Титус объявил:

— А теперь песня Благодарности!

Мужчины снова затопали ногами и запели.

Тарин пошевелил свободными пальцами и присоединился к остальным. Глупый Кори и Мика сверлили его возмущёнными взглядами, а Кинан и Эдон продолжали смеяться, хлопая и пританцовывая.

Пение закончилось, и в центр вышел Титус.

— Младшие кадеты могут быть свободны и должны проследовать на урок в честь Дня Матушек.

— Уйди с дороги, — успел предупредить Эдон. — Они сейчас побе…

Мимо пронеслась толпа толкающихся маленьких мальчишек. Тарин поджал пальцы, чтобы его не растоптали. Следующая группа прошла более организованным строем.

Эдон вздохнул.

— Кинан, напомни мне поговорить со старшими кадетами, отвечающими за первогодок. А сейчас веди свою группу на урок.

Титус командовал старшими мальчишками, которые ровным строем направлялись к выходу. Кинан потянул за собой Тарина, и тот послушно пошёл вслед за ним. Тарин был рад наконец-то покинуть это шумное, переполненное людьми, посещённое Матушками место.

У дверей Кинан наклонился и взял две буханки из корзин, которые принесли в зал Тарин и Эдон.

Кинан, Тарин, все новые мальчишки и толстый кадет Мика прошагали по коридору и вошли в комнату, где ребят обучали расчёсыванию волос и проходили уроки по сосанию членов. Вспомнив, как его отшлёпал сержант Эдон, у Тарина дёрнулся пенис. Казалось, что это было так давно, хотя с того момента, как Тарина поймали, прошло всего несколько дней.

— Отодвиньте стулья к стене. Сегодня мы будем сидеть на полу, — приказал Кинан.

Тарин просиял. Самое подходящее место, чтобы сидеть. Не та дурацкая цивилизация, о которой постоянно толдычат мужчины. Тарин быстро отодвинул стулья из центра и с грохотом поставил их у стены. Вот теперь стало просторно! Мужчины вечно загромождают свои комнаты лишними вещами.

— Пожалуйста, не так громко, Тарин. Хотя я ценю твоё рвение.

— Дело сделано! — улыбаясь Кинану, сказал Тарин. — Пространство! — В подтверждение своих слов он хотел триумфально прокатиться по полу, но голые ступни словно прилипли к поверхности, и Тарин споткнулся. — Чёрт!

— Не хватает носков? — ухмыльнулся Мика.

— Ты посмел насмехаться над Матушкиной наградой? — спросил кто-то строгим сухим голосом. — Дважды пойманному позволили больше не носить носки. Мы не подвергаем сомнению решения Матушек.

— Простите, майор Джонас, — пробубнил Мика.

Тарин покосился на майора. Джонас был копией мерзкого Джейдона, правда, не такой мрачный. И в отличие от своего брата двигался он плавно, а не со скрытой яростью. Тарин широко улыбнулся. В майоре было что-то успокаивающее, и он казался дружелюбным. Рядом с ним стояли Офер и ещё один мальчишка, и выглядели они совершенно спокойными.

— Доброе утро, майор Джонас, — сказал Тарин. — Мы освободили место!

— Вижу, мальчик, — ответил майор. — А теперь все садитесь в круг и приготовьтесь слушать Матушкины истории.

Продолжая улыбаться, Тарин плюхнулся на пол. Мика и Кинан как-то странно на него посмотрели.

— Это не моё задумчивое лицо, — поспешил уверить Кинана Тарин. — Ничего не замышляю!

Джонас усмехнулся.

— Нет-нет, сегодня мы хотим, чтобы ты думал, Тарин. Мы будем читать истории про Матушек, и мальчики должны думать, чтобы понять, как сделать мужчинам приятное.

Тарин постарался не нахмуриться. Доставлять радость Матушкам, несомненно, хуже, чем делать приятное мужчинам, но, похоже, без этого зиму не пережить.

Кинан и Мика сгоняли мальчишек в круг. Тарин фыркнул, когда Пэрри сел в другом конце комнаты. Однако Тарин не мог винить друга. Как бы Тарин ни старался быть хорошим, неприятности липли к нему, как мухи на свежие какашки. А Пэрри ведь тоже было здесь не просто. Он тоже скучал по лесу и знакомился с цивилизацией… К тому же Тарин знал, что Пэрри мечтает о темноволосом офицере, который заставил его раздеться, когда мальчишек представляли мужчинам. У Тарина скрутило живот, и в позвоночнике как-то странно защекотало. Темноволосый офицер! Тарин встал.

— Садись, Тарин. Сейчас мы будем есть хлеб с мёдом и слушать Матушкины истории, — Джонас говорил спокойным голосом, однако его взгляд заставил колени Тарина повиноваться.

— Хочу пройтись. Надо быть ближе к Пэрри. Нужно с ним поговорить.

— Не во время чтения. Вам разрешено отвечать на вопросы, но не более того. Так что сиди спокойно. Поболтаешь с другом в свободное время.

Тарин колебался. Он посмотрел на Пэрри, широко раскрыв глаза, чтобы дать ему понять, что это важно. Тарин догадался, кто тот тёмный офицер и почему Эдон предостерёг Пэрри насчёт его просьбы Матушкам.

— Позже, — сказал Джонас.

Тарин сел и нахмурился. Голос майора приказывал повиноваться, но оставался всё таким же тихим, как и раньше.

Кинан и Мика расположились позади мальчишек у двери, а Джонас встал напротив них. Затем он кивнул Оферу, который стал отрывать куски хлеба от буханки и раздавать их ребятам.

