ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

00:37

Полицейского зовут офицер Клейборн, и он ведет нас обратно в дом Тайлера, что абсолютно бессмысленно, потому что нас следует вести из дома, ведь, эй, мы в беде из-за предполагаемого взлома с проникновением.

Миссис Твил очень переживает из-за допроса на улице, потому что не хочет, чтобы соседи подумали что-то плохое. Это наводит меня на мысль, что копы уже бывали в ее доме. Наверняка из-за какой-то глупой проделки Тайлера. Например, в прошлом году, когда он и его дружки устроили гонки на шоссе.

В процессе выяснилось, что перед тем, как спуститься в подвал, Кэл позвонил в полицию и забыл перезвонить и сообщить, что все в порядке. Это вряд ли бы сработало, поскольку, уверена, позвонить в полицию, а потом отменить звонок — невозможно. Это вроде как запрещено.

— Послушайте, офицер, это просто недоразумение, — объясняет Кэл, когда мы вернулись в дом и собрались у кухонного стола Твилей. — Это подруги моего сына, и он пригласил их.

— Он пригласил их проникнуть в ваш дом? — переспрашивает офицер Клейборн. Он мне не представился, его имя я прочла на бейджике. Офицер Клейборн относится к тому типу копов, которые считают, что своей работой объяснять детям, как тяжело жить там, в «реальной жизни».

— Да, — кивает Марисса. — Потому что я влюблена в него.

Боже.

— Та      йлер не приглашал нас проникнуть в свой дом, — медленно поясняю я, улыбаясь офицеру Клейборну самой ослепительной улыбкой. — Он предложил нам войти в дом через окно в подвале и подождать его здесь. — Пожимаю плечами. — Понятия не имею, из-за чего все так расстроены.

Я накручиваю прядь волос на палец, стараясь придать себе юный и невинный вид. Что есть на самом деле. Обычно.

Офицер Клейборн прищуривается.

— Взлом с проникновением — это очень серьезное правонарушение, юная леди, –— говорит он.

Вау. А его не так легко очаровать, как моего приятеля, старину Эдварда. Которого, к сожалению, отправили спать. Думаю, родителям Тайлера не хотелось бы, чтобы он видел, к чему приводит вмешательство правоохранительных органов.

— Ой, я знаю, — заверяю я. — Знаю, что это серьезно. И поэтому никогда не совершила бы подобного.

— Они никогда такого не совершат, — говорит Кэл. — А сейчас, если это все, офицер Клейборн, думаю, пора отпустить этих девушек домой.

Разумеется, мы сейчас пойдем не домой, но им-то не нужно об этом знать.

— Нам пора домой, — подтверждаю я. — Мои родители будут волноваться.

— Точно, — кивает Марисса.

— Ты же говорила, что твои родители уехали, — вмешивается миссис Твил, по-видимому, обладающая раздражающе прекрасной памятью.

— Ну да, — говорю я. — Мама с папой любят звонить и проверять меня, чтобы убедиться, что все в порядке.

— Что очень мило, — вставляет Марисса. — Они проверяют, в порядке ли она, чуть ли не каждую секунду, потому что знают, какая она хрупкая и ранимая.

Офицер Клейборн смотрит на нас стальным злобным взглядом. Он тут бессилен, хотя ему, уверена, больше всего на свете хочется отвезти нас в полицейский участок.

— Девушки, вас подвезти куда-нибудь? — спрашивает он.

— Нет, все в порядке, — отвечает Марисса. — Моя машина на улице, так что…

Мы идем на выход и уже почти вышли на улицу. Буквально в двух шагах от заветной свободы происходит это. Марисса на своих невероятно высоких и совершенно неудобных каблуках поскальзывается на натертым воском полу и плюхается на задницу, растопырив ноги. Из-под ее юбки выпадает пакетик с марихуаной, приземлившись прямо перед офицером Клейборном.

Его дал Джеремайя. Ну, не совсем дал. По всей видимости, Марисса украла это у него, пока они были вместе, чтобы оставить себе что-то, принадлежащее ему, из-за чего позже он захочет ее найти. Думаю, кража наркотиков у парня — это своего рода современный эквивалент «забыть что-нибудь в его доме, чтобы потом иметь повод позвонить ему».

В любом случае, трудно было выяснить подробности прямо перед офицером Клейборном и семейством Твил. Я все время твердила, чтобы Марисса промолчала, поскольку не хотела, чтобы она выдала себя с потрохами, но та все болтала и болтала.

Наконец, офицер Клейборн посадил мою подругу в машину и сообщил, что отвезет ее в участок. Я почувствовала себя полнейшим ничтожеством и продолжала настаивать на том, чтобы поехать с ними, но по какой-то причине офицер Клейборн даже слушать об этом не хотел. Кэл не уставал повторять: «Элиза никогда бы не позволила, чтобы в наш дом принесли нелегальные наркотики. Я целиком и полностью, что она не знала об этом. Ей незачем попадать в такие неприятности из-за ошибки своей подруги!».

После офицер Клейборн заставил меня пообещать отогнать машину Мариссы к ее дому, и они уехали. Честно говоря, возможно, страшнее этого со мной в жизни ничего не случалось, и я даже представить себе не могу, через что сейчас проходит Марисса.

Как только полицейская машина скрывается из виду, я тут же стремглав бегу к Куперу и Клариссе.

— Ты забрала его? — спрашивает Купер с водительского места, заметив меня. Он закрывает книгу, которую читал, бросает ее на заднее сиденье и выходит из машины.

— Нет! — кричу я. — Нет, я НЕ забрала его! И если тебе интересно, почему, да потому что нас поймали родители Тайлера, а сейчас Мариссу ЗАБРАЛА ПОЛИЦИЯ, И ЕЕ, ВЕРОЯТНО, ПОСАДЯТ В ТЮРЬМУ ЗА ХРАНЕНИЕ НАРКОТИКОВ!!!

— Что?! — восклицает Купер.

— Где, черт возьми, Кларисса?

Нам нужно убраться от Купера подальше и попытаться выяснить, как вытащить Мариссу из тюрьмы. Если такое вообще возможно. Я ничего не знаю о том, как вытаскивать кого-то из тюрьмы. Так же не забываем про еще одну маленькую проблему: я должна выложить свои фотки на ЛузерыЛейнсборо.com.

— Эй, — зову я Купера. — А как вытащить кого-то из тюрьмы?

— Ну, зависит от того, почему он в тюрьме, — отвечает он. — Обычно требуется внести залог.

Великолепно. Я в полной заднице. На моем счету где-то шестьдесят баксов.

— Где Кларисса? — снова спрашиваю я, оглядываясь по сторонам.

И замечаю, что машины Мариссы нет. Она была припаркована за машиной Купера, а теперь ее нет. А потом я вспоминаю, что ключи у Клариссы. Я поворачиваюсь к нему.

— ГДЕ КЛАРИССА? — диким голосом верещу я.

— Она уехала, — нервно произносит Купер, будто бы боится, что я могу окончательно слететь с катушек.

— Она уехала? — Я не верю своим ушам. — Что значит «она уехала»?

— Она уехала, — повторяет он. — Я пытался остановить ее, но она просила передать, что очень жаль, но ей необходимо уехать. Случилось что-то срочное с ее кузиной Джейми, которую нужно подвезти. Она хотела написать тебе, но побоялась, что звонок телефона выдаст вас.

— Невероятно! — восклицаю я. Хватаю телефон и набираю Клариссу. — И ты просто взял и позволил ей уехать?

— Я же сказал, что не смог остановить ее, — говорит Купер. — Клянусь, я пытался, но она продолжала настаивать, что это ненадолго.

Он опирается на машину, скрестив на груди руки.

— В ней метр с кепкой, — упрекаю я. — Мог бы и остановить ее.

