– Опиумный, молочно-восковой зрелости мак?

– Нет, срываю головки, когда полностью созреет и высохнет, – пояснила она. – Правда, наркоманы пронюхали и пытались залезть в огород, но я их прогнала в шею.

– Георгий, не приставай к женщине, у нас другая цель, а наркотиками пусть сотрудники ОБНОНа занимаются, – осадил Чибиса следователь. Маковей молча открыла ключом большой амбарный замок, отодвинула стальной засов и распахнула калитку. Пристально вгляделась в лица мужчин, увидела милицейский УАЗ и сержанта-водителя в форме и успокоилась, слегка подобрев лицом. За ее спиной угрюмо возвышался сухопарый мужчина в стеганой фуфайке, с двустволкой в руках.

– Недружелюбно вы, баба Броня, встречаете блюстителей порядка,– укорил ее Валерий Янович.

– Какой там порядок, сколько бандитов и разного жулья развелось, что уму непостижимо,– возразила хозяйка. – Вон нашего президента фирмы Нику Сергеевну и ее охранника Сеню какой-то злодей убил, а до сих пор не могут сыскать и как следует наказать, чтобы другим неповадно было покушаться на жизнь людей. После того случая я всех незнакомых, особенно ночью вместе с Петром встречаю с ружьем и собакой. А что, имею право в целях самообороны. Мне об этом наш адвокат Павел Иванович сказал. Он много лет в милиции служил. Да и сами посудите, телефона у меня нет, чтобы в случае чего вызвать милицию, а соседям не шибко чужие проблемы и беды нужны. Как только стемнеет, каждый в свой угол забивается и сопит. Мол, моя хата с краю, я ничего не знаю.

– Извините, что побеспокоили,– перебил ее Зуд, зная, что язык без костей и она кого угодно заговорит. – Времени у нас в обрез, баба Броня, а вы до утра горазды нам басни рассказывать.

– А откель ты знаешь, что меня так кличут?– хитровато прищурила она маленькие глазки на полном и круглом, словно луна, лице.

–Такая у меня профессия обо всем знать. Нам нужен ключ от двери «черного хода» в здании, где размещен офис фирмы «Nika».

– Зачем он вам потребовался? Без разрешения своего президента Рэма Анисимовича, я никаких вам ключей не дам,– твердо произнесла она и для убедительности добавила. – Хоть всю ночь здесь гопака танцуйте или меня арестуйте, а без его приказа пальцем не пошевелю.

– Не собираемся мы хороводы водить,– заметил Ельницкий. – А вот часа на три для установления личности доставим в отдел.

– А зачем устанавливать мою личность, когда меня здесь каждая собака знает? – возмутилась хозяйка.

– Собака может и знает, а для нас необходимы уточнения.

– Вот и уточняйте, а ключ я вам не отдам,– упрямо заявила она. – Попадет к какому-нибудь злодею, он заберется в офис и унесет имущество, ковры, компьютеры, принтеры и другие штуковины. Кто опосля этого ответит, кто возместит ущерб? Сразу найдете крайнего, потащите бабу Броню на нары, а там и за решетку на скудные казенные харчи. Нет, я еще из ума не выжила, чтобы себе во вред поступать. Езжайте к Рэму Анисимовичу и возьмите у него расписку, что мол, не возражает, а наоборот, велит отдать вам ключи. Как прикажет, так и сделаю.

– Некому теперь давать расписку. Убит Рэм Анисимович наповал,– сухо сообщил следователь.

– Что вы такое говорите!? Я его утром видела, когда убирала в коридоре, – не поверила Маковей.– Вы, наверное, его с кем-то спутали или решили надо мной подшутить?

–Убит. Преступник, наверное, воспользовался ключом от двери “черного хода”. Скажите, у кого еще кроме вас, был ключ от той двери? – спросил Валерий Янович.

– Господи, что это творится на белом свете?!– вознесла женщина руки вверх. – Сначала Нику Сергеевну, прекрасной души человека и Сеню порешили, а теперь очередь и до Рэма Анисимовича дошла. Так все начальство изведут и фирму по ветру пустят. Беда так беда, проклятие. Прогневили видать Бога. Спаси, сохрани и помилуй.

Она поспешно, озираясь по сторонам, перекрестилась.

– Вам то, чего бояться, вы человек в фирме маленький, валютой не ворочаете, – усмехнулся Чибис.

