Когда мы подъезжаем к моему дому, там тихо и темно, что приносит большое облегчение. Почему-то по дороге сюда у меня появилась навязчивая идея, будто мои родители вдруг решили вернуться раньше. Однако подъездная дорожка пуста. Купер паркуется на ней и следует за мной по ступенькам на крыльцо.

— Я поднимусь наверх, — говорю я, провожая Купера в гостиную. — Сфотографируюсь и выложу фотки. Сиди тут и ничего не трогай.

— Хорошо, — соглашается он.

Купер садится на диван в гостиной и устремляет взгляд на стену перед собой. Я кусаю губу, чтобы не рассмеяться. Это очень мило.

— Вот. — Я вручаю ему пульт. — Можешь посмотреть телевизор, пока меня нет.

В своей комнате я пишу Мариссе, интересуясь, все ли у нее хорошо, и прошу перезвонить мне, как только сможет. Далее пишу Клариссе: спрашиваю, где она и тоже прошу как можно скорее перезвонить. И только потом открываю шкаф и изучаю содержимое. Вся эта история с бикини — очень сложный вопрос, потому что у меня, ммм, его нет. Мое представление о сексуальности — это майка да парочка шорт.

Я перебираю купальники и подумываю надеть один из слитных, сфотографироваться, быстро что-нибудь запостить и надеяться на лучшее. У меня вроде есть один красный купальник, который немного откровенен. Он с глубоким декольте и высоким вырезом на бедрах.

Или стоит надеть обычный купальник, но как-то усилить его сексуальность? Сделать фото в душе. Или в джакузи. Понятия не имею, как буду фотографировать себя в джакузи. Я ни в коем случае не допущу, чтобы Купер увидел меня в купальнике. Да, когда мы встречались, он регулярно видел, ммм, некоторые части моего тела. Сейчас все по-другому. Теперь мы не встречаемся, и кто знает, сколько гадостей о моей фигуре он наговорил «318»?

Но если я в точности не выполню задание «318», то они сочтут это надувательством, а я очень-очень этого не хочу. Тогда наверняка они придумают какое-нибудь наказание, где я вынуждена буду позировать обнаженной или что похуже. Блин. То, что «318» заставляют меня это делать, только доказывает, какие они полнейшие уроды. Если задуматься, это просто из ряда вон выходящее.

Я тяжко вздыхаю и иду в комнату Кейт в надежде отыскать там купальник, который мне подойдет. Наконец, в закромах ее шкафа нахожу старое бикини, которое может подойти. Оно черное — подчеркнет стройность! — со шнуровкой в зоне декольте и высоким вырезом на бедрах.

Надеюсь, что влезу в него. Раздеваясь, я напоминаю себе, что неважно, как я выгляжу. Нужно просто выложить фотки и вернуть блокнот. А потом я удалю их, и никто их больше не увидит. Что ж. Если только кто-нибудь не решит их сохранить, то тогда я уже ничего не смогу с этим поделать.

Я одеваю трусики, и кажется, они мне впору, но с верхом купальника приходится повозиться. Не могу понять, как завязывать эти бретельки, потому что они все переплетены и очень-очень тонкие, а мои руки трясутся, что не сильно помогает делу.

— Элиза? — слышу я Купера на лестнице. А это значит, скоро он будет у комнаты моей сестры. — Все хорошо? — спрашивает он.

— Да, — отвечаю я. — Все хорошо, только не…

Дверь спальни открывается, и на пороге появляется Купер. Его взгляд тут же устремляется на меня. Одетую в трусики и свисающий вверх от бикини. Я быстро отворачиваюсь, чтобы он не увидел ничего лишнего.

— Убирайся! — вскрикиваю я.

— Ладно-ладно! — говорит он и закрывает дверь. — Прости!

Я выравниваю дыхание и пытаюсь утихомирить свое сердце. Снова пытаюсь завязать бретели, но ничего не выходит. Когда у меня наконец что-то получается, я смотрю в зеркало и вижу, что купальник сидит как-то странно. Выгляжу определенно не лучшим образом. И на этот раз дело не в фигуре.

Дилемма: оставить сплющенную грудь или развязать и попытаться одеть бикини нормально?

Купер тихо стучится в дверь.

— Все хорошо? — спрашивает он.

— Все просто отлично.

Хватаю футболку из шкафа сестры, натягиваю ее на себя и открываю дверь. Решаю сделать вид, будто Купер не увидел меня практически топлес.

— Я же просила подождать внизу, — говорю безмятежно и счастливо, чтобы он не догадался, что я на взводе.

— Знаю. Просто хотел убедиться, что с тобой все хорошо.

Купер прячет руки в карманы и кажется вполне искренним. На мгновение я вспоминаю, как мне было хорошо, когда он поглаживал меня по спине, и я чуть было не поддалась искушению снова расклеиться и сказать, что нет, все плохо, и это убивает меня. Вместо этого заставляю себя пройти мимо него.

— Со мной все хорошо, — бросаю я, направляясь в свою комнату, чтобы взять камеру.

— Ты сделала фото? — спрашивает Купер.

— Еще нет. Хочу сделать их в джакузи.

— Ой, — говорит он как-то… странно. Будто бы ему требуется усилие, чтобы это сказать.

Я снова оставляю Купера в гостиной, а сама направляюсь на задний двор и включаю джакузи. Я решила позировать в нем, не потому что это очень сексуально — просто приятный бонус. Мне кажется, это хороший способ прикрыть тело. Если у меня получится сфотографироваться, наполовину находясь под водой, то не придется волноваться о том, что кто-то увидит мою задницу. Гениально, правда?

Но когда я захожу в воду, то довольно скоро становится ясно, что план не сработает. Каждый раз, когда я пытаюсь сделать фото, видно только мою голову. А когда наклоняю камеру вниз, то выглядит так, будто я пытаюсь сфотографировать только свою грудь.

По фоткам понятно, что я фотографирую себя сама, типа «посмотрите на меня, я делаю секси фото», а не «о, глядите-ка. кто-то сфотографировал меня в джакузи, когда мы там тусили, и я вышла очень горячо». Стоит ли упоминать про сплющенные сиськи? Да, я не планирую долго держать эти фотки, но все-таки. Неужели я дам «318» лишний повод посмеяться надо мной?

Делаю глубокий вдох.

— Купер? — кричу я. — Ты не мог бы, ммм, подойти?

Купер выходит на улицу. Он разговаривает по телефону и прикладывает палец к губам.

— Заболел, — говорит он. — Серьезно?.. Да, конечно, бро.

Видимо, он разговаривает с Тайлером. Я тянусь к телефону, лежащему на краю джакузи, и проверяю, не писали ли Марисса или Кларисса, но нет. Откидываюсь назад и закрываю глаза, позволяя горячей пенистой воде скользить по мне, в надежде, что это хоть как-то успокоит меня.

— Да, еду обратно к Изабелле. Надо было съездить за пивом. Скоро увидимся. — Купер сбрасывает звонок. — У меня есть примерно час перед возвращением к Иззи, — сообщает он. — Тайлер интересовался, где я. Могу задержать его ненадолго, но…

Фу! Иззи? Никогда раньше не слышала, чтобы кто-то называл Изабеллу «Иззи». Значит, Купер придумал для нее какое-то глупое прозвище. Хочется его пристрелить, но вместо этого я вынуждена позволить ему сфоткать меня в бикини, а потом выложить эти фотки в интернет на всеобщее обозрение. Крутой сценарий ночных кошмаров.

— Иззи? — возмущаюсь я. — Ты называешь ее Иззи?

— Ну не всегда, — отвечает он. — Так, знаешь, иногда.

— Как глупо. Чтобы ты знал, я больше не нуждаюсь в твоей помощи, поэтому можешь идти.

— А как тогда ты себя сфотографируешь? — спрашивает Купер. — Кажется, у тебя небольшая проблема.

— Никаких проблем, — вру я. Из-за пара джакузи объектив камеры запотевает, и я пытаюсь вытереть его, но из-за мокрых рук только оставляю разводы. Камера выскальзывает из рук, и я чуть не роняю ее в воду, но Купер подходит и забирает ее.

— Поймал, — говорит он. Его пальцы слегка касаются моих, и мой желудок делает кульбит. Я ненавижу, ненавижу, ненавижу то, что Купер все еще так влияет на меня. Даже после причиненного им вреда.

— Прекрасно, — буркаю я. — Давай сделаем это.

Убедившись, что вода скрывает большую часть тела, я улыбаюсь.

Купер опускает камеру и хмурится.

— И это твоя самая сексуальная поза?

— Да, — киваю я. — Я мокрая в горячем джакузи и в бикини, — перечисляю все пункты. — Это очень сексуально.

— Да, — соглашается Купер. — Это все очень сексуально, но твоего бикини не видно.

— Решила оставить кое-что для воображения. Меньше значит лучше. — Это противоречит всему тому, о чем думала ранее, когда не хотела навлечь на себя гнев Тайлера из-за обмана. Однако так было до того, когда я фактически привлекла Купера к фотосессии.

В глазах Купера плещется сомнение.

— Наверное, — произносит он.

Купер фотографирует меня еще раз и показывает снимок. Даже я поражаюсь, насколько он провальный. Я выгляжу так, будто на семейном отдыхе или типа того. Если приглядеться, то можно увидеть группку старичков поблизости — это я поехала навестить бабушку в доме престарелых и решила посидеть джакузи с ней и ее друзьями. Полный провал. И совершенно не сексуально. Даже купальника не видно.

— Хорошие фотки, — сдавленно произношу я.

Купер выгибает бровь.

— Лааадно, — соглашаюсь я и вздыхаю. — Добавим немного декольте. Только ты не мог бы… эм… не мог бы ты перезавязать бретельки.

Я поворачиваюсь к нему спиной, вылезаю из воды и развязываю бретельки. Наклоняюсь и плотно прижимаю лиф к груди. Купер без проблем правильно завязывает бретели — может, часто проделывает это с «Иззи»? — и слегка касается пальцами моей влажной кожи, вызывая мурашки.

Закончив, он снова встает перед джакузи. Я погружаюсь обратно в воду, делаю еще один глубокий вдох и откидываюсь назад, устремляя взгляд в небо и подставляя лицо теплому ночному ветерку. Потом медленно-медленно выпрямляюсь, демонстрируя грудь. Купер делает снимок с абсолютно непроницаемым лицом, так что я приподнимаюсь выше, пока вода не доходит до живота. Должно же нормально выйти? И не так безумно. Как будто я расслаблялась в джакузи и решила выйти, и в этот момент кто-то случайно меня сфотографировал. Вода все еще скрывает многое, но теперь можно точно сказать, что я в бикини.

Купер распахивает глаза. Очень-очень широко.

— Что-то не так? — спрашиваю я, быстро погружаясь обратно в воду. — Все так плохо?