Разумеется, женщина была неживая. Теперь Микки стало смешно, ведь он ее недавно так боял­ся! «Ничего, абсолютно ничего не произошло»,— подумал Микки. И тут… Внезапно ему показалось, что он заснул — и снова проснулся. Он решил больше не трогать ту каменную ладонь — на это не было ни сил, ни желания. Вместо этого Микки обошел фигуру сзади и рискнул посмотреть, что же все-таки скрывается в этом большом камне. Сначала Микки шел медленно, потому что смутный отсвет изнутри казался почти не существующим. Он привык к яркому солнцу.

Потом, когда у Микки привыкли глаза, он уви­дел, что вошел в большое, похожее на огромную пещеру место, где рядами стояли высокие округ­лые опять же камни, поставленные друг на друга. Они напоминали странные деревья, но только без листвы. Верхние части этих каменных деревьев исчезали высоко над головой Микки, в тусклом свете.

Внезапно Микки вздрогнул. Почему-то эта ка­менная женщина заставила Микки вспомнить о врагах. О Колдуне, о роботах, о ящерах… Но и эти мысли, как и еще не удовлетворенное любо­пытство, заставили Микки упорно шагать дальше.

Так же как и Каменная река имела свой конец и свое начало, так и ряды этих каменных деревьев сами показывали ему, куда идти. Теперь он даже стал различать, что впереди света становилось все больше.

Микки ускорил шаг, его ноги по колено утопали в толстом слое пыли на камнях, по которым он сту­пал. Здесь, выше было гораздо большее отверстие, выходившее, казалось, прямо на небеса. Рядом с отверстием лежал огромный камень, целая камен­ная громада, которая была не серо-белого оттенка, как все вокруг. Она, эта каменная штука, состояла из множества красок, которые как бы наслаива­лись одна на другую. Основанием всех цветов служил черный.

Микки, присматриваясь, приближался. Кое-где виднелись блестки весьма яркого цвета, похожего на желтый. Какие-то лепестки! Многие места све­тились и сияли так, точно на них падал яркий свет. Эти блестящие пятна повторялись в разных соче­таниях на всех четырех сторонах камня — так ре­шил Микки, обойдя камень вокруг. Однако их по­ложение или количество ни разу не повторялись. Он не видел, что там, на верху камня, так как было слишком высоко. «А вдруг наверху что-то новое? И я удивлю Лео! И вообще, что значит все это?» — подумал Микки.

Он решил вскарабкаться наверх. Прикасаться к камню он боялся, помня то странное чувство, когда впервые прижал свою ладонь к ладони ка­менной фигуры. Микки встал на отбитый край, потом подпрыгнул.

Там, наверху, не было больше никаких блестя­щих пятен и точек, там было…

Он отскочил назад потрясенный, чуть не потеряв равновесие. Привиделось это ему или действитель­но было? Он увидел, увидел очень неясно… Лицо?

«Если увидел, значит, это новая каменная фигу­ра»,— Микки старался себя успокоить. И что мо­жет сделать ему это каменное создание? Во всяком случае, до тех пор, пока он к нему не прикоснется?

Решившись, он снова вспрыгнул на прежнее место и стал внимательнее рассматривать камень. На поверхности толстым слоем лежала вездесущая пыль. «Там, внизу, не было такой ныли»,— вспом­нил Микки. Он попробовал было рукой смахнуть ее. Нагнулся, не касаясь камня руками.

— Да, вот оно! — прошептал Микки.

«Но только внутри камня такого не может быть!» — тотчас же мелькнула мысль.

Будто бы в целом камне было дупло, точно в старом дереве, а сверху положено что-то прозрач­ное, словно вода в ручье, так что можно смотреть и видеть то, что находится внутри.

Затаив дыхание, Микки прикоснулся к тому прозрачному, что покрывало каменное дупло, и на этот раз не ощутил того странного чувства, как от прикосновения к ладони каменной женщины. Но это прикосновение помогло Микки понять, что сверху действительно есть необычная крышка: прозрачная, сквозь которую все видно.

Его настороженность куда-то исчезла, и Микки припал к этому прозрачному материалу, чтобы хорошенько рассмотреть все внутри.

Там, внизу, в камне лежала фигура. Он стал рассматривать ее. Тело было завернуто в саван, кроме рук и ног, в несколько слоев кусками мате­риала, который слабо светился. Очертания рук были, в общем, нормальными; правда руки и все остальное были гораздо больших размеров, чем у Микки.

