— Похоже, ему это уже удалось. — Он пожал плечами, заметив, как Миа нахмурилась. — Ты сейчас не в своей квартире. Я считаю, что это плюс. Возможно, ему удастся убедить тебя переехать.

Миа потрясенно уставилась на него.

— И ты туда же? Эйб, это мой дом. Ты же свой дом продавать не стал бы. Если бы я переезжала каждый раз, когда разозлю очередного негодяя, я бы превратилась в настоящего кочевника в гребаном шатре.

— Сейчас речь идет уже далеко не об одном негодяе. Что Спиннелли делает, чтобы обуздать Кармайкл?

— А что он может сделать? Она не говорила, что это мой домашний адрес. Она сказала, что на улице стреляли и что мишенью была я. А окончательный вывод должен сделать читатель. Она не нарушала закон.

— Миа, как Кармайкл узнала, где найти Геттса и Дюпри?

— Она сказала, что узнала это от своего источника.

— Что, если она и есть источник?

— Ты хочешь сказать: что, если она была там в тот вечер, когда тебя подстрелили? — Он кивнул, и Миа задумалась. — Тогда, возможно, она последовала за ними. Но это означало бы, что все это время она знала, где они находятся, и молчала?

— Это означало бы, что она ждала, когда ты вернешься, чтобы поделиться информацией.

Миа почувствовала, как в ней поднялась волна гнева.

— Черт возьми! Она хотела написать статью о том, как я их арестую, и я дала ей половину того, что она хотела, когда арестовала Дюпри.

— И когда ты его арестовала, эта статья появилась на первой полосе. Не доверяй ей, Миа.

— Блин! — Она встала, хотя коленки у нее дрожали. — Целый день — одни сплошные неприятности.

— Посиди еще немного. У тебя усталый вид.

Миа поморгала.

— Я и правда устала. Но мне еще нужно просмотреть документы Барнетта. У нас нет… — Она замолчала, но потом пожала плечами и употребила слова, сказанные Барнеттом: — У нас ни хрена нет с точки зрения вещественных доказательств. Мы должны найти связь.

— Но если вы не знаете его настоящего имени, то что вы ищете? — спросил он.

Миа потерла ноющий лоб.

— Ты пытаешься обмануть меня с помощью логики, — проворчала она. — Я немного посплю, а потом уже добью документы. — И она направилась к входной двери.

Он последовал за ней, двигаясь хоть и медленно, но уверенно.

— Принеси часть из них. Я могу помочь.

Она быстро надела куртку, вздрогнув, когда задела больное плечо. Если Барнетт не поставил ей синяк, ей крупно повезло.

— Ты ведь на больничном, дружище.

— Я могу сидеть и читать. Я с ума сойду, целыми днями ничего не делая! Ну пожа-а-луйста!

Она рассмеялась.

— Теперь я знаю, у кого Кара перенимает повадки. Если Спиннелли это одобрит, считай себя в команде. Позвоню тебе завтра. Передай Кристен «спасибо» за ужин и поцелуй за меня Кару.

Отъезжая от дома, Миа видела, что он стоит у окна и смотрит на нее, точно так же, как Дейна накануне вечером. Она снова почувствовала укол ревности, смешанной с негодованием. Но ревновала она не Эйба, не Дейну. Конечно же нет. Она завидовала той близости, которая царила в их семьях. Уж в этом-то она могла себе признаться. Завидовала тому, что по вечерам они возвращаются в шумный дом, к людям, которые любят их, несмотря ни на что. Тому, что им не приходится уезжать в ночь в одиночестве.

И хотя ее место жительства поменялось, сегодня вечером она все равно останется одна. Она будет жить в доме Лорен, в то время как семья Рида станет собираться на другой половине. Миа подумала о собственной семье. Келси в тюрьме. Ее мать… После похорон они еще ни разу не поговорили. Аннабель запретила дочери возвращаться, но ей не особо-то и хотелось. Она подумала о таинственной блондинке, спросила себя, кто она такая, есть ли у нее семья. Хорошие ли у нее отношения с ее матерью.

Она так и не прогнала через систему те номерные знаки. Когда все утихнет, она это сделает. Когда все утихнет. Когда все утрясется. Этими словами она обычно пользовалась, чтобы отложить решение в долгий ящик. Отложить покупку новой мебели, косметический ремонт в спальне. Отложить переезд к Гаю в прошлом году, когда он попросил ее об этом. Свадьбу с ним же. Когда все утрясется…

И когда же это произойдет, Миа? Сколько тебе будет лет, когда это случится?