— Мальчики! Добро пожаловать на ваш первый Матушкин День! Это хороший праздник, во время которого мы выражаем свою благодарность за то, что у нас есть, и узнаём что-то новое о Матушках. Мужчины сейчас слушают лекцию Титуса о том, как стать лучше, чтобы служить на благо своей общине и заботиться о своих мальчиках. Также они составят план на следующую неделю, чтобы все наши потребности были удовлетворены. Вы же будете слушать истории о Матушках и о том, как порадовать их и мужчин.

Джонас сощурился, и Тарину вдруг захотелось погладить его по густым тёмным кудрям.

— Меня зовут майор Джонас. Я глава учителей и книжников. Моя обязанность следить за библиотекой и упорядочивать наши знания. А это мой мальчик Аран. Возможно, некоторые из вас помнят его. Аран работает в библиотеке, а по Матушкиным Дням помогает читать истории.

Аран вошёл в круг и поклонился. Он выглядел абсолютно серьёзным, но Тарин еле сдержался, чтобы не усмехнуться.

— Вы все уже знаете моего старшего брата, майора Джейдона, — добавил Джонас. — Вижу, что некоторые из вас пытаются сейчас понять, почему моё лицо вам знакомо.

Тарин сжал кулак и раздавил свой кусок хлеба. Джейдон! Тарин осторожно разжал пальцы, зная, что есть без разрешения нельзя. К тому же скоро дадут мёд!

Делая вид, что даёт мёд, Офер наклонился и незаметно сунул Тарину в руки новый ломоть хлеба. А потом подмигнул ему.

— Сидите спокойно, мальчики. Ешьте хлеб с мёдом, пока я буду рассказывать вам сказку. А Аран будет показывать картинки. К книге нельзя прикасаться, потому что это ценность для нас, не говоря уже о том, что у вас грязные руки.

Тарин отломил кусочек ещё тёплого хлебушка и положил в рот. Мёд просочился в дырочки теста, и Тарин задрожал от удовольствия.

— Сам сделал! — гордо сказал Тарин и тут же закрыл рот рукой.

Джонас рассмеялся.

— Ах, Тарин. Ты сегодня был помощником пекаря? Очень хорошо. Правда хлеб вкусный? Наша первая сказка будет о хлебе и о том, что в общине все должны трудиться и делиться друг с другом.

Тарин поёрзал и облизал пальцы. Фух, пронесло! Джонас говорил о каких-то глупостях. Куры разговаривают с гусями? Аран медленно ходил по кругу и показывал мальчишкам открытую книгу. Тарин заглянул. На картинку с Матушкой это не похоже, но цвета такие же яркие и красивые. Курица была в шляпе! «Глупость какая», — решил Тарин и выпрямился. Он задумался о разговоре с Пэрри. Это очень важно.

Тарин моргнул. Мальчишки над чем-то громко смеялись.

— В следующий раз, когда она попросит чьей-то помощи, вы отвечайте! Готовы? — сказал Джонас.

Глупый Кори захлопал в ладоши и ответил:

— Да!

Тарин закатил глаза и опять стал обдумывать разговор с Пэрри о том, что темноволосого офицера лучше избегать. Тарин украдкой посмотрел на Офера. Может, он поможет? Хотя, наверное, неправильно втягивать его в их разговор… Как ни странно, но позвоночник молчал. Если бы Пэрри знал, что…

— Не я! — закричали мальчишки, и Тарин подпрыгнул от неожиданности.

Джонас внимательно посмотрел на него, и Тарин понял, что попался.

Тарин постарался дослушать рассказ и даже несколько раз ухитрился вовремя выкрикнуть нужные слова, но так ничего и не понял. Да и картинки, которые показывал Аран, не помогли. Куры же не умеют печь хлеб!

Тарин облизнулся. Наверное, самих кур можно испечь… Ням!

— Дважды пойманный! Что ты понял из этой истории, и как должны вести себя мальчики?

Тарин сглотнул. Джонас, похоже, еле сдерживался, чтобы не рассмеяться. Тарин очень постарался не нахмуриться. Джонас знал, что Тарин ничего не понял! Он внимательно посмотрел на последнюю картинку, которую показывал Аран.

— Курицам нельзя носить одежду. Мальчикам тоже, — твёрдо ответил Тарин и услышал, как за спиной хрюкнул Кинан.

— Нет, — сказал Джейдон. — Не верно. Пэрри?

— Не работаешь, не ешь, — ответил его друг. — Мальчишки работают!

— Очень хорошо. Офер, угости Пэрри леденцом. Тарин, слушай внимательно следующую сказку. Специально для тебя в этом рассказе будут одетые кошки. И Матушки! Попытайся понять, какой урок можно извлечь из этой истории. Мальчики, мы с Араном споём вам её только раз. Потом уже вы будете подпевать Арану.

Тарин нахмурился. В сказке про курочек кошка была похожа на маленьких пушистых охотников, которых он не раз видел у озера. Мужчины что, и кошек одевают, чтобы приучить к цивилизации? Тарин вздохнул. Куры майора Лорна ходят голыми, хотя и живут в здании, а не на деревьях…

— Три маленьких котёнка, — пропел Джонас, — потеряли свои рукавички и заплакали.

Аран показал мальчишкам картинку с маленькими кошками и запел пищащим голосом:

— Ох, Матушка!

Тарин вздрогнул. Он знал, что Джонас опять его спросит, поэтому постарался хоть что-то понять. Это было ужасно! Тарин придумал ответ и очень надеялся, что не ошибся. Вчера вечером клювонос говорил, что нельзя ужинать голым. Так что Тарин решил, что «Нет одежды — нет пирога. Мальчишки должны быть одеты!» — отличный ответ. Даже очень похоже на то, что сказал Пэрри. Тарин уже предвкушал леденец «хорошего мальчика»!