– О, кей, Павел Иванович, – улыбнулась секретарь-референт. Поднялась с кресла и подошла к шкафу, где хранился электрочайник, чайный и кофейный сервиз, пачки черного и зеленого с жасмином чая, баночки кофе и сахар. К моменту, когда Лещук возвратился с бутылкой коньяка, Ласка принесла в кабинет на подносе блюдечко с дольками лимона, а вскоре и две чашечки ароматного бразильского кофе. Юрисконсульт наполнил принесенные из своего кабинета рюмки золотистым напитком и предложил тост:

–Виват! За дружбу и братство вовеки веков!

Выпил и Тяглый последовал его примеру. Закусили дольками лимона и шоколадом, запили кофе.

– Рэм Анисимович, может еще по рюмашке? Для таких крепких мужиков, как мы, пятьдесят граммов, что капля в море. Не серьезно и не солидно, – заметил юрисконсульт.

– Да у меня дел гора, – смутился президент.

– Поэтому для моторности и надо выпить. Коньяк дает калории, заряжает энергией, расширяет сосуды и снижает давление. Врачи рекомендуют людям с избыточным весом в качестве профилактики против гипертонии и инсульта, – просветил Лещук.

–Если полезно, то давайте на посошок, – согласился начальник. Павел налил в рюмки до краев.

– Тогда за прогресс нашего бизнеса! – произнес президент.

– За успех и удачу! – поддержал юрисконсульт. Пожевал лимон, повертел бутылку с остатками напитка.

– Рэм Анисимович, негоже слезы оставлять, дурная примета. Как сказал великий Наполеон, если бутылка укупорена, то она должна быть выпита до дна. Давайте прикончим ее и все дела. Бог троицу любит, – предложил он. Тяглый призадумался, а потом подал рукой знак согласия и Лещук охотно наполнил рюмки и признался.– Я уж грешным делом подумал, что вы меня после той досадной стычки в коридоре выставите за порог. Начал зондировать почву в поисках «запасного аэродрома».

– Вы – опытный профессионал и Ника Сергеевна, царство ей небесное, не ошиблась в выборе. Таких специалистов и холить, – ответил заметно охмелевший от ста пятидесяти граммов коньяка хозяин кабинета и в знак доверия подал руку и юрисконсульт ее с благодарностью пожал.

– Эх, жизнь хороша и жить хорошо! – потянулся в кресле юрисконсульт и с лукавством взглянул на президента. – Рэм Анисимович, может продолжим, вспомним, как поет Алла Пугачева, шальную молодость свою, хоть и безденежные, но золотые студенческие годы? У меня в резерве бутылка «Хортицы». Живо сгоняю…

– Нет, нет! Павел Иванович, довольно пития и чревоугодия. Я– на строгой диете, – замахал руками президент. – Не желая вас огорчать отказом, слишком увлекся. Не забывайте: делу – время, а потехе – час. Что о нас сотрудники подумают?

– Президент всегда прав.

– У меня гора важных дел, – напомнил Тяглый.

– У каждого свой Эверест.

– Да, конечно, Павел Иванович, я без претензий, – Рэм Анисимович поднялся из-за стола, дав понять, что аудиенция окончена.

И когда Лещук намеревался последовать его примеру, дверь с шумом распахнулась и в кабинет ворвались капитан Чибис и двое милиционеров из патрульно-постовой службы. Следом за ними вбежала смущенная Наташа с густым румянцем на лице.

– Рэм Анисимович, я им велела не входить, сказала, что вы заняты, но они, наверное, привыкли двери ногами открывать. Никакой деликатности и этикета, – возмущалась секретарь-референт, взирая то на президента, то на суровых посетителей – дюжих парней в камуфляже.

– Чем обязан, господа? – поднялся президент. – Почему такая бесцеремонность? Мой офис, частная территория неприкосновенны.

– Рэм Анисимович, наш визит для вас не должен быть неожиданным. Я вас неоднократно предупреждал, назначал сроки посещения психиатра, но вы эти требования представителя власти проигнорировали, – сухо сообщил капитан милиции Чибис. – Поэтому не обессудьте, мы с вами в бирюльки и в кошки-мышки играть не собираемся. И если вы такой занятой человек, что на безобидную процедуру не можете выкроить полчаса времени, то мы вас доставим в психдиспансер с комфортом и теперь вы пройдете обследование по полной программе. Своим упрямством, нежеланием обследоваться только усугубили свое положение. У нас есть основание полагать, что у вас серьезные проблемы с психикой.

