— В чём дело? Хм? — спросил он. — Разве ты не хотел быть героем?

Хиба собирался извиниться, из-за чувства, что был груб к этому искусному бойцу.

Но голос, покинувший горло, сказал кое-что другое.

— Ты…

Его голос дрожал и хрипел.

— Ты так силён… но не можешь стать героем сам?

Вопрос парня вызвал тишину.

Пару секунд Хиба просто пытался отдышаться и увидел, как Хаджи опустил голову.

Но затем мужчина произнёс, подсвечиваемый луной.

— Это не твоё дело. …Кроме того, не все желают быть героями.

Хиба подумывал назвать это ложью. У мужчины было столько силы и влияния на других.

…Так почему же он делает всё, чтобы люди его ненавидели?

Хиба не знал.

Но несомненно то, что Хаджи за весь бой ни разу не поступил нечестно. Он делал подобные вещи во время атаки на UCAT, и всё же не стал так себя вести во время поединка, где во что бы то ни стало нужно победить.

Что означало, он не собирался побеждать любой ценой.

— Кх…

Хиба пытался встать. Всё его тело ныло, боль приковывала к месту.

Она словно говорила ему не двигаться.

И слова Хаджи ей вторили.

— Как насчёт того, чтобы закончить? Может, объявим мою победу, и, следовательно, общую победу Топ-Гира?

После паузы он произнёс, понизив тон.

— Иди догоняй Тацуми.

Проклятье, — подумал Хиба. — Я не могу закончить всё вот так.

Этот человек…

Этот человек ещё не показал всю свою силу. Он ещё не продемонстрировал бой, достойный звания героя.

Герой, — подумал Хиба.

Будь я героем, то смог бы достичь Мики.

И тут же осознал, что противник перед ним был кратчайшим путем к этой цели, и что хотел столкнуться с ним как герой.

Но тело ныло и отказывалось двигаться.

————.

Но затем Хиба услышал неожиданный звук. Тот донёсся от упавшего на пол телефона.

Два раза прозвонив, он автоматически ответил, и парень услышал новые звуки: спешащие шаги и женский голос.

— Это Цукуёми из отдела разработок японского UCAT. …Я помешала? Или как раз вовремя?

На что? — гадал он, сделав медленный вдох и слушая упавший телефон.

— Послушай. Я тебе сейчас дам услышать что-то очень важное.

И тут же последовал новый звук.

Тяжёлый, глубокий, глухой, но в то же время очень короткий и вскоре прозвучавший снова.

Это же…

Пульс.

— Раз уж мы зашли так далеко, не сомневаюсь, что она проснётся. Так что… так что постарайся вернуться.

Он услышал намёк на улыбку в голосе Цукуёми, а ещё шарканье стула.

— Зная тебя, ты наверняка на пороге смерти. Но знаешь что, малыш Хиба? Люди возвращаются с порога смерти, когда у них ещё остались неоконченные дела. Если ты умрёшь, то зачем ей вообще просыпаться? У неё ещё остались тут дела, и она тебя ждёт.

Поэтому…

— Взбирайся на холм, ведущий из преисподней. Взбирайся на холм, и ты отыщешь землю живых.

———.

Хиба вздохнул, как раз когда звонок завершился.

Но он сумел сделать вдох.

Парень наполнил лёгкие воздухом, необходимым дли движения.

— А!

И словно разрывая собственное тело, Хиба зашевелился.

В тёмный город выпрыгнули две фигуры.

Они атаковали в воздухе, оторвались друг от друга, и приземлились на холме.

Это Хаджи и Хиба.

Генерал был на западе, а парень — на востоке.

Хаджи стоял спокойно, тогда как дрожащее тело Хибы согнулось и на землю пролилась кровь.

Однако Хиба не колебался и ринулся вперёд.

Короткими вздохами он поддерживал тело в максимальном напряжении. Парень использовал дыхание, чтобы свести кровотечение к минимуму, и начал поединок с кулака.

Хаджи блокировал, и затем атаковал.

Хиба избежал поднятого клинка быстрой работой ногами.

Он двинулся, развернув стопы.

