В углу, рядом с чем-то вроде котла, в круг расставлены стулья.

— Думаю, это …

Сверху доносится громкий шум. Похоже кто-то уронил что-то на пол. Потом женский голос говорит:

— Ой, прости, Кэл. Я хотела поставить это в холодильник после гостей.

Бог ты мой! Родители Тайлера! Родители Тайлера сейчас на кухне, судя по звукам, и я слышу их! Они хотят что-то поставить в холодильник! Я смотрю на лестницу и замечаю, что дверь слегка приоткрыта. ГОСПОДИ ИИСУСЕ! Купер что, псих? Как он мог отправить меня в дом Тайлера, если знал, что ДВЕРЬ В ПОДВАЛ МОЖЕТ БЫТЬ ОТКРЫТОЙ? И что родители Тайлера могут сидеть на кухне?

— Эдвард! — восклицает женский голос. — Что ты там делаешь? Уже очень поздно, молодой человек. Немедленно возвращайся в постель.

— НО Я ХОЧУ ПУШИСТИКА! — хнычет маленький мальчик (братик Тайлера?). Твою мать.

— Я не знаю, где твой Пушистик. Может, ты … — Женский голос удаляется вместе с цоканьем каблуков по кафельному полу. Наверху тихо играет классическая музыка. Похоже, родители Тайлера устраивали что-то вроде вечеринки для стариков или типа того, поэтому до сих пор не спят. Судя по всему, теперь и маленький братик Тайлера тоже не спит, потеряв своего Пушистика.

Разумеется, мы выбрали именно ту ночь, когда наверху царит переполох. В это время родители должны быть в кровати: спать или читать, или смотреть «60 минут»¹⁵.

Я смотрю на Мариссу и прикладываю палец к губам, призывая к тишине. Она бросает на меня красноречивый взгляд, как бы говорящий: «И без тебя знаю». Я осторожно прокрадываюсь к стульям. В центре круга я вижу что-то похожее на ящик. Большой черный ящик. Большой черный ящик, в котором, возможно, лежит мой блокнот. Большой черный ящик, на котором висит большой черный кодовый замок.

Блин, блин, блин! Я наклоняюсь и пробую сдвинуть крышку черного ящика, но разумеется та не поддается. На мгновение я закрываю глаза и мысленно открываю замок, но он так и висит на месте.

— Проклятье, — шепчу я, пытаясь поднять ящик, но он слишком тяжелый.

— Что такое? — спрашивает Марисса, на цыпочках подкрадываясь ко мне. — Что-то не так?

— Он заперт. — Я набираю Купера на телефоне. Поверить не могу, что так со мной поступил! Отправил на растерзание волкам!

— Элиза? Что такое, что случилось? Ты в порядке? — в панике спрашивает он, когда поднимает трубку. Наверняка Купер боится неприятностей с Тайлером и тупыми дружками из «318».

— Скотина, – шиплю я. — Почему не сказал, что ящик заперт?

Наверху включили телевизор. Звук приглушенный, но похоже сейчас идет позднее ночное ток-шоу.

— Почему ты не сказал мне, что его родители могут быть дома и сидеть на кухне?

— Я не знал, — оправдывается он.

— Что он будет заперт? Или что его родители дома?

Марисса, подслушивая разговор, раздраженно вздыхает.

— Ни того, ни другого, — заверяет Купер. — Все нормально, я знаю код. Двадцать восемь, семнадцать, семь.

Делаю глубокий вздох и начинаю набирать комбинацию. Руки дрожат, и я сбиваюсь на цифре семь, от чего вынуждена начать сначала. И когда я набираю комбинацию второй раз, дверь в подвал открывается.