Корридон посмотрел налево. С соседней крыши махал рукой полицейский. Корридон помахал ему в ответ и шагнул к дымовой трубе. Где-то должен быть люк... Мартин огляделся. Прямо под ним был гараж, рядом с гаражом проходила аллея, видны были движущиеся фигурки. Вдали раздался вой пожарной сирены. «Надо бежать до их прибытия,— подумал Корридон,— пока они не обнаружили, что я, оглушив полицейского, перебрался на крышу другого дома».

На гараж спускаться слишком опасно, могут увидеть. Нужен люк, иначе все кончено.

После быстрого осмотра Корридон нашел люк, поднял крышку и заглянул во мрак. Кроме груды каких-то ящиков он ничего не заметил, нырнул в темноту и, опустив за собой крышку люка, направился к двери. Открыв ее, Мартин оказался на лестничной площадке. Холл внизу был освещен. Пожилые мужчина и женщина стояли у открытого парадного и смотрели на улицу.

Не сводя с них глаз, Корридон бесшумно двинулся вниз. Мужчина и женщина слишком увлеклись происходящим и не поворачивались. Он спустился, направился по коридору к задней части дома и осторожно приотворил дверь черного хода. Прямо перед ним был небольшой, погруженный во тьму сад.

По садовой тропинке Корридон дошел до стены и увидел пустынную аллею. Он на мгновенье задумался, вспоминая, где находится. Справа был Гайд-парк, слева — Алберт-Холл. Если удастся добраться до квартиры Марион Говард, можно будет переждать у нее, пока кончится облава.

Его подвела спешка. Из тени наперерез вышла фигура.

— Это ты, Билл?

Корридон очутился лицом к лицу с полицейским.

— Теперь его возьмут,— сказал тот, глядя на крышу.— Ты...

Он не договорил. Молниеносный удар в челюсть заставил его свалиться на землю. Корридон бросился бежать.

С Пикадилли Корридон свернул в переулок, ведущий на Дувр-стрит, остановился на мгновенье и огляделся. Убедившись, что никто не обращает на него внимания, он двинулся дальше. На улицах было много патрулей, и ушло более часа, прежде чем он добрался до дома Марион Говард.

Ее квартира находилась на верхнем этаже. Корридон нажал кнопку звонка и перегнулся через перила.

Девушка открыла дверь, и сперва он ее не узнал — так она не походила на посещавшую его уличную проститутку.

— Привет,— тихо сказал он.— Можно зайти?

Она посторонилась.

— Конечно.

Корридон вошел в гостиную.

— Позови сюда Ричи,— велел он.— У меня неприятности.

— За квартирой могут следить,— предупредила Марион.— Это очень важно?

Он усмехнулся.

— Я же сказал.

Девушка пристально посмотрела на него и направилась к телефону. Набрав номер, что-то быстро проговорила, положила трубку и повернулась к Корридону.

— Он приедет.

Корридон кивнул.

— Уже слышала новость?

— Какую?

— Убит Листренж.— Он толкнул себя пальцем в грудь.— Это сделал я.

— Я приготовлю вам выпить. Вам это необходимо, сказала Марион и вышла из комнаты.

Никакого смущения, никаких расспросов, только забота о нем, одобрительно заметил Корридон. Он опустился на диван и закрыл лицо руками. Голова болела, ноги казались свинцовыми.

Марион вернулась с виски, стаканом и сифоном с содовой и поставила все это перед ним на стол.

— Хотите перекусить?

Мартин покачал головой и налил себе виски.

— Я не голоден. Ричи скоро будет?

— Минут через десять.

Корридон залпом выпил, сунул руку в карман за сигаретами и улыбнулся.

— Ты не куришь?

— Нет, благодарю.

— Не думаю, что полковник обрадуется нашей встрече. Я влип по уши,— хмуро проговорил Корридон.— Втянул меня, будь он проклят; теперь пусть выручает.

— Выручит,— спокойно сказала Марион.

— Не уверен. Ему придется ссориться. Кое-кто может захотеть моей крови.

— Боюсь, тогда захотят и его крови. Вы же знаете, он не прячется за своих агентов.

Мартин внезапно смутился. Он все время думал только о себе. Ему и в голову не приходило, что Ричи замешан в этом деле не меньше, чем он.

Не надо было выбирать меня,— раздраженно бросил Корридон.— Я его не просил.

Вы самый лучший его человек,— возразила Марион.— Он восхищается вами.

