Услышав это, Синдзё выбежала со зрительских мест.

Она поспешила к Саяме и разложила что-то белое. Салфетку, на которой парень написал свои предположения результатов.

Она ахнула и переводила взгляд от чисел на салфетке к слегка вспотевшему лицу Саяме.

— Ты был абсолютно прав.

— Разумеется. В конечном счёте, мир принадлежит мне.

Он схватил Синдзё за руку и поднял салфетку в воздух.

— Здесь написан мир. И рука, держащая его, принадлежит девушке, родившейся в том мире. Она воистину дитя бога.

— Ты опять за своё?

Синдзё проигнорировала Казами и остальных, которые с раздражённым видом расстегнули воротники, но затем удивлённо наклонила голову.

— Но… что теперь?

Услышав это, все посмотрели на доску за представителями.

Там расцвели цветы Сибил и Ооки разных цветов.

Одиннадцать красных.

Одиннадцать белых.

Голос Ёрд посчитали недействительным, так что к каждому добавили ещё по одному.

С обеих сторон теперь было ровно двенадцать голосов.

Когда все увидели количество и цвета, пожилой представитель UCAT какой-то страны тихо проговорил:

— Ох, — сказал он. — Выглядит так, словно цветы распустились на двух деревьях.

Ещё один голос промолвил в согласии.

Величественный тон принадлежал Микоку, которая встала с мест представителей Топ-Гира.

Она и собака рядом с ней взирали только на одного человека: парня в костюме, которого можно было назвать её противником.

— Таков ответ, достигнутый Гирами, — сказала она. — И у меня есть предложение.

— Какое? — спокойно спросил Саяма.

Микоку выставила правый кулак.

— Мы всё решим. На данном этапе Гиры примут любого, кто победит. И памятуя об этом…

Она сделала окончательное заявление, будто подавляя все остальное.

— Я желаю провести поединки между представителями Лоу и Топ-Гиров!

В удивлении все повернулись к какому-то звуку.

Безэмоциональная кукла председатель хлопала в ладоши.

— Замечательное предложение. Это закончит суд и голосование, и, как следствие, завершит плановое заседание. Чтобы мы все смогли прибыть к своим соответствующим итогам…

Она выдала реверанс. Все присутствующие куклы приподняли юбки под тусклым освещением и опустили головы.

— Прошу, положите этому конец.

Главные ворота Академии Такаакита накрыла тьма.

За тем повёрнутым на запад входом установили большую доску для объявлений.

Её использовали для призыва учеников, информации об отсутствии учителей, сообщений об отчислении и разглашения результатов клубной деятельности.

В данный момент свет озарял на доске всего один лист бумаги.

Ложный пергамент украсили белыми и красными искусственными цветами вокруг надписи чернилами.

Объявление:

Заседание Пути Левиафана было закрыто с равным количеством голосов за Топ-Гир и Лоу-Гир касаемо их взаимной истории.

По согласию обеих сторон пять представителей Топ-Гира и пять представителей Лоу-Гира подведут итог основному конфликту посредством сражения.

В случае нехватки представителей одной из сторон, будет назначена замена с разрешения всех остальных Гиров.

Топ-Гир:

Тода Микоку

Хаджи

Нагата Тацуми

Алекс

Подлежит уточнению

Лоу-Гир:

Саяма Микото

Изумо Каку

Казами Чисато

Хио Сандерсон (Дан Харакава)

Хиба Рюдзи

• Поединки проводятся один на один.

• Поединки начнутся днём 23-го декабря.

• Получение оружия начнётся 23-го декабря на рассвете.

• Перед началом поединка каждый представитель должен получить на этом самом месте оружие Концептуального Ядра.

• Каждый представитель может свободно выбрать оружие Концептуального Ядра за принципом «кто первый пришёл, тот первый и взял».

• Вокруг каждой боевой зоны в Токио будет автоматически развёрнуто Концептуальное Пространство.

• Характеристики Концептуальных Пространств окажутся под влиянием концептуального оружия внутри них.

• Представители проигрывают поединок, когда их оружие Концептуального Ядра отнято или уничтожено.

• Победитель должен вернуть своё Концептуальное Ядро вместе с Ядром проигравшего.

22 октября 2005. Председатель заседания Отряда Левиафана.

Всё вокруг доски объявлений полностью опустело.

Над версией фронтальных ворот, которую разделяло Концептуальное Пространство, воцарилась ночь.

В ночном небе разносился отдалённый шум.

На тёмном, покрытом росой, дворе виднелись небольшие тени и огни.

Они исходили от его задней части. Располагались перед небольшим святилищем, установленным рядом с забором и деревьями на западе.

В садовых фонарях по обе стороны зажгли свечи.

В неосвещённом окошке святилища стояла фотография.

На ней изображалась женщина, и её запечатлённые глаза смотрели на парня и девушку, стоящих перед ней.

Парень с пронзительным взглядом и носил морской костюм.

Девушка с длинными темными волосами носила белую защитную форму.

Она взяла левую руку парня и улыбнулась.

— Мама… и папа. И дедушка, бабушка, и даже прадедушка, — она кивнула. — Вы все меня ждали?

Девушка выдохнула.

— Прадедушка помог клану Тамия, так что они почтили здесь фамилию «Синдзё». И, похоже, дедушка Саямы за вами тоже присматривал.

Она закрыла глаза.

— Вас защищали странные люди, но поэтому вы все здесь, правда?

— Синдзё-кун, я не уверен, уместно ли включать такие на удивление точные суждения.

— Я-я и не пыталась.

Синдзё улыбнулась, расслабила плечи и промолвила, будто в никуда.

— Эм, я всегда думала, что одинока.

— Серьёзно?

— Да, — она кивнула. — Я чувствовала себя беспомощной, всё время плакала и только и делала, что полагалась на тебя с тех пор, как мы встретились. Но…

Синдзё открыла глаза, посмотрела на святилище, на горы и огни города на западе, чуть выше на ночное небо и, наконец, на луну.

Она перевела взгляд от святилища, почтившего её фамилию, к земле, на которой стояла, и в небеса, которые их соединяли.

— Я не могу достать до луны, но этот мир существует только благодаря тому, что сделали мои родители и те, кто были перед ними.

Поэтому…

— Я всегда думала, что у меня нет родителей, но будь это правдой… мир бы не стал таким, какой он есть. И я бы тоже не стала собой.

Так что…

— Мне кажется, часть мира создана руками моих родителей.

Она сжала руку Саямы и опустила взгляд обратно на святилище.

— Я больше не могу видеть их или говорить с ними, но пока этот мир существует, сделанное ими будет жить, и я смогу добавить к нему даже больше.

Что означало…

— Мир — вовсе не наше тело. А скорее существо, которое живёт с деяниями людей, высеченными на нём. Сделанное нами продолжит обмениваться словами в мире, даже когда нас здесь не будет.

Иными словами…

— Мир совсем как ДНК.

В этот момент Синдзё медленно выдавила надломленный вдох.

— Вы знаете, мама, папа? Вы мне дороги.

Хотя её мысли больше не могли их достичь, но она хотела с ними встретиться, и поэтому сказала то, что сказала.

— Я позабочусь об этом мире. Потому что хочу вас всех увидеть, я позабочусь о мире, который вы защитили. Так что вы узнаете, правда? Сделанное мной прокатится по миру и достигнет того, что вы сделали, правда?

Ответа на вопрос не было, но она всё равно его получила.

— Да.

Синдзё ощутила, как её ладонь сжали, и услышала голос Саямы.