— Тебе бы хотелось, чтобы я заставил ее остаться насильно?

— Не насильно, а своими обворожительными речами. Ты можешь очаровать любого, а когда вопрос жизни и смерти, ты, Купер, НЕ МОЖЕШЬ НИЧЕГО!!! — снова кричу я, и мой голос эхом отдается по пустынной улице. Купер теперь очень нервничает. Видимо, боится, что я сейчас действительно сойду с ума.

Телефон вибрирует. Новое сообщение! Я яростно открываю его в надежде, что это Кларисса или Марисса. Но нет. Это Тайлер.

Он пишет:

«ОБНОВИЛ ТВОЮ СТРАНИЦУ НА ЛУЗЕРАХЛЕЙНСБОРО.COM, И ОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ТАМ НИЧЕГО НЕТ. У ТЕБЯ НА ВСЕ ПРО ВСЕ ОДИН ЧАС ИЛИ Я ВЫКЛАДЫВАЮ СОДЕРЖАНИЕ БЛОКНОТА».

Бог ты мой. Ноги подкашиваются, а сердце бешено стучит, и я даже не понимаю, что безвольно оседаю. Прямо тут, посреди улицы. Ноги превращаются в спагетти, я падаю на землю и прячу лицо в ладонях. А потом начинаю плакать.

— Эй, эй, эй, — говорит Купер и присаживается на корточки рядом со мной. Секунду ничего не говорит, и звуки моих рыданий заполняют ночную тишину. В конце концов, он протягивает руку и поглаживает мне спину.

— Не надо, — молю я, но не пытаюсь остановить его. Это так приятно, да и я уже устала бороться с ним.

— Все будет хорошо, — успокаивает Купер.

— Все плохо, — всхлипываю я. — Одна моя лучшая подруга в тюрьме, другая пропала, а сама я должна свои полуголые фотки на ЛузерыЛейнсборо.com, и я просто… Я. Просто. Не. Могу.

Внезапно мысль о фотографиях становится совершенно и абсолютно невыносимой. Морально и физически я истощена. Мне просто хочется домой, свернуться в постели и больше никогда-никогда не покидать пределы своей комнаты.

— Вот и прекрасно. — Купер встает. — Ты права. Можешь не выкладывать. Серьезно, ты вообще можешь этого не делать. Просто скажешь Тайлеру «нет».

— Но тогда он выложит содержание блокнота в интернет, — шмыгаю я носом и вытираю его рукой. Фу.

— Ну и пусть выкладывает, — говорит он. — Пошел он на хрен.

Купер достает из кармана телефон.

— Что ты делаешь? — в панике спрашиваю я.

— Звоню ему, — отвечает он, — сказать, чтобы он заканчивал с этой хренью.

— Нет! — вскрикиваю я. Вырываю телефон из его руки и сбрасываю вызов. — Ты не будешь звонить Тайлеру!

— Почему?

— Потому что этим звонком ты только разозлишь его, и он все равно выложит содержание блокнота. Мы ничего не можем сделать, пока не вернем блокнот. — Тут до меня доходит, что я только что употребила «мы», и мне это не нравится, поэтому поправляюсь: — Пока я не верну блокнот.

— Ну ладно, — говорит Купер и убирает телефон обратно в карман. Он со вздохом смотрит на меня. — Окей, вот что мы сделаем. Я отвезу тебя домой. Ты сделаешь фотки и выложишь на сайте, а потом мы придумаем план.

Я смотрю на свои руки. Поднимаю глаза на Купера. Оглядываюсь вокруг и понимаю, что я в центре Ньютона, на улице, где живет Тайлер, а в голове ни единой мысли о том, как добраться до дома или в какой он вообще стороне. Думаю о том, что одна из моих лучших подруг пропала, а другая — в тюрьме. Вспоминаю свой блокнот и все то, что там написано. Поэтому, когда Купер встает и протягивает мне руку, я принимаю ее.