Он выстрелил в потолок, пробил его и дал каркасу Сандера Феллоу упасть.

— Слияние!

Он отбросил собственный костяк тела, которое начало распадаться.

Алекс использовал моторы ног, чтобы резко подхватить каркас Сандера Феллоу.

Он тонкий и несколько длинноват, но достаточно крепкий.

…Ненадолго это сработает!

С этой мыслью Алекс ускорился.

Он пронёсся над ракетами, пролетев под самым потолком, и погнался за Серафимом.

— Трансформация!

Каркас встал на место.

— Алекс! Режим Последнего Эпизода!

Дракон ускорился.

Он следовал за Серафимом, приближаясь к концу туннеля зоны запуска.

Алекс знал, куда враг пойдёт: прямо вверх.

Это простейшая из уловок.

Ты серьёзно думаешь, что справедливость на такое попадётся?

Ох, какое чудесное небо. Какой приятный ветер, но ему не хватает одной вещи.

Алекс продолжил путь в её поисках.

Он преследовал Серафима, когда тот резким толчком поднялся в небеса.

————!

Алекс раскручивал тело, избегая множества зарядов, выпущенных в его сторону.

Он летел сквозь ветер, чтобы избежать каждую посланную в него атаку.

— О-о-о!

Алекс преследовал. Враг атаковал, но его не заботило.

— О-о-о-о!!

Он уклонялся, растягиваясь вверх, вилял телом и подскакивал в небо.

— О.

С непрерывным криком он устремлялся за Серафимом.

Чувствуя опасность, враг попытался уйти с его поля зрения.

Алекс не дал ему сбежать. Движение врага наполнились дрожью.

Он испугался.

Глупец, — подумал Алекс. — Боязнь справедливости доказывает, что ты — зло.

Его сердце прояснилось.

Вот и всё, что важно сейчас.

Его душа теперь не сгниёт. И его тело не распадётся. Теперь он в этом уверен.

…Меня переполняет справедливость!

— Told by angelic Alleluja.

Серафим вошел в центр его поля зрения, поэтому он выпустил атаку.

Его атакой был разгон. Это доступно лишь носителю великой реактивной силы.

— Алекс Драйвер!

Используя передний таран механического дракона, Алекс пронзил Серафима сзади.

Это самоубийственная атака.

Он разрушил в процессе своё тело, так что это поистине крайняя мера.

Но Серафим действительно согнулся, скорчился в неудачной попытке побега и раскололся на две части.

—————!

Он издал вопящий взрыв.

— Sounding everywhere, both near and far.

Одним лишь разумом Алекс прибыл в воздушное пространство небес.

Его тело расположилось вертикально. Импульс ускорения угас, и он медленно останавливался.

Алекс был прямо под снежными облаками.

Всё его тело рассеивалось по ветру.

Но не из-за полученных атак. Оно просто достигло своего конца.

…Тацуми.

Он мог слышать песню.

— Christ the Savior is here.

Это прекрасная песня, и, несомненно, он услышит её и в будущем.

Она будет помнить, когда увидит доказательство.

И он непременно споёт эту песню с ней.

— Christ the Savior is here.

Он споёт с тем, что оставил после себя в этом мире.

— Они бы ни за что не победили без меня.

Алекс больше не мог ничего увидеть, поэтому просто произнёс.

— Справедливость… восторжествует!

Небо наполнилось взрывом.

Взрыв механического дракона расширился взрывом пара и произвёл некий феномен.

Он разогнал снежные тучи в небе.

В том снежном, насыщенном песней небе, облака разошлись и явили доказательство существования механического дракона.

Показалась круглая луна.

Она поднималась в центре небес над головой.

Песня в Синдзюку подошла к концу.

Она закончилась по всему миру.

Кое-где ей аплодировали, а местами встретили тишиной.

И людям в Синдзюку показалось, что они увидели в небе какой-то свет.

Его покрывали снежные облака, но по какой-то причине, им показалось, что они видят там луну.

В защитном ореоле под Левиафаном обнаружился разрыв.

— Прекрасная демонстрация справедливости! — закричал Саяма с поднятыми бровями.

Остальные кивнули, и парень притянул к себе Синдзё.

— Синдзё-кун, готовь Георгиус к…

— Саяма-сама! Подождите!

Как только вмешалась №8, воздух в небе вздулся.

В небесах сверху что-то прорывалось сквозь ветер, побелевший под снегом.

Саяма это узнал.

…Левиафан?!

Великий механический дракон повернул пасть — и основную пушку внутри — в их сторону.

— Неужели…

Увидев свет глубоко в его пасти, Саяма покровительственно обнял Синдзё.

— Он готов теперь повредить концепты?!

Дракон решил, что сможет воссоздать их, если понадобится.

Клыкастая пасть широко раскрылась, словно собираясь их пожрать.

— !..

Основная пушка Левиафана выстрелила навстречу Саяме и остальным.

Как только вылетел белый световой луч, отреагировала некая фигура.

Это Тацуми.

Она подняла взгляд на свет в пасти дракона.

…Ах.

И неожиданно осознала, что сможет отменить эту атаку.

Но она попыталась отринуть мысль: слишком рискованно, и у неё никак не получится.

В конце концов, её тело теперь избегает сражения.

Она не может толком держать нож, и даже порезалась клинком.

Тацуми не знала, способна ли провернуть свою защитную технику.

Но сзади неё стоял Тифон, и она держала в руке болт.

…Алекс.

Глянув на морду Левиафана в небе, она увидела доказательство, которое он оставил.

Но его песнь подошла к концу.

В «Silent Night» только шесть куплетов. Как только они закончились, пение отзвучало.

Но…

————?

Тацуми услышала песню. Она должна была кончиться, но девушка снова её услышала.

Не успела она задуматься, что это значит, как от сиденья у оборудования связи тихо заговорила Ооки.

— Все… поют.

Она слышала песню.

— Все поют, даже когда никто их не направляет!

Стоя на заснеженной сцене в Синдзюку, женщина это увидела.

Она собиралась уйти со сцены, но все подали голос, будто её не пускали.

————!

Это была ночь фестиваля. И в доказательство тому, они все пели гимн.

Одни остались, а другие ушли, но даже те пронесли песню с собой по дорогам или на станцию.

Теперь её не остановить.

И от скрытого края сцены её муж призвал её продолжать.

Поэтому женщина кивнула и развела руки в стороны на этот раз без микрофона.

Она запела.

Её голос звучал, как и множество остальных.

На громадном мониторе станции за спиной отобразилась восьмицветная трёхмерная ёлка.

Песня не прекращалась.

— Silent night, Holy night.

В следующий миг Тацуми побежала.

Она засунула руки в карманы и надела кольца дистанционного управления.

— Тифон!

Девушка мчалась вперёд.

По пути Бог Войны её подобрал, и она забралась на его плечо.

Её ноги дрожали. Как и всё её тело. И особенно руки и пальцы.

Но…

— All’s asleep, one sole light.

Её сердце — нет.

— Автоматические куклы!

В ответ на её призыв прибыл удар главной пушки Левиафана.

Тацуми подняла левую руку.

Она взмахнула левым кулаком Тифона навстречу белому свету, прибывающему под небольшим углом.