— Тебе больше нечего сказать? Родственники у него есть?

— Сестра.

— Вот это уже лучше. Дом на острове, тетка в Уэн-довере, а теперь и сестра.

— Откуда ты знаешь?

Рита снова замялась.

— Она как-то раз звонила, спрашивала его.

Корридон почувствовал, что Рита лжет.

— Звонила сюда? Довольно странно, тебе не кажется? Братья обычно не рассказывают сестрам о своих... подружках.

— Это я подружка? — усмехнулась Рита.

— Кто ты — не имеет сейчас ни малейшего значения,— отрезал Корридон.— Мы говорим о сестре Мэллори. Когда она тебе звонила?

— О, давно, вскоре после нашего с ним знакомства.

— Она не оставила, часом, своего телефона?—поинтересовался Корридон, немного подумав.

— Между прочим, оставила. Я совсем забыла об этом.

— Какой же номер?

Рита моментально смекнула: здесь можно поторговаться.

— Ну что такое десять фунтов?.. Ты не дал бы чуть больше? — вкрадчиво спросила она.— Трудно представить, до какой степени мне нужны деньги...

— Номер? — сухо повторил Корридон.

Ее глаза зло вспыхнули.

— Не помню.

— Что ж.— Корридон пожал плечами.— Пять фунтов ты получила, а остальные пять останутся у меня.— Он встал.— Я сыт по горло. Все. Привет!

— Ты такой же жестокий, как и все! — злобно выкрикнула она.— Дай еще восемь фунтов, и я тебе скажу.

— Пять. Это мое последнее слово. Не хочешь, не надо.

Рита устремила на него внимательный взгляд, пытаясь определить, не блефует ли он, а увидев, что Корридон убирает деньги в бумажник, сдалась.

— Хорошо. Подожди здесь. Я записала его куда-то в книжку. Сейчас принесу.

После ее ухода прошло не больше минуты, и вдруг тишину разорвал дикий, леденящий душу крик. Корридон бросился к двери, но не успел он открыть ее, как сильный удар потряс дом. На миг Корридон оцепенел, вцепившись пальцами в ручку двери, а потом выбежал из комнаты.

Разбитое тело Риты лежало у подножия ступеней. Ее голова неестественно запрокинулась назад. Длинная обнаженная нога указывала в направлении темной лестницы, как гневный перст обвиняющего.

Корридон стоял перед дверью своей квартиры, нашаривая в карманах ключи, когда из тьмы и дождя беззвучно возникла темная бесформенная фигура. Корридон мгновенно повернулся, сунул руку под плащ и уже выхватил револьвер, но в этот миг голос торопливо произнес:

— Не волнуйтесь, это я—Ренли.

— Вы что тут — в игры играете?! Подкрадываться вздумали! — возмутился Корридон, с досадой отмечая про себя, до какой степени сдали нервы.

— Я вас жду не первый час,— напряженно сказал Ренли.— Нам нужно поговорить.

— Хорошо,— коротко бросил Корридон.— Входите.

Он открыл дверь, проводил нежданного гостя по крутой, погруженной во тьму лестнице в гостиную и вылез из насквозь промокшего плаща.

— Ну, что стряслось?

В ярком электрическом свете лицо Ренли казалось белым и изможденным. С его макинтоша на ковер стекала вода.

— Они убили Крю,— хрипло выдавил Ренли.

Корридон окинул его безразличным взглядом. Столько событий произошло после смерти Крю, что сам этот факт казался ему незначительным и стародавним.

— Ну и что? Вы только сейчас узнали?

— Значит, вам известно?..— Ренли провел рукой по лиду.— Об этом уже трубят газеты?

— Снимайте ваш плащ. Смотрите, какая лужа натекла, — сказал Корридон. И, пока Ренли расстегивал макинтош, продолжал:

— В газетах ничего нет. Вчера вечером ко мне приходила Жанна. Она дала понять, что если я не найду Мэллори, пистолет и расписка попадут в полицию. На оружии мои отпечатки, расписка объяснит мотив... А разве вы не в курсе?

Ренли был словно оглушен. Он стянул с себя плащ и бросил его на пол.

— Это убийство, — произнес он сдавленным голосом.

Корридон с любопытством посмотрел на него.

— Конечно, убийство! Что с вами? Вы же собирались отомстить Мэллори, а это тоже убийство. Какая разница?

Ренли повалился в кресло, как будто ноги перестали его держать.