Руки отдыхали, лежа на уровне груди, пальцы слегка сжимали какое-то орудие. Оно было крас­ного цвета. Микки не мог разобрать черт лица спя­щего: на лице лежала маска такого же цвета, поэтому нельзя было ничего как следует рассмотреть.

«Может, он мертв? Может, его оставили тут друзья?» — подумал Микки и оглянулся. Но во­круг царили только пыль и сумрак.

«Если это так, то незнакомец лежит здесь уже с давних пор»,— решил Микки.

Он спрыгнул на пол.

Как долго спал здесь этот незнакомец, Микки не мог сказать. Глядя на пятна света на пыльном камне, Микки поежился. Затем подбежал к двери, миновав каменную женщину, но не стал больше на нее смотреть.

Снаружи, под солнцем, он почувствовал себя лучше. Но странное ощущение все еще давило на Микки. Теперь он уже хотел скорее выбраться отсюда, возвратиться к своим друзьям: Лео, Рафу, Дону, друидам.

Побежав вниз по Каменной реке, он даже начал задыхаться: настолько спешил оставить позади эти холмики камней.

И вот Микки покинул Каменную реку и вернулся на знакомую и теплую траву. Он не остановил ни на минуту своего бега-полета, пока не оказался опять на том же месте, откуда в первый раз увидел каменные холмы.

Солнце уже садилось. Вокруг Микки собирались тени. Он почему-то начал дрожать. Не от холода, нет. Просто он никак не мог понять, что же с ним все-таки случилось.

«Кажется, Лео был прав,— подумал Микки.—

Каменную реку и каменные холмы не следует включать в свою жизнь, их надо обходить сторо­ной — и как можно дальше».

Успокоившись и переведя дух, Микки двинулся по направлению к городу друидов. Однако при этом он никак не мог забыть спящего с маской на лице, там, в каменном холме. Микки еще мучило любопытство.

«Кто же это был? Почему он так лежал, как будто ждал кого-то или чего-то?». Микки потряс головой, точно хотел вытрясти из нее все эти не­свойственные ему мысли.

На ветке дерева он увидел сочный плод, налитый соком и солнцем.

«Вернуться ли еще раз одному в это жуткое ка­менное место,— подумал Микки,— или сначала рассказать о своих приключениях Лео и потом всем вместе отправиться туда?»

Микки как раз потянулся за плодом, когда нечто весьма важное отвлекло его от этого занятия. Что-то произошло. Но что конкретно?.. Он был срочно нужен. Да. Так подсказало ему чуткое сердце воина. Особое чутье всегда помогало ему в трудные минуты жизни.

Он бросился бежать так быстро, как только по­зволяли трава и корни деревьев. В нем поднима­лось ощущение надвигающейся беды, которая ка­салась и его самого. Микки терялся в догадках: нападение Колдуна на друидов или что-то случи­лось с друзьями? Он думал о самом страшном.

«Может быть, Колдун вместе с атомными яще­рами или с роботами-истребителями вернулся сюда?» — думал Микки.

Он не успел добежать до городка друидов, когда прямо перед ним появился Раф.

— Маленький Ась и Ялли пропали! — восклик­нул Раф.

Микки, тяжело дыша, остановился и привалил­ся к Рафу. Первая мысль, которая пришла ему в голову, была о том, что Ась и Ялли последовали за ним туда, по Каменной реке, и заблудились там, в этих каменных холмах.

— Где? — спросил Микки.— Где это произошло, тебе известно?

Раф молча указал через плечо Микки туда, где начиналась Каменная река.

— Они пошли за мной,— сказал Микки.— Все ясно.

Он стал размышлять о множестве мест, в кото­рых могли спрятаться друиды, и о том, что могло с ними произойти в надвигавшейся темноте.

— Может, они затеяли просто игру? — предпо­ложил Раф.

Микки глубоко вздохнул.

— Скажи Лео, чтобы оставался здесь на всякий случай; я сам пойду искать друидов.

В гаснущем свете дня у каменных холмиков стал какой-то тревожный и зловещий вид, которого Мик­ки не заметил днем. Тогда на них падали лучи солнца. А с приближением тьмы там словно просы­пался кто-то страшный, жестокий и злой. Микки заставил себя не думать об этом и сконцентрировал мысли на одном: что же все-таки находилось в кон­це Каменной реки? Только теперь он по-настоя­щему испугался. Но чего именно? Этого он пока не знал.