Сразу за гостиницей "Выборгская", на перекрестке Торжковской и Новосибирской улиц, в "жигули" Сергея едва не врезался какой-то лихач, начхавший на красный свет, и Сергей, высунувшись из машины, разразился смачной бранью. Это, однако, не принесло облегчения, на душе по-прежнему скребли кошки.

Страха Сергей не испытывал. Чего, собственно, ему бояться? Нахманов сцапали не бандиты, а стражи правопорядка, так что можно с малой погрешностью предсказать ход событий. Милицейские дознаватели вряд ли расколют Марка, против них он, надо думать, устоит, а через день-два, попав в руки следователя, на первом же допросе назовет Сергея как наводчика. И соль не только в том, что Марк окажется жидковат на расплату.

Просто здесь, как всегда, сработает страусовый эффект. Все без исключения салаги по неопытности, считают, будто их вина приуменьшится, а то и вовсе сойдет на нет, коли удастся убедить следователя, что они, мол, слепо повиновались чьей-то злой воле, ненароком попали в эдакую гипнотическую зависимость от главаря. Им ведь невдомек, что на эту удочку следователи не клюют. Ну, назовет Марк фамилию Сергея, обдаст его грязью с головы до ног, а дальше что? Наводку доказать сложно, а сколько-нибудь убедительных фактов у Марка нет, одни словеса. И свидетелей тоже нет. На допрос Сергея, понятно, вызовут, и, скорее всего, не раз, но если, не мешкая, задействовать тяжелую артиллерию, то все закончится пустыми разговорами в казенном доме. Короче, его участие в уголовном деле братьев Нахманов ограничится ролью свидетеля. А вот Марку Себе-Наумовичу не позавидуешь. И поделом - будет знать, мудила, что отсебятина до добра не доводит!

Свернув с площади Мужества на залитый огнями проспект Непокоренных, Сергей прибавил скорость, без остановки проскочил светофор у бензоколонки в начале Гражданского проспекта и по улице Бутлерова выехал к проспекту Науки, откуда до его дома на Софье Ковалевской было рукой подать. Бросить машину у подъезда или отогнать в гараж? - подумал он и решил, что на гараж нет времени. Ситуация в общем и целом сносная, но, пожалуй, благоразумнее все-таки присоседиться к телефону. И чем скорее, тем лучше.

32. КОНСПИРАТИВНАЯ КВАРТИРА

Поутру Сергей спросонок сладко потянулся и с удивлением обнаружил, что жены почему-то нет рядом. Где же она? - подумал он и рассмеялся, вспомнив, что уже неделю находится на холостяцком положении. Перед Новым годом Лена оформила отпуск на время школьных каникул и вместе с сыном до 10 января пробудет у бабушки, во Всеволожске. Нынче там, должно быть, чертовски здорово: ослепительно белый снег, опушенные инеем деревья, чистый воздух, смолистый запах сосновых поленьев, сложенных для просушки за русской печью. Эх, махнуть бы туда прямо сейчас, послав подальше все дела и заботы. Сашок форменным образом запрыгал бы от такого сюрприза. Но нельзя, придется потерпеть до субботы. Как-никак он, Сергей, глава семьи, кормилец и поилец, человек долга.

Пружинисто поднявшись с дивана, он босиком подошел к серванту и взял в руки рамку с портретом сына. До чего же смышленый растет мальчуган, Александр Сергеевич Холмогоров. Всего во втором классе, а уже вовсю лопочет по-английски, запросто множит в уме двузначные числа и даже разбирается в автомашинах. Где "волга", а где "жигули" - это для него давно пройденный этап, он теперь без запинки объясняет матери принцип работы двигателя внутреннего сгорания. Это вам не хухры-мухры!

Обычно Сергей, совмещая приятное с полезным, начинал день с бега трусцой до гаража на Муринском ручье, но сегодня в этом не было смысла - машина-то ночевала под окнами. Поэтому он вооружился пятикилограммовыми гантелями, размял мышцы до пота, а затем неторопливо побрился перед зеркалом, с удовлетворением отметив, что сохранил форму. Лишнего жира нет и в помине, кожа на зависть гладкая, упругая, а седая прядь над лбом, появившаяся девять лет назад в "Крестах", две жесткие линии, спускавшиеся от крыльев носа к углам губ, и вертикальная морщинка над переносицей придают его лицу выражение зрелой мужественности.

Чередование обжигающе горячего и холодного душа способствовало дальнейшему подъему жизненного тонуса, и Сергей вышел из ванной в белом махровом халате нараспашку с ощущением бодрящей легкости. На кухне он выпил стакан томатного сока, зарядил тостер четырьмя ломтиками бородинского хлеба и, пока они подрумянивались, зажарил глазунью из трех яиц, посыпав ее мелко нарубленными перьями зеленого лука. Завтрак получился плотным и вкусным, а две чашки крепкого кофе достойно завершили трапезу. Пора было приниматься за дело. Закурив сигарету, он придвинул к себе телефонный аппарат и по памяти набрал номер.

- Приемная,- прозвучал в трубке голос секретарши.

- Соедините меня с подполковником,- попросил Сергей.

- Кто будет говорить?

- Севастьянов.

- Минуточку, товарищ Севастьянов.

Раздался еле слышный щелчок, после чего мужской голос уверенно произнес:

- Затуловский!

- Добрый день, Роман Валентинович!

- Что у вас?

- Надо бы сегодня пообщаться, - весело сказал Сергей.

- Сложно... Комкаете мой график?

Нотка недовольства в тоне Затуловского ничуть не удивила Сергея. Они еженедельно встречались по пятницам, а если вдруг возникала надобность во внеочередной встрече, то предупреждать об этом следовало не меньше чем за сутки, чтобы не ломать ранее намеченных планов.

- Порядок мне известен, - невозмутимо ответил Сергей и, помедлив секунду, добавил: - Есть нюанс.

На их условном, принятом для телефонных переговоров языке слово "нюанс" символизировало срочность.

- Это меняет дело, - смягчился Затуловский. - Сейчас четверть десятого... Через час вас устраивает?

- Добро!

Закончив разговор, Сергей глубоко затянулся и потушил окурок. До конспиративной квартиры, где Затуловский будет ждать его через час, он доедет минут за тридцать, а если у бензоколонки на проспекте Непокоренных нет очереди, то, пожалуй, по пути успеет заправить бак топливом.

Он быстро оделся, взял с собой хозяйственную сумку, куда, кроме папки с почтой, поместил полдюжины армянского коньяка "три звездочки", и вышел на лестничную площадку к лифтам. А внизу, с пол-оборота запустив двигатель "жигулей", метелкой стряхнул с машины выпавший за ночь снег и мельком подумал о том, что напрасно канителится с обменом жилья. Бездна времени, черт побери, уходит кошке под хвост!

И на бензоколонке, и позднее, пробираясь в тесном транспортном потоке к центру города, Сергей продолжал думать об обмене, дабы не угнетать настроение мыслями о вчерашнем провