— Но разве давным-давно всё не сложилось для группы людей в 1-м Гире?

На спокойные слова Саямы ответил звук.

От треугольной шляпы Брюнхильд донеслось чириканье.

С видом, будто только сейчас вспомнила, девушка сняла шляпу и дала птичке с головы спрыгнуть на полы головного убора.

Её глаза прищурились, глядя на птицу, и она услышала слова Саямы.

— Ты можешь найти безумцев практически везде. Шестьдесят лет назад десяток или около того людей собрались вместе, и теперь…

Он осмотрелся, и Брюнхильд сделала то же самое.

Они посмотрели на все фигуры, видимые на тёмных местах зрителей.

— Смотри, все собравшиеся здесь и множество других, которых они представляют, такие же безумцы. Так что это значит для захвата мира признанием, на который ты поставила целое поколение? Я бы сказал, это всего лишь вопрос времени, пока весь мир сойдёт с ума.

Брюнхильд хотела выждать перед ответом.

Она сделала медленный вдох, создала пару секунд тишины и, наконец, посмотрела на косу в руке.

Затем глянула на зелёный свет, возникший с клинка, и жителей 1-го Гира на местах зрителей.

Она увидела, как они скрестили руки и ноги, наблюдая за ней.

Они полагались на неё, поэтому…

…Да.

Брюнхилд прищурилась, кивнула в их сторону и повернулась к парню перед собой.

Она хотела спросить у него:

— Что значит 1-й Гир для этого мира?

— Хороший вопрос.

Когда он говорил, слышался шорох рук стенографистов.

— Переход нечеловеческих рас в Лоу-Гир, вероятно, наибольшая проблема для всех Гиров, поэтому, можно сказать, что вы отважный Гир, нашедший путь к её решению. В теле вы отказываетесь сбегать. В душе вы отказываетесь скрываться.

Он перевёл дух.

— Ваше достойное поведение спасёт нечеловеческие расы всех Гиров.

Как только она услышала слова и звуки записывающих их стенографистов, Брюнхильд выдала звук гораздо громче.

Девушка резко села.

При этом она положила Реквием Зензе на стол с рукояткой, направленной к Саяме, и произнесла губами чьё-то имя.

Затем опустила низко шляпу, чтобы скрыть губы, называющие имя знакомого человека, которого она уже никогда не увидит.

— Тогда 1-й Гир…

Она собралась с силами и повысила голос до крика.

— 1-й Гир желает олицетворять слово «честь» и существовать в Лоу-Гире!

С соседнего места Цукуёми наблюдала, как низкорослая ведьма села.

Затем женщина посмотрела вперёд и увидела, что Саяма смотрит в её сторону.

Когда включился свет над её головой, женщина скользнула взглядом на потолок.

Что за напасть, — пробормотала она в сердце.

…Этот парень вечно тянет меня за собой.

Он всегда либо в центре неприятностей, либо сам их создаёт.

Но в семье Касимы, похоже, всё наладилось, и Ямату повторно запечатали в Тоцуке.

К тому же, имя Цукуёми происходило из императорского рода, который следил за прогрессом луны и следовал традициям.

Поэтому с пониманием собственной роли Цукуёми услышала Саяму.

— Тебе есть что сказать, представитель мира дракона имён?

В клане Тамия, который заведовал ведущей охранной компанией Акигавы, утро наступало рано.

Поместье в окружении забора всегда кипело деятельностью, потому что оно служило жильём для дневной и ночной смены охраны.

Однако Рёко поднималась поздно. Или скорее утро для неё начиналось, когда кто-то её будил.

Её будили, чтобы она присутствовала на пересменке дневной и ночной групп, но согласно ей…

— Почему ты вечно меня будишь, Кодзи?!

Тогда как согласно Кодзи…

— Потому что ты никогда не встаёшь сама!

А если вы спросите Саяму…

— Ха-ха-ха. Мир работает на принципе взаимовыгодного обмена. Прямо как со мной и Синдзё-кун.

Но сегодня Рёко проснулась сама.

Она отодвинула раздвижную ширму, ведущую на центральный двор, зевнула и вышла в юкате на улицу.

