Примерно дней десять прошли в общеорганизационной суете – знакомились со станцией, заправляли новый завод по переработке первой партией космического мусора, и, как дети, радовались полученным на выходе слитками металлов и полимерам, проверяли связь, сканеры, вставали в новый ремонтный док… Так приятно почувствовать себя дома, пусть дом этот еще весьма далек от совершенства, и за него еще нужно выплачивать солидный кредит…

Отвезли и передали с рук на руки истребители с ничего не помнящей командой, наладили связи с ближайшим транспортным узлом, с которого будут поступать продукты, ресурсы и прочие необходимые вещи… Забирали по ходу прибывающих специалистов… Их хватало – на станции нашлось достаточно желающих слинять с совершенно пустой и неприспособленной к жизни планеты, так что процесс замены кадров шел полным ходом…

–Угу, и в финале у нас останутся как раз шпики твоих доброжелателей. – Буркнул капитан Воронин после очередного рейда за тем хламом, без которого невозможно ежедневное функционирование станции – постоянные рейсы из ближайших систем еще не были налажены, а другого транспорта не было, так что пришлось временно понизить их суперкрейсер до рейсового автобуса.

–Ну, так это ж хорошо – не придется прикладывать усилий, чтобы их выловить – хмыкнул мистер Моннер, по мнению которого, жизнь только налаживалась.

Во всей его неторопливой деятельности был еще один важный, но неафишируемый аспект – он намеренно затягивал хлопоты со станцией, чтобы заставить немножко поволноваться того умника, который все это планировал. Чтобы жизнь медом не казалась, а заодно, может быть, закинуть в его полупустую голову мыслишку о том, что не все в этой жизни можно распланировать, и что события не всегда развиваются в соответствии с намеченным планом. Маловероятно, конечно, но можно же помечтать.

Наконец, на станции собрались все его помощники и заместители. Арк прибыл первым, и, не говоря ни слова (он все-таки кивнул в знак приветствия), залез в центральный компьютер. Вторым прибыл полковник Рид, который по-военному четко отрапортовал о прибытии и осведомился о месте расквартирования. Участвующие в полуофициальной встрече полковника люди как-то сразу крепко приуныли – они знали, что встречают своего будущего надсмотрщика, но все же не предполагали, что их жизнь враз обратится в лагерь строгого режима и неукоснительной дисциплины, а запахло в отсеке с прибытием полковника именно этим.

Чуть позже капитан Воронин шепнул мистеру Моннеру, что ребята уже заключают пари на то, кто сможет достать "каменного истукана", как прозвали полковника на станции. Вообще-то, внутренний тотализатор на станции расцвел в первый же день заселения – скучающая команда развлекалась всевозможными пари еще на Насаги, чтобы со скуки не сдохнуть, а тут это начинание расцвело пышным цветом. Спорили про все – какой отсек первый сломается, на кого вызверится Проктолог, в какую сторону они направятся в следующий раз, и так далее… Вот что с людьми делает обилие денег и отсутствие возможности их потратить.

–А на что еще по поводу него спорят? – лениво спросил мистер Моннер.

–В основном насчет того, кого и как он первого капитально вздрючит… Фаворитом пока идет твой компьютерщик, ибо парень слова "дисциплина" не знает вообще… Как и слов "полковник", "флот", "устав", "распорядок" и всех прочих милых уху военного человека буквосочетаний… Кстати, он же является фаворитом в споре, кто господина полковника уделает – уж больно ловко парень шарится в технике, и не использовать такую возможность против твердолобого солдафона просто кощунственно… Просто пока парень почти безвылазно сидит в своей берлоге, и все отлично понимают, что он занят… А вот когда ему станет скууучно… – мечтательно протянул капитан.

–Судя по всему, ты активно болеешь за Арка. Что, полковник уже успел и тебя достать?

–А то! Я-то ладно, просто пару выговоров от него получил, да и то за команду – Рид понимает, что я подчиняюсь лично тебе и могу его послать в любой момент во всю ширь и многообразие бесконечного космоса. А вот остальные воют. Поначалу все надеялись, что они сцепятся с боцманом… Довольно большие ставки на это делали, кстати… Но случилось страшное – они спелись! Наш Проктолог, оказывается, помнил ту историю, где засветился полковник, и крепко он его тогда зауважал за то, что тот своего продажного старпома шлепнул… Повторяет только, что лучше бы начальника!