Она расстроилась и выбросила эти мысли из головы. Сейчас стоит беспокоиться о более важных вещах. Она едет в свою квартиру, чтобы упаковать чемодан, так что ушки нужно держать на макушке, а глаза открытыми — на тот случай, если поблизости шатаются плохие парни с оружием. А об этих своих тревогах она обязательно подумает, но — позже.

Миа громко рассмеялась, и этот смех ей самой показался неуверенным и горьким. Когда все устаканится.

Четверг, 30 ноября, 20:15

— Спасибо, Лорен, все было очень вкусно, — сказал Рид, помогая собирать посуду со стола.

Лорен окинула его проницательным взглядом.

— Очень странно слышать. У тебя все время был такой вид, словно ты наказываешь еду.

Скорее он наказывал себя. Он совершенно не справился с ситуацией — с Мией.

— Прости. Я постоянно думаю об одном и том же.

— Я догадываюсь, о чем ты думаешь.

Она ущипнула его и понесла тарелки в раковину.

— А ну подожди! — Он остановил Бет, собравшуюся молча выйти из комнаты. — Куда это ты направилась?

Бет наградила его своим «фирменным» взглядом.

— Наверх, — коротко, словно умственно отсталому, ответила она.

Она весь ужин просидела молча, с раздраженной и угрюмой миной. Еще раз попросила отпустить ее к подружке с ночевкой на выходные. Еще раз получила отказ. Одно и то же, одно и то же…

— Вернись и помоги тете. Я не понимаю, что на тебя нашло, Бет.

Сцепив зубы, она начала с грохотом бросать приборы на тарелки.

— Бет!

Она подняла голову, и он, к своему ужасу, увидел, что в глазах у нее стоят слезы.

— Ну что? — процедила она.

— Бет, ласточка, что случилось?

Она со злостью сметала со стола крошки.

— Ничего такого, что бы ты понял.

Бросив крошки в мусорное ведро, она выбежала из комнаты. Рид ошеломленно посмотрел ей вслед.

— Что все это значит? — спросил он.

Лорен взяла веник и принялась подметать вокруг мусорного ведра, куда приземлилось большинство крошек.

— Ее всю неделю что-то беспокоило. Возможно, проблемы с мальчиком.

Рид закрыл глаза. Его передернуло.

— Ей четырнадцать лет, Лорен. Не говори так.

— Ей четырнадцать лет, Рид. Привыкай.

— Я пойду и поговорю с ней.

— Дай ей время взять себя в руки. — Лорен окинула его оценивающим взглядом. — Ты в последние несколько дней тоже сам не свой. Хочешь поговорить?

Рид внимательно посмотрел на нее. Из всех братьев и сестер в их семье они с Лорен были самыми близкими. Он любил остальных, но они с Лорен всегда чувствовали друг друга.

— Я не знаю.

Она улыбнулась.

— Когда решишь — ты знаешь, где я живу.

— Гм, кстати об этом. — Он смущенно почесал в затылке. — В общем, я сдал твою квартиру. Бесплатно. По уважительной причине.

Она, понимающе прищурившись, кивнула.

— Ты сдал мою квартиру. Бесплатно. Зачем?

— Митчелл нужно пожить где-то несколько дней. И я предложил ей вторую половину дома. Я подумал, что ты согласишься временно переехать в комнату для гостей: все равно ты держишь здесь почти все свои вещи.

Она молча обдумывала сказанное.

— Почему она не может жить вместе со мной?

Он открыл рот. И тут же закрыл его. Он подумал об этом после того, как предложил свою помощь Мии, но отбросил эту мысль. Он хотел, чтобы она жила одна. Чтобы она могла полностью раздеться. Он хотел слушать ее крик, когда она кончает. Не переживать о том, что сестра может их услышать или что он оставит дочь одну. В глазах Лорен вспыхнуло понимание, а у Рида вспыхнуло лицо.

— Ты наконец-то прислушался к моему совету.

— Нет, ничего подобного.

— Но…

— Лорен, это не твое дело, но раз уж ты все равно узнала, скажу: это временно. Точно так же, как и работа вместе.