— Так хладнокровно убить... Невероятно! Она сумасшедшая. Они оба сумасшедшие. Я настоящий идиот, что ввязался с ними в эту историю.

— С каких пор вы сделались чистоплюем? — удивился Корридон.— Во время нашей встречи вы сами горели желанием расправиться с Мэллори.

— Я никогда не верил по-настоящему, что они его найдут, тихо проговорил Ренли.— Я не принимал их планы всерьез. Никогда, клянусь вам! — Его голос окреп.—Сейчас же отправляюсь в полицию. Не желаю иметь с убийством ничего общего.

— Поздновато вы передумали,— заметил Корридон. — Идти в полицию теперь бессмысленно. Прежде всего надо разыскать Мэллори, и как можно скорее.

— По неужели не ясно? Если я дам показания в полиции, то тем самым сниму с вас подозрения! — воскликнул Ренли, стукнув кулаком по подлокотнику. Они не смогут пришить вам убийство Крю!

— Полиция давно тянет ко мне свои лапы, отозвался Корридон, нервно расхаживая по комнате. Вам не поверят. Кроме того, завтра меня будут разыскивать по подозрению уже в другом убийстве.

Ренли подскочил в кресле.

— В другом убийстве? Что вы имеете в виду?

— Сегодня вечером я провожал домой Риту Аллен.

Она упала с лестницы и свернула себе шею.

— Это ведь не убийство...

— Вот как? — спросил Корридон.— Ее столкнули. Но главное, что я там был. Рано или поздно отвозивший нас таксист даст мои приметы полиции. Видели и как я выходил из квартиры Крю — торговец табачной лавки. Тот тоже рано или поздно припомнит мою внешность. В один прекрасный день какая-нибудь светлая голова сопоставит эти два убийства и сделает соответствующие выводы.

— Кто же ее столкнул? — спросил Ренли, напряженно подавшись вперед.— И откуда вы знаете, что ее столкнули?

— Не догадываетесь? Мэллори.

Ренли отпрянул.

— Я не верю.

— Он, наверное, был в доме, когда мы приехали. Риту понесло: она стала выдавать секреты, крича во все горло. Потом она отправилась наверх за одной вещью для меня, и он ее столкнул. — — Если это не Мэллори, то кто же еще?

Ренли побелел.

— Все равно не верю,— пробормотал он и бессильно поник в кресле.

— Странно. При нашей первой встрече вы только о Мэллори и говорили: и такой он, и сякой... Словом, безжалостный убийца. Почему же вдруг все это стало казаться вам невероятным?—Корридон повысил голос, с подозрением глядя на Ренли.— Что-то не стыкуется... Каким образом вы ввязались в маниакальный план убийства Мэллори? В чем ваша роль?

— Ни в чем,— едва слышно произнес Ренли. Он замялся на миг, потом, будто решившись на отчаянный поступок, заговорил:

— Всю свою жизнь я, в сущности, был неудачником Очевидно, по-настоящему я так и не вырос. С детства свободное время я посвящал чтению приключенческих романов. Только это и обожал, таким и получился — дешевым, низкопробным... Когда Жанна сказала, что будет мстить Мэллори, идея мне понравилась. Но ни на одно мгновение я не допускал, что мы его действительно отыщем, иначе никогда бы не согласился.— Легкий румянец выступил на его изможденном лице.— По правде говоря, я боялся возвращаться в Англию, боялся необходимости искать работу. Я и раньше-то ни на что не годился а теперь, с одной рукой...

Ренли не искал сочувствия. Он просто излагал факты.

— Я предпочел бы остаться с ними во Франции. У Гарриса и Любиша были кое-какие средства, и пока мы держались вместе, деньги делились поровну. Мы еле сводили концы с концами, но дух взаимопомощи многое скрашивал. Ничто нас не тяготило — ни заботы, ни хлопоты... Короче говоря, я жил, как в авантюрном романе. Смерть Гарриса была для меня тяжелым ударом, но я не верю, что это дело рук Мэллори. Гаррис, вообще-то, был странным человеком и панически боялся воды. Возможно, он упал в пруд случайно и просто не выплыл, парализованный ужасом. Нет, я уверен, что Мэллори тут ни при чем. Затем наступила очередь Любиша, и я терялся в догадках. Это тоже мог быть несчастный случай. Жанна с пеной у рта обвиняла Мэллори, но откуда ей знать? Вдруг Любиш выпал из поезда?