– Какой к черту розыгрыш. Такими вещами не шутят, тем более на службе. Срочно звони дежурному по УВД, пусть направляет оперативную группу,– велел Чепель.

– Никаких звонков, на хрен мне нужен скандал,– отстранил его руку от телефонной трубки Вьюжный.– Пока собственными глазами не увижу, никакой преждевременной тревоги и паники.

Он заблокировал входную стальную дверь и втроем они поднялись на третий этаж, в туалет, где Никита в растерянности не удосужился выключит свет. Вошли и остановились у двери, чтобы ненароком, не оставить отпечатков на ручке и других предметах, не запятнаться кровью.

– Какой ужас,– произнес Вьюжный, взирая на труп, остекленевшие глаза президента. – Сам он себя не смог бы порешить. Кто же тогда?

Он перевел настороженный взгляд на Никиту, словно именно тот знал разгадку трагедии.

– Что ты на меня уставился, как баран на новые ворота,– не выдержал телохранитель его пристально-проницательного взгляда.

–Ты подозрительно долго его искал,– открыто намекнул Николай. – Вот невезуха и именно в мою смену.

–А ты, что слышал выстрел? – ответил вопросом на вопрос Чепель.– Или у меня пистолет с глушителем?

– Нет, без глушителя.

– А ты, Анатолий, слышал выстрел?

Давыдко отрицательно покачал головой.

– Тогда не пяльте на меня глаза. Если бы я его грохнул, то выстрел из моего ТТ прогремел бы по всему зданию,– резонно подытожил телохранитель. – Да, и какой мне прок убивать человека, который дал работу, хлеб? Не идиот же я, голова соображает.

– Да, убедил, у тебя нет причин для устранения президента,– согласился Анатолий.– Но все же дай потрогать пистолет.

– Выкусишь, в чужие руки личное оружие не отдаю, – твердо произнес Никита. – Я для твоего же алиби хотел проверить холодный или теплый ствол? – пояснил Давыдко. – Не хочешь иметь алиби, так и скажи. Однако перед ментами придется долго и нудно объясняться. Еще обвинят нас в сговоре с целью убийства и ограбления должностного лица. Как получилось, что в охраняемом здании, где кроме Тяглого других сотрудников не было, совершено убийство. Нечистая сила, злой рок? Все это мистика, колдовство. А пока, что мы уязвимы. Нас накрыла тень подозрения и особенно Никиту. Поэтому, чтобы не запутаться, давайте ребята не фантазировать, а все излагать что на самом деле увидели. А поиск убийцы – это дело угрозыска и прокуратуры.

Они спустились вниз и Вьюжный сообщил о происшествии дежурному УВД, а тот полковнику Резцову и прокурору Грецких. Марат Рудольфович поднял по тревоге следователя Зуда.

24. Ключ от «черного хода»

Спустя двадцать минут, сидевшие перед экранами видеоохранной системы Вьюжный, Чепель и Давыдко, увидели, как один за другим к зданию офиса подъехали, сначала темно-зеленый УАЗ, затем карета «Скорой помощи», а следом черная «Волга». Николай разблокировал дверь и открыл ее с помощью автоматики. В фойе вошли знакомые им по внешности прокурор Марат Грецких, начальник УВД полковник милиции Геннадий Резцов, а с ними Валерий Зуд и группа сотрудников в штатском. Никита и Вьюжный представились, как сотрудники частного охранного агентства «Щит и меч».

– Оружие есть?– сухо спросил Валерий Янович.

–Так точно! – ответил за троих Никита.

– Сдать! – властно произнес следователь и велел Чибису.– Георгий разоружи их без всяких разговоров.

– По какому праву? – возмутился было Чепель.– У нас разрешение на право ношения и применения, есть лицензия на этот вид деятельности. Мы будем жаловаться прокурору.

– Выполняйте, что приказано,– оборвал его прокурор Грецких.– Позже я рассмотрю вашу жалобу, а сейчас в виду стечения обстоятельств и до выяснения истины сдайте оружие.

– Есть, – без энтузиазма повиновался Никита и, нырнув правой рукой за левый борт куртки, достал из кобуры и подал пистолет ТТ. Оперуполномоченный аккуратно взял оружие за конец ствола и опустил в полиэтиленовый пакет. Тоже самое он проделал и с пистолетом Макарова, неохотно отданным Вьюжным. Между тем Зуд, посоветовавшись с Грецких и Резцовым, обернулся к эксперту-криминалисту Ельницкому:

– Самуил Юльевич, проверьте изъятое оружие на предмет отпечатков пальцев и других признаков применения.

