Он снова покачал головой.

— Нет. Мы сами с этим разберёмся. Ты не пойдёшь. Как ты вообще можешь предполагать...

— Ты серьёзно? — прорычала я. — Ты же знаешь, что это единственная причина, по которой я здесь, верно?

Малачи потупил взор.

— Кроме того, судя по твоим "вариантам", я единственная, кто может войти внутрь. Я могу позволить им завербовать меня. И Анна, ты же говорила, что они любят таких, как я, так что я могу...

— Лила, — его голос был твёрд как камень, вызывая меня на спор. — Если ты войдёшь туда, велика вероятность, что не выйдешь. Там в подвале десятки Мазикинов. Мы не сможем остановить их, если они попытаются причинить тебе вред. Если они попытаются овладеть тобой. Должен быть другой способ.

Я с вызовом встретила его взгляд.

— Я не беспомощна. И если ты меня прикроешь, я смогу её вытащить.

Я повернулась и пошла в спальню, не в силах больше смотреть на него. Я начала рыться в комоде. Вошла Анна и начала рыться в шкафу, бросая на койку различное оружие и коробки. Малачи последовал за нами, но остановился в дверях.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Ищу гражданскую одежду.

Мои руки дрожали, пока я рылась в заплесневелой одежде.

— Я не позволю тебе сделать это, — решительно заявил он.

Я подошла к нему, положив одну руку себе на бедро.

— Прошу прощения? Это не ты всего минуту назад пообещал мне, что не будешь принуждать меня к чему-либо? Я пропустила скрытый смысл, где говорилось, что ты врёшь?

— Тебя здесь вообще не должно быть! — крикнул он, сокращая расстояние между нами. — Я пообещал тебе помочь найти её, а не помочь тебе погибнуть!

— Я собираюсь вытащить её оттуда! Я больше не повернусь к ней спиной!
И не позволю тебе отправиться на самоубийственную миссию.

Он вскинул руки и ударил ладонями по комоду с обеих сторон от меня, поймав меня в клетку из своих рук. Он склонился надо мной.

— Это безумие! Почему ты так уверена, что решением этой проблемы являешься ты?

— Потому что это лучшее решение из всех твоих дурацких вариантов!

Его голос потряс меня до глубины души.

— Почему ты так хочешь отказаться от себя? Неужели ты ничего не стоишь? Как ты можешь...

Я зажала ему рот ладонью. Мне нужно было, чтобы он заткнулся. Но тепло его кожи... от этого мне захотелось плакать. Я нырнула под его руку и попятилась, подняв руки вверх. Мне надо отключиться, иначе я взорвусь. Я не могла вынести выражение его лица. Это бесило меня и одновременно разрывало мне сердце.

— Я не собираюсь спорить с тобой, Малачи. Я уже всё решила.

— Я не могу. Я не могу помочь тебе сделать это.

Он покачал головой, обводя взглядом комнату, смотря куда угодно, только не мне в лицо.

— Это самый лучший и безопасный план, чтобы освободить её.

— Только не для тебя, — его лицо исказилось в мучительной гримасе, и он запустил пальцы в волосы. — Я не могу этого сделать.

Он развернулся на месте и вышел из квартиры.