Женщина встала под ивами, прячась от почти полуденного солнца, и под холодным воздухом собрала опущенные волосы в пучок.

— Где Кодзи?!

Ответ донёсся мужским голосом от стены.

— Он сказал, что у него дела.

— Дела? У него что, есть ещё какая-то работа, кроме как будить меня или готовить?

— Само собой!!

Рёко вытащила из кармана пистолет, прижала его к стене и наградила её усталой улыбкой.

— Ещё раз.

— Ха…ха-ха-ха. Ага, кажись, ему больше нечем заняться!

— Не оскорбляй Кодзи!!

Она взвела курок, и стена запаниковала.

— П-пожалуйста, проснитесь, президент!!

— Да не кричите вы так, Ли-сан. Стены не разговаривают. Заговорите, и я выстрелю.

— …

— Славно-славно. Как и положено стене. …Так где Кодзи? Если не ответите, я выстрелю.

— А-а-а! Но высказали мне не говорить! Кодзи-сан! Кодзи-саааан! Помогииииите!

Стена завопила, и по коридору пробежали шаги.

Рёко развернулась, как раз когда Кодзи проехался в носках по полу и остановился.

Не успела она с ним поздороваться, как он ясно произнёс.

— Сестра, ты опять ведёшь себя нелогично, так?!

— Да брось, я же девочка, так что просто улыбнись и прости немножко нелогичности.

— Девочка? — спросила стена за спиной.

Рёко развернулась и выстрелила.

— А, сестра! Я только её переклеил! Не пробивай в ней дыры!

— Дыра и в том, что внутри! — закричала стена.

— Так, Кодзи, отвечай. …Почему ты меня не разбудил?

— Ну… — он на секунду замешкался. — Сино-сан пропала. И по какой-то причине, Пэс расселся во дворе.

— Э-э?! К-кодзи снова сделал что-то неприличное?!

— Нет! И что значит «снова»?!

— Что?! Ты хочешь сказать, что до сих пор этого не делал в твоём-то возрасте? Ты отвратительный человек! Ты живое воплощение падения рождаемости!

— Это тут не причём, и перестань перекручивать мои слова! И Ли-сан, то, что вам за сорок, ещё не причина для хныканья внутри стены.

Кодзи скрестил руки на груди и глянул на Рёко, которая удерживала волосы, зажав заколку во рту.

— Ты не особо удивлена, — сказал он. — Ты знаешь, где Сино-сан?

— Хм? Конечно нет. Я не эспер.

— Никто уже не использует слово «эспер», сестра.

— З-замолчи. И перестань смотреть на меня с такой жалостью. Т-так вот, если Си-тян ушла, то ничего страшного.

Рёко засунула заколку в волосы.

— Она сама так решила, правда? Она уже не ребёнок, так что должна иметь хорошую причину для ухода, и мы оскорбим её решимость, если найдём её и притянем обратно.

— А вдруг она ушла потому, что хочет, чтобы мы её нашли?

— Раненый или большой уходит потому, что не хочет быть обузой, прям как старый кот. …Если к нему приблизится тот, кого он обременяет, он просто убежит.

— Тогда…

— Никаких «тогда», — Рёко озадаченно посмотрела на Кодзи. — Си-тян может убегать, если не хочет быть обузой. А попытайся она вернуться, нам останется только её принять. Значит, получится, что другого выхода у неё нет, пускай ей это и не нравится.

Она помахала рукой, отгоняя брата.

— Иди, иди. Возвращайся к своим делам. Остальное уже в руках судьбы.

Рёко трижды выстрелила в стену, чтобы отогнать людей с той стороны.

Теперь она осталась одна.

— Ладненько.

Женщина вдохнула холодный воздух и неожиданно глянула на небо.

И не отрывая от него взгляда, она упёрла руки в бока.

— Переодевшись, я, пожалуй, выйду прогуляюсь.

Под библиотечным светом Цукуёми из 2-го Гира задала вопрос.

Она скрестила руки на груди в лабораторном халате, словно пытаясь защититься.

— Когда наш Гир находился на пороге уничтожения, помнится, инженер Лоу-Гира, который должен был его спасти, слишком долго не мог определиться.