– Где потерпевший, вернее погибший? Ведите,– велел Резцов Чепелю. Все прибывшие, за исключением Давыдко и Вьюжного, врач, два санитара с носилками поднялись на третий этаж. Эксперт-криминалист, не мешкая, обследовал дверную ручку и поверхность, выключатель, а врач и судмедэксперт констатировали смерть Тяглого в результате огнестрельного поражения и большой потери крови.

–Летальный исход,– произнес судмедэксперт.– Но время наступления смерти удастся установить лишь после вскрытия. Причинены два огнестрельные ранения в область сердца и контрольный выстрел – в височную часть головы. Тип оружия выясним по пулям после их изъятия из тела в процессе его вскрытия.

– Чибис, ищи гильзы,– велел Валерий Янович, интуитивно осознавая, что “почерк” тот же, что и при убийстве Стужиной и Рябко, когда унеся гильзы, преступник лишил шанса провести тщательную техническую и баллистическую экспертизы. Кафель был обильно залит кровью, спекшейся маленькими лоскутками. Вместе с Самуилом следователь тщательно осмотрел одежду: портмоне, часы не тронуты, а вот ключи от кабинета и квартиры отсутствовали.

– Кто еще кроме Тяглого находился в офисе,– спросил Зуд у Никиты. – Когда я вместе с водителем Давыдко прибыли к зданию офиса, чтобы отвезти президента домой, то по информации Николая Вьюжного, только Рэм Анисимович задержался на работе допоздна. За ним часто такое водилось, у него ведь нет семьи, ревнивой жены, а значит за позднее возвращение пилить некому.

– Куда смотрел, хренов телохранитель? – упрекнул его следователь. – Куда надо, туда и смотрел. Находясь в офисе, Рэм Анисимович предпочитал обходиться без моих услуг, – холодно отозвался Чепель, ощутив на себе осуждающий взгляд Зуда.

– Мог кто-то из посторонних проникнуть в здание?

– Через центральный вход это нереально. Мимо телеаппаратуры с видеокамерами мышь не проскочит.

– Может, есть и другой вход в здание или пожарная лестница? – поинтересовался Ельницкий, доверчиво взглянув на Никиту.

– Есть «черный ход» во внутренний двор, но кроме бабы Брони им никто не пользуется,– вспомнил Чепель, так как несколько недель назад при поступлении на службу в фирму, изучал схему здания, согласно положению и инструкции по обеспечению безопасности президента.

– Баба Броня, кто такая?

– Техничка, уборщица Маковей.

– А что, ключ от «черного хода» был только у нее?

– Кажется, еще и у Рэма Анисимовича.

– Но в карманах его одежды не обнаружено никаких ключей.– заметил Самуил Юльевич.

– Возможно, они остались в его кабинете, – предположил Никита и добавил.– Ведь судя по всему, Тяглый лишь на несколько минут намеревался оставить кабинет.

– Где этот чертов «черный ход»? Веди! – приказал следователь, увлекая за собой эксперта-криминалиста. Узкая лестница находилась в торцовой части здания в десяти метрах от туалета. Тщательно осматривая по пути бетонные ступени с железными перилами одной стороны и глухой стеной с другой, они спустились на первый этаж. Тяжелая стальная дверь оказалась запертой на два оборота ключа, но легко открываемая изнутри, поскольку замок был не врезным, а навесным.

– Чепель, Никита, помогите Самуилу Юльевичу снять замок для проведения технической экспертизы,– велел Валерий Янович.– Не исключено, что его, чтобы попасть во внутрь здания, открывали дубликатом или отмычкой. Надо установить домашний адрес, либо телефон этой Брониславы Маковей. Пригласить ее или навестить и взять показания.

– Адреса и телефоны всех сотрудников фирмы у охранника на вахте,– сообщил охранник, польщенный доверием.

– Вот и прекрасно, значит не будем откладывать дело в долгий ящик. После осмотра места преступления, фиксации картины телекамерой и составления протокола, санитарам было дозволено вынести тело Тяглого и доставить в морг для вскрытия.