– Я здоров, отвяжитесь от меня…, – стушевался президент.– Вот только гастрит иногда беспокоит…

– Уже слышал, что вы здоровы, как бык. Типичная отговорка тех, у кого пошаливают нервишки. Там вас от всяких болячек избавят, – осадил его Чибис и скомандовал. – Берите его, ребята, «браслеты» на запястье, чтобы не брыкался и в задний отсек УАЗа.

Оба милиционера, звеня стальными наручниками, надвинулись на президента. Он опешил, с надеждой взирая на вроде бы безучастного к происходящему Лещука. Неожиданно юрисконсульт поднялся в полный рост и властно крикнул:

– Стоять на месте!

Милиционеры замерли, не зная кому подчиняться, а майор уже крепко взял бразды правления в свои руки, придавив пристальным взглядом Чибиса. – Жора, ну, когда ты перестанешь нарушать закон, элементарные права человека? Предъяви санкцию прокурора или решение суда на арест гражданина Тяглого. Ну, что, полный облом?

– Как вы посмели, я президент фирмы!– пришел в себя Рэм Анисимович, почувствовав в лице майора надежную опору. – Предъявите ваши документы и санкцию прокурора, как вам приказывает майор милиции, самый здесь старший по званию.

Оперуполномоченный угро развел руками и заявил:

– Это приказ следователя Зуда. Будь вы, Рэм Анисимович, хоть Папой римским, а мне приказано вас доставить по назначению. Поэтому приказы не обсуждаются, а выполняются. Вперед и с песнями!

– Отставить песни! Жора, Георгий, не горячись, не плюй в колодец, из которого придется напиться, – твердо произнес юрисконсульт. – Не подставляй свою голову, а то ведь схлопочешь взыскание. Пусть Валерий Янович, если он такой умный, сам пожалует, а не перекладывает ответственность на твои плечи, а значит и погоны. Ребята, вы свободны. Этот номер у вас не прошел, не на тех нарвались. Поищите лохов в другом месте, а свои права мы знаем назубок.

Милиционеры несколько секунд потоптались посреди кабинета по мягкому зеленому паласу и ретировались на исходную позицию.

– Павел Иванович, по старой дружбе, я вам не советую брать на себя роль адвоката, – проворчал огорченный исходом капитан. – Это вам может выйти боком. Подумайте, кого вы защищаете?

– А ты меня, Жора, не стращай, я давно не из пугливых и ты об этом отлично знаешь, на бандитские стволы и ножи грудью шел, за чужие спины не прятался, – спокойно отозвался Лещук.

– Так вы, господа-граждане подшофе, неадекватны. Не фирма, а черт знает что, пьют средь бела дня, не просыхая, – с раздражением произнес оперуполномоченный угрозыска. – Поэтому и неудивительно, что стреляют, как в тире.

– Уйдите прочь! Частная собственность неприкосновенна! – заявил Тяглый, напрягая воспаленное алкоголем сознание.

– На вашу частную собственность и титул я не посягаю, – возразил Георгий. – Вы обязаны были пройти медосвидетельствование у психиатра на предмет вменяемости.

– Я вам ничем не обязан! – осмелел президент. – Освободите служебное помещение, а то я вызову охр…!

И застыл манекеном, вспомнив, что охрана лишь в проекте.

– У вас, действительно, проблемы с психикой, взвинчены и агрессивны, – удрученно покачал головой Чибис. – Придется вызвать санитаров, чтобы сделали инъекцию и надели смирительную рубашку.

– Только попробуйте, – Рэм сжал пухлые от избытка жира кулаки.

Незваные и посрамленные гости в мрачном настроение удалились. Находясь в УАЗе, капитан связался с Зудом:

– Валерий Янович, доставка Тяглого к психиатру сорвалась. За него вступился Лещук, они вместе в кабинете квасили и майор попер на нас буром. Я решил не обострять ситуацию, чтобы не дошло до стрельбы. Вы же знаете ребят из «Беркута», сразу хватаются за оружие.

– Правильно сделал, хотя ты тоже большой любитель пострелять, – одобрил следователь.

– Сколько еще водить хоровод, выписывать кренделя? Надо брать этого президента-финансиста, жирного борова за жабры, пока тихой сапой не сбежал в Израиль.