготел Варг. Книги и алхимические карты Синголо. Лютня северянина, висевшая над его кроватью. И постоянные сквозняки.

И всё это у него скоро отнимут. Его родной дом…

— Ты прекратишь уже ныть, а? — голос Варга раздался совсем рядом. — Достал уже! Тебя никто ещё не выкинул! Сиди и читай — завтра у нас с тобой Испытание!

— А то я не знаю! — огрызнулся Синг. Тупой, безмозглый северянин! — Догадайся, кто из нас его сдаст? Правильный ответ — никто!

Варг устало вздохнул и уставился в книгу. Странно было видеть этого великана за столом, заваленного книгами и читающего.

— С тобой невозможно иметь дело. Вечно ноешь, как баба, — прорычал северянин, водя пальцем по тексту. — Ты можешь сесть, подготовиться и завтра утереть нос Дубу. Не он один будет тебя слушать! Там будут ещё трое адептов, может, нам повезёт!

— А то я не знаю, — невпопад ответил Синголо, вздрагивая.

— Ты вообще что-нибудь кроме «а то я не знаю» можешь сказать, а? Нет? Ну иди к чёрту, — и северянин, заставив стул заскрипеть, отвернулся.

Синголо тяжело вздохнул и потянулся к стопке книг.

«Основы реагентики», Пауло Кельо. Скукота. Синг пару раз читал эту книгу. И желания читать ещё раз у него не было.

— Где Бронталле? — тихо спросил он, шаря рукой среди книг.

— Я его читаю, — глухо ответил северянин.

— Дай мне.

— Хорошо, только ответь на один вопрос, — заложив пальцем страницу, Варг поднял на него раздражённый взгляд. — Восьмой галлюциноген Мерцелита.

Синголо с победной улыбкой пожал плечами.

— Девина трава. Элементарщина. Давай книгу.

— Хрен тебе, а не книгу, — северянин вновь углубился в чтение. — Я ещё до конца даже не понял, что за Мерцелит. А ты эту бредятину всю на память знаешь. Будь у меня твоя память, я бы…

— Помнил, скольких ты убил? — слабо улыбнулся Синголо, утирая нос.

— Да пятеро их было! — вспылил Варг. — Пятеро!

— В прошлом году говорил — трое. А что дальше? Сага о Варге из Садкаха, что вышел один против сотни?

— Лучше, чем сага о деве Синголо, пролившей море слёз! — фыркнул северянин. — Ты знаешь о Озере Слёз в Ксилматии? То, в котором вода солёная? Его не ты выплакал?

— Отвали, — огрызнулся Синголо, хмурясь.

Да, в последнее время он действительно стал много плакать. Даже излишне много…

Может, в предчувствии краха его карьеры?

А ведь он так хотел стать адептом-алхимиком…

Закрыв глаза, он откинулся на подушку.

Он помнил, как на Мудрой площади адепты зазывали молодёжь в Коллегию. Как каждый из стариков нудно вещал о том, насколько важна их наука.

А затем вышел бодрый мужчина.

«Вы говорите — магия, — сказал тогда он с улыбкой. А затем взметнул руки вверх, и c его ладоней полилось пламя. — А я говорю — алхимия!»

Синголо знал, что магов не существует. Лекции по оккультизму показали ему, что есть лишь «мистификация» и «обожествление». Но алхимия…

Если на свете и была магия — то алхимия была ей.

А теперь всего мечты уничтожены. Из-за того, что он, демоны раздери, заснул на лекции! В первый раз!

А ведь реагентика шла так хорошо… Он даже добился похвалы у Дуба во время практических занятий!

— Опять мечтаешь о своей Лесте? — насмешливый голос Варга выдернул его из полудрёмы.

— А чего бы мне о ней мечтать? — раздраженённо бросил Синг. — Всё у тебя одно на уме, Варг.

— Не я ей цветы передавал через подружек. Что, скажешь не было?

Синголо почувствовал, что его уши горят.

— Ты, кажется, просил, чтобы я тебе не мешал! А теперь сам лезешь ко мне!

— Ну так издеваться над тобой — это святое, Синг. Без этого ж никак, сам знаешь… Я даже думаю, может, сложить какую песню о тебе. Трагическая история о том, как юную деву Сиголо из-за её тупости и нытья выкинут из Коллегии!

— Завтра Дубу попробуй вместо ответа на лютне побрынчать!

Синголо знал, что заденет больное. Варг любил играть на лютне. Но сейчас у него времени хватало лишь на учёбу, и это порою убивало северянина.

— Я и побрынчу, — заверил северянин. — Я-то могу!

— Можешь, можешь, — благодушно кивнул Синголо. — только Дуба это не разжалобит. Можешь ему хоть «Песнь слёз» свою сыграть.

— Ну, он не настолько холоден.

— Вчера ты называл его мудозвоном.

— Погорячился… — стыдливо признался Варг, почёсывая макушку.

— Почему ему вообще тут держат, а? — Синголо действительно этого не понимал.

— Ты несправедлив к нему, Синг, — северянин окончательно отложив книгу, встал и потянулся. Синголо ошеломлённо смотрел, как Варг подходит к окну.

— Несправедлив?! — наконец, сбросил он с себя оцепенение. — Он же мудак мудаком! Вместо лекций читает всем морали! Выкидывает из Коллегии направо-налево! Помнишь, как он довёл до слёз Меслтле?

— Когда он до длины рукавов докопался, — кивнул Варг, кривясь. — Бедная… Слышал, она устроилась прачкой в трактир один. Труд демонский. Платят так себе.

— Дуб, — с ненавистью прошипел Синголо, сжимая кулаки. — И ладно бы он чему-то учил, а?! А он ведь только и знает, что «прочитайте» да «выпишите из»! Иногда мне кажется, что он знает меньше меня!

— Может, так оно и есть, — серьёзно проговорил Варг. — только есть одна проблема, Синг. Он — адепт, у него есть кольцо. А у тебя нету.

— Это глупо, — фыркнул Синголо, закатывая глаза. — Гитше в своих трактатах говорил, что опыт старшего поколения не всегда следует принимать за непогрешимую истину.

— От своей Лесте понабрался, да? — презрительно сплюнул в окно Варг. — Философией за версту несёт.

— Оставь Лесте в покое, мы говорим не о ней! — хотя о ней Синг готов был говорить вечно. — Посмотри на Дуба! Он стар, он туп, он злобен — а его держат лишь за то, что он, видите ли, уважаемый адепт! Но при этом он ничего нового не открыт, взглядов на старое не расширил! Так нахрена он тут нужен?!

— Синг, он в любом случае знает больше тебя, — спокойно проговорил Варг. Таким тоном мать Синголо обращалась с его младшим братом, который едва научился ходить.