Непрерывно атакуя, уклоняясь и защищаясь, они неслись вверх по склону.

Вскоре показалась вершина вместе со станцией Отяномидзу и мостом, пересекающим реку неподалеку.

Оба оказались в сотне метров оттуда.

Хиба сумел сосредоточиться, поэтому закричал.

— Почему?!

Парень спрашивал у мужчины, который сражался больше, чем кто-либо.

— Почему ты отказался быть героем?!

— Потому что не смог их защитить!

— Как и я!

— Но тебя всё равно кто-то ждёт. …Даже двое.

Налитые кровью глаза увидели доселе невиданную улыбку Хаджи.

На заседании Хиба уже несколько раз видел, как тот улыбался, но никогда прежде его улыбающееся лицо просто слегка не прищуривало глаза.

— Но…

Хиба двигался быстро, чтобы его комбинированная атака достала.

Словно попадание донесёт его мысли.

Гремели твёрдые звуки, уклонения и атаки парня перетекали один в другой, и даже сотрясали всё тело.

— Но это слишком грустно!

— Чувства, описанные словами, далеки от реальности, Хиба. И знаешь? Мне больше некого защищать.

Хиба задумался о словах и улыбке мужчины.

…Ох, он, может, и не такой, как я.

Я могу оставаться собой, потому что дорогие мне люди всё ещё живы, но он, лишившись людей, которых нужно защищать, больше не знал, что делать?

Он поддался отчаянию и решил стать злодеем?

Тогда моя сводная сестра, которая теперь зовёт себя Тацуми, ведёт себя так же?

Хиба пришёл в себя, услышав пульс Микаге, так что, возможно, не мог их понять.

Но, — подумал он о словах Хаджи.

— Тогда…

Тогда…

— Почему ты сделал силу своей сестры частью себя?

————.

Да, именно.

Я в этом уверен. Я понимаю. Или, по крайней мере, мне так кажется. Прямо сейчас он точно такой же, как я.

— Однажды я посадил едва живую девушку на инвалидное кресло, вывез её на улицу и показал мир.

Хиба послал ещё один удар, который не достанет мужчину, но всё равно хотел достучаться.

— Ты тоже показал этому глазу мир! И ты, должно быть, обещал ей показать новый мир! И… сделав так…

Его голос перерос в крик.

— Ты решил стать героем, пусть и никто об этом не узнает!!

Удар попал, но Хаджи блокировал его B-Sp.

Однако защита мужчины слегка отличалась от предыдущей.

На этот раз он оттолкнул Хибу на своём блоке.

Вслед за этим парень обнаружил, что они достигли вершины холма.

Оба выпустили пар и посмотрели друг на друга с десятиметрового расстояния.

Бойцы открыто встретили взгляды друг друга под светом разведывательного самолёта над головой.

Даже дрожа, Хиба веско кивнул с серьёзным выражением лица.

— Я одержу победу. …Чтобы отправиться к тем, кто меня ждёт.

А значит…

— Прошу, проиграй. …Чтобы встретится с теми, кто ждёт тебя.

Хаджи горько улыбнулся, но…

— Так тебя дожидаются два человека?.. Какие разбалованные дети в наше время.

Горечь покинула его улыбку как раз перед тем, как оба наклонились вперёд и двинулись.

Хаджи сражался.

Он блокировал атаки врага, посылал собственную силу, шевелил телом и постоянно искал возможности для победы.

Вокруг него раскатывались звуки. Звуки битвы, знакомые разуму и телу.

Прошло всего полтора месяца с его сражения с Абрамом, поэтому он считал везением возможность так скоро их услышать.

Его оружием служили глаз, в котором пребывала сестра, Концептуальное Ядро 9-го Гира и собственное тело.

Он не испытывал против врага реальной злобы.

Противник видел в Хаджи себя, но это односторонний взгляд.

По чувствам это сантименты. По цвету — зелёный. А на ощупь — мягкость.

Однако Хаджи чувствовал в этом нечто давно знакомое.

Он и остальные однажды были такими же.

Нападая снова и снова и преследуя движения врага, Хаджи вспоминал дни далёкого прошлого, когда он сражался и тренировался так в песках и под ярким небом.