–Еще бы, на то и был расчет… На кровь я особо не надеялся, если честно, но делал ставку на то, что договоритьсяу них не получится…

–Так это была твоя режиссура?! То-то я думал, что уж больно не похоже на наши внутренние органы… Хорошее было шоу! Жалко, что тебе награду академии голоискусства не дали…

–Главная награда была в том, что меня там вообще рядом не было… Ох, и стоила мне та заварушка… Но я потом быстро застолбил освободившиеся места, так что в итоге остался в выигрыше. Так что там дальше с Проктологом и его новым кумиром голоэкранов?

–Что-что, Проктолог только обрадовался, когда на горизонте появилась такая железная рука. Он и так понимал, что еле-еле удерживает команду в узде, и что тебя их каверзы только забавляют. А тут еще станция добавилась… Но теперь он может с чистой совестью пугать всех провинившихся тем, что отдаст на перевоспитание Истукану, а это действует сразу и безотказно. Странный мужик… Я твоего полковника имею ввиду. Похоже, здорово его приложило… Иногда клинит на полуслове, иногда идет вперед, как статуя на негнущихся ногах… Его сначала за это прозвали и жалели даже, а когда поняли, что в голове у него то же самое творится, в смысле только прямые линии остались и клинит иногда на элементарных вещах, то и взгрустнули…

–Ладно, не переживай – мы скоро отправимся в долгий путь, а вот остальные взвоют…

–Это хорошо, что мы скоро отчалим, а то, как по мне, так мы тут подзадержались, но тебе виднее, конечно. Кстати, а когда мы стартуем?

–А вот выслушаю пару ласковых слов от своей единственной, так и отправимся… –

–Ну, ты и извращенец! – капитана передернуло. Прибывшая последней Марта Сарс стойко терпела несовершенство окружающего мира в целом и присутствие в нем мужчин – в частности, но эта нелегкая борьба очень уж явно отпечатывалась на ее лице, когда кто-нибудь попадался ей под ноги. Все свое недовольство она высказывала только мистеру Моннеру и в приватной обстановке, но то ли и у стен бывают уши, то ли звукоизоляция отсеков не была рассчитана на подобную нагрузку, но на день космофлота мистер Моннер получил в подарок от тайного доброжелателя очень характерный кляп и наручники… Или это совпадение?…

–Крун, тебе говорили когда-нибудь, что ты идиот? – сухо уточнила госпожа Сарс, не отрываясь от своих цифр.

–Говорил мой дражайший папочка примерно пятьдесят пять лет назад, когда я поступил в космофлот… На моей памяти он был единственным, да и то взял назад свои слова, когда я дослужился до лейтенанта и купил им с мамой маленький домик на берегу, о котором они всю жизнь мечтали…

–Так вот, ты идиот! – сказала госпожа Сарс, проигнорировав лирическое отступление. – Я не представляю себе иной причины, по которой ты мог бы связаться с таким кредитом! Это же абсурд! Такой займ используется для быстрой раскрутки и последующего "сопровождения" бизнеса, а уж никак не для развития планеты!

–Дорогая, ты слишком переобщалась с традиционным бизнесом и на твое воображение повлияла их косность!

–Это ты так дипломатично попытался сказать "сама такая"!? – сухо уточнила Марта.

–Именно. Потому что вариантов достаточно много – например, что я принял это в безвыходном положении.

–Пф!!! – Интонация этого "пф" была непередаваема, и содержала по меньшей мере семьсот тысячелетий женского презрения к мужчинам, которые так и не отошли от пальмы, с которой они только что спустились за палкой – партнерский займ на развитие не спонтанно делается. Это значит, что ты дал себя втравить в такую схему, и пройти по ней достаточно глубоко под чужую дудочку, чтобы в итоге получить такой займ, да еще и не иметь возможности от него отказаться, либо скорректировать… Это значит, что ты вдвойне идиот!