– Так ведь под горячую руку и шальную пулю можно попасть, – возразила женщина.

– У кого еще из сотрудников был ключ? – повторил Зуд вопрос.

–У президента и больше ни у кого. Но ходил он только через парадную дверь, а черным, запасным пользовалась я со своими швабрами, ведрами и метлами, – призналась женщина и жестом пригласила во двор.– Да вы прошли бы во двор, присели, в ногах правды нет.

– Щиро дякуем за гостеприимство, мы его уже по достоинству оценили, – сдержанно улыбнулся Валерий Янович, с опаской оглядываясь на рычащего пса, черной масти и помеси немецкой овчарки. «Действительно похож на цыгана»,– подумал он.

– Мы и здесь договорим. Осталось несколько вопросов,– сказал он. – Вы кому-нибудь отдавали ключ для изготовления дубликата?

– Что вы, упаси Господь, по инструкции запрещено. Я ценю свою работу, на жалкую пенсию ноги протянешь.

– Тогда может быть случайно где-нибудь оставляли без присмотра?

– Нет, все время при мне в этой связке,– и в подтверждение своих слов Бронислава Савельевна достала из широкого кармана замшевого потертого халата тяжелую связку ключей. – Здесь и от кабинетов и от моего дома, сараев, курятника и подвала. Всегда при мне. Даже, когда ложусь спать, прячу под подушку. Петро может подтвердить.

– Да, прячет под подушку,– промолвил мужчина.

– Ружье то у вас хорошее, двустволка шестнадцатого калибра,– на глаз определил криминалист.– Зарегистрировано ли?

–Зарегистрировано, как полагается,– ответил немногословный хозяин и, нехотя, пояснил.– Я член общества охотников и рыболовов. Плачу взносы, а во время сезона хожу на дичь, уток, зайца, фазана. Увлекаюсь рыбалкой – пиленгас, камбала сарган, ставрида, да бычки. Часть на продажу, а остальное Брони на ушицу, да вялю под пиво. Не то, что иные браконьеры красную рыбу – осетра, севрюгу в Азове ловят.

–Да, браконьеры вконец обнаглели, куда только рыбинспекция смотрит,– вздохнул Чибис.– Я бы им спуску не дал.

– Пусть с браконьерами другие возятся, рыбинспекция, прокуратура, экологи и биологи, у нас своих дел с избытком,– прервал его рассуждения Зуд и мягко обратился с просьбой к Маковей:

–Бронислава Савельевна, вы бы мне на время дали ключ от “черного хода”, необходимо для следствия, проведения экспертизы.

– Чтобы найти убийц Стужиной и Рябко, в теперь и Тяглого?

– Да, вы очень сообразительная женщина, отличаетесь точной логикой мышления,– польстил ей следователь.– Без вашей ценной помощи нам не обойтись. И в случае задержания преступника, либо нескольких, ваш вклад в их разоблачение будет обязательно отмечен премией или подарком, публикацией в газете. О вашем благородном поступке узнает весь город. На руках будут носить, словно героиню.

Он увидел, как неподдельный интерес вспыхнул в ее глазах, а лицо осветилось улыбкой, словно она уже стала обладательницей премии или подарка и понял, что попал в точку.

– Обо мне напишут в газете?

– Непременно и покажут по телевизору. Я об этом позабочусь, – поощрительно улыбнулся Валерий Янович. Чибису и Ельницкому оставалось в подтверждение лишь кивать головами.

– Под честное слово, я тебе ключ не отдам,– не уступала женщина. – Пиши расписку, о том, что в присутствии таких-то фамилия, звание и должности, получил от меня ключ. Только на таких условиях, ключ то ведь казенный от больших материальных ценностей. Сам по себе стоит копейки, но открывает доступ к богатству.

– Он может открыть доступ к раскрытию преступлений, а это важнее любых богатств и ценностей.

Зуд не стал вдаваться в полемику, достал из папки белый лист бумаги и оформил расписку и подал женщине.

– Она действительна, может ее должен заверить нотариус?– спросила она неуверенно.

– Я сам себе нотариус, да еще в присутствии свидетелей.

Маковей отсоединила от связки один из ключей и подала Валерию Яновичу со словами:

– Ты ж береги его, как зеницу ока, и возверни в полной сохранности, когда изловишь злодеев.

–Вы не ошиблись? Именно этот ключ?