— Мной? — Корридон был изумлен.— Чепуха! Он выбрал меня потому, что у меня отвратительная репутация. Его хватит удар, когда он узнает, что случилось.

— Он выбрал вас потому, что в настоящее время это самое важное дело, какое у нас есть,— серьезно сказала Марион.-— Он выбрал вас потому, что только вы можете нам помочь.

— Давайте не будем спорить.— Корридон выпил еще стаканчик.— Как раз то, что мне нужно... А теперь лучше уберите бутылочку. Ричи не любит пьяных агентов.— Пока девушка убирала бутылку и сифон в сервант, он продолжал: — Да, кстати, вам-то уж, по-моему, точно не стоит заниматься этой работой. Те два парня, что следили за мной, чрезвычайно опасны.

Она улыбнулась.

Я видела их. Маленький — Карл Брюгер, обвиняющийся в преступлениях на территории Польши во время войны. Высокий — Ян Евский, он вырывал золотые зубы и коронки у евреев. Из этой пары он самый опасный. Но нельзя приготовить омлет, не разбив яиц.

Корридон пожал плечами.

— Ричи наделен счастливым даром — выбирать простаков, которые не понимают, что их ждет.

Она засмеялась.

— Не все так плохо, но спасибо за заботу. Я бы хотела еще, чтобы вы не думали дурно о полковнике Ричи. Он лишь исполняет свой долг.

— Знаю.

Корридон погасил окурок и закурил другую сигарету.

В прихожей резко прозвучал звонок.

— Сперва убедитесь, что это он,— предупредил Корридон.— Меня могли проследить.

Марион вышла из комнаты.

Корридон облегченно вздохнул, услышав голос Ричи. Дверь открылась, и тот возник на пороге.

Мужчины внимательно смотрели друг на друга, а Марион неслышно скрылась в соседней комнате.

— Итак, вы начали действовать,— произнес Ричи.—

Чего же вы добились?

—  Я угодил в хитрую ловушку,— сказал Корридон.— и виню в этом только себя. Полагаю, вам известно, что в воскресенье у меня было свидание с Лорин Фейдак. В квартире Лорин меня ждали ее брат и некто по имени Джозеф Диестл. Диестл предложил мне двести пятьдесят фунтов за кражу писем, которыми некая женщина якобы шантажировала его клиента. Я пришел к заключению, что это испытание, и согласился в надежде, что потом Диестл вовлечет меня в организацию. Вместо этого я попал в западню: меня использовали в качестве подставного убийцы Листренжа.

— Вы беседовали с Диестлом в воскресенье?

— Корридон кивнул.

— Почему же вы не известили Марион? А если бы вас убрали? Я бы никогда не услышал о Диестле. Вы понимаете, насколько важна для меня подобная информация?

— Я провел ночь с Лорин Фейдак,— огрызнулся Корридон.— Да и не думал я, что это важно.

Ричи изумленно уставился на него, подошел к дивану и сел.

— Если бы вы доложили Марион, я послал бы кого-нибудь наблюдать за вами, и тогда бы у нас был свидетель. Мне не нравится, что вы вели себя как дурак.

— Ладно,— смутился Корридон.— Я влип. Но все равно, втянули меня вы.

— Понимаете, что означает убийство Листренжа. спросил Ричи.— Поднимется ужасный шум. Вас видели входящим в квартиру и дадут подробное описание внешности. Полиции вы известны. Женщина заявит, что у нее из стола пропали драгоценности и что взяли их именно вы. Она скажет, что вы хладнокровно пристрелили Листренжа.

— Там не было драгоценностей, и я не убивал его.

— Знаю. Но это трудно доказать.

— Это нужно доказать! — вскипел Корридон.— Я не хочу, чтобы меня повесили.

Ричи достал портсигар, выбрал сигарету и закурил.

— У вас есть какие-нибудь предложения? — мягко спросил он.

— Я расскажу свою историю полиции, а вы ее подтвердите.

— Боюсь, не все так просто,— заметил полковник.— Естественно, вы смотрите со своей колокольни. Но я вижу положение с разных точек зрения. До сих пор в организации не знают, что обнаружены. Они полагают, что все их трюки скрыты от нас, и мы блуждаем в потемках. Они понятия не имеют, что я охочусь за ними. Если же я выступлю в вашу защиту, то все сразу станет ясно, и дело еще больше осложнится... В интересах государства я должен остаться в тени.