-   Слушаю! - сказал Микеланджело, сняв трубку.

  Звонил Леонардо.

  Леонардо дежурил в квартире Ника Рейн­боу. Тщательно осмотрев ее, он не нашел ровным счетом ничего подозрительного. По­ставив на всякий случай лазерную ловушку напротив дребезжащего холодильника, Леонардо решил немного вздремнуть: ведь Ник Рейнбоу от действия сверхвысоких доз рела­ниума впал в многочасовую спячку.

  Поспав часика три, Леонардо проснулся и решил взглянуть на боксера. Тот продолжал спать. Его частое дыхание было похоже на дыхание запыхавшейся собаки. В нем, как уже сполна удостоверился Леонардо, явно сидел какой-то дух. Леонардо решил позво­нить друзьям, рассказать им про обстановку и посоветоваться о дальнейших действиях.

-   Микки, это Леонардо, - представился Лео, когда Микеланджело поднял трубку.

-   Я тебя слушаю.

-   Хочешь новостей из мира Окулостома? - ­хитро сказал Леонардо, пока еще не догады­ваясь, что у Микеланджело тоже есть ново­сти по этой части.

  В это время Луиза бросилась к телефон­ному аппарату и хотела уже было ухватить его зубами, но Микеланджело с силой начал вырывать у нее телефон.

  Леонардо услышал в трубке возню и повторил:

-   Алло, Микки... Ты меня слышишь? У меня есть свежие новости по нераскрытому делу Ника Рейнбоу...

  Так как черепашка был более ловок, чем Луиза, он без особого труда смог вырвать из рук девушки телефонный аппарат и, нако­нец ответил:

-   Да, я слушаю... Говори, Лео!

-   Я сижу в квартире Ника Рейнбоу, - сказал Леонардо. - Похоже, что вурдалаки Окулостома хорошо поработали над нашим дружком Ником. В нем сидит тот негодяй... - Леонардо замялся, не желая называть имя духа, который находился в теле боксера.

-   Ну тот, который прятался у него в холодильнике... - все же объяснил он.

-   А как сам Ник Рейнбоу?

-   Да вроде ничего. Спит и не ворочается...

-   Хорошо, а я-то думал, что тебе помощь требуется...

  Услышав, что Микеланджело передает по телефону интересную информацию, подошел Рафаэль, а Луиза, наоборот, отошла и нача­ла осматривать скелетик летучей мыши, ко­торый используется некоторыми колдунами для ворожбы.

-   Ты пощупай у боксера пульс, - пред­ложил Микеланджело, - спортсмен спорт­сменом, но сердце такой дозы реланиума мо­жет не выдержать...

-   Минуточку, - пробормотал Леонардо и через полминуты произнес, - все в поряд­ке: сердце у парня работает, как помпа.

-   Ну и слава Богу, что все нормально, - облегченно вздохнул Микеланджело.

-   Это еще не все. Ты помнишь, он назы­вал себя привратником. Это о чем-нибудь тебе говорит?

-   Да, - ответил Микеланджело, - у меня в гостях сидит хранительница ключа.

-   Прекрасно! - воскликнул Леонардо. - Их надо свести вместе.

  Микеланджело в этот момент мельком взгля­нул на Луизу. Та взяла в рот мышиную кос­точку и начала ее сосать.

  Рафаэль, заметив это, почувствовал при­ступ тошноты, а Микеланджело поежился от отвращения и ответил Леонардо:

-   Думаю, очная ставка крайне опасна...

-   А где Эйприл?

-   На выезде... Будет немного позже, - ответил Микеланджело.

-   Ладно, смотрите за ключницей в оба!

  Микеланджело выпил кофе и начал ду­мать, как извлечь беса из тела бедной де­вушки. Когда приедет Эйприл, нужно, что­бы все было готово к операции. А после ее завершения следовало срочно ехать на квар­тиру Ника Рейнбоу - действие реланиума к тому времени должно было ослабнуть, и не­чистый дух вновь мог овладеть телом боксера.

  Леонардо посмотрел на часы. Было без чет­верти четыре. Он взял боксера за руку и пощу­пал пульс. Тот оказался таким частым, что можно было предположить: внутри тела Ника Рейнбоу начались непонятные процессы.

-   Плохие новости, мистер боксер, - произ­нес Леонардо, когда закончил измерение. - Надо что-нибудь срочно предпринимать.

  Черепашка-ниндзя выбежал на кухню, что­бы найти там ампулу реланиума. К сожале­нию, он ничего не нашел.

  Эйприл и Донателло без труда справились с привидением, и сразу же отправились в обратную дорогу. Путь предстоял неблизкий, поэтому Эйприл, сладко зевнув, заснула, а Донателло стал выжимать из машины все ее лошадиные силы, чтобы успеть добраться до­мой к утру.

  Ночь стояла туманная. Где-то вверху сия­ла луна, делая туман молочным.

-   Боже, - произнес Донателло, - нико­гда мне не было так душно.

  Вскоре он выехал на хайвэй, ведущий пря­мо к городу. Движение, к счастью, было не слишком оживленным. Только тяжелые авто­поезда время от времени попадались навстречу, и почти никто не ехал в сторону города.

  Машина уверенно держала скорость и тор­педой мчалась по автостраде, преодолевая километр за километром. Мотор гудел, как тур­бина, но Донателло все прибавлял и прибавлял газ.

  Внезапно он услышал, как в лимузине что­-то застучало. «Проклятый кардан, - сооб­разил Донателло, - надо было его заменить, сколько бы это ни стоило... Послушал этого скрягу Леонардо. Мол карданы от старых машин долговечнее новых…»

  Теперь автомобиль катился только по инер­ции.

  Внезапно небо прямо над шоссе словно рас­кололось - совсем рядом ударила молния. Донателло высунулся в окно. Туман рассеи­вался в предутренних сумерках, в небе сияла полная луна, и ни одной тучи не было видно.

  От яркой вспышки молнии и грохота про­снулась Эйприл. Она посмотрела в окно -­ грозы вроде бы не должно было быть. Эйприл удивленно взглянула на Донателло и спросила:

-   По-моему, молния ударила?

-   Да, молния... - ответил, вздохнув, Донателло. - Но дождя не будет. Это, ей Бо­гу, проделки нечистой силы... Да и кардан лопнул. Придется наскоро прихватить его точечной сваркой, но скорости мы уже не наберем... Приедем в город позже.

  Эйприл стало не до сна, и она занялась отснятыми на ксероксе в городском архиве чертежами небоскреба, находящегося возле центрального парка.

  Донателло открыл багажник автомобиля, вынул силовой кабель от трансформатора и, используя кусок проволоки вместо электро­да, прихватил кардан в месте разрыва.

  Чтобы сдвинуть машину с места, пришлось ее подтолкнуть - иначе кардан снова лоп­нул бы на месте недолговечного соединения. Донателло разогнал машину до сорока кило­метров в час. Разгонять до большей скорости он не рискнул. От скуки черепашка на­чал следить за дорожными знаками, хотя и понимал, что сбиться с автострады не мо­жет. Время от времени попадались цвета­стые заправочные станции, и вновь - бес­конечная лента дороги.

  До боли в глазах Донателло всматривался в серые сумерки, пытаясь различить на го­ризонте огни города. Но их все не было и не было.

-   Эйприл, а ты в Боженьку веришь? - вдруг спросил он у девушки, заметив, что та не спит, а моргает над чертежами.

-   Лично с ним незнакома, - буркнула Эйприл, продолжая бороться со сном.

-   А я вот верю, - произнес Донателло. ­- Это надо же иметь такой мозг, чтобы дер­жать всю Вселенную под контролем, каждый атом... Что ты скажешь по этому поводу?

  Эйприл пожала плечами и не ответила: она была занята своим делом.

  Задушевного разговора у девушки и чере­пашки-ниндзя на этот раз не получилось.

  Прошло немного времени.

  Воздух стал еще влажнее. На горизонте забрезжил рассвет. Не было похоже, что они приближаются к городу. Но, увидев указа­тель, Донателло прочитал, что до города ос­талось всего пятнадцать километров. Он не мог спокойно сидеть, когда Эйприл все вре­мя молчала.

-   Тебе холодно? - спросил Донателло у Эйприл, заметив, что та закрыла форточку и зябко поежилась.

-   Нет, - ответила Эйприл. - Разве может быть холодно в такую духотищу. Я просто прикрыла окно, чтобы не трепало чертежи.

-   Да, в самом деле, - кивнул черепашка, ­- духота ужасная. А что ты там высматриваешь?

  Эйприл, наконец, оторвалась от бумаг и произнесла:

-   Это чертежи небоскреба возле централь­ного парка, где живет Ник Рейнбоу, наш первый клиент. Его дело мы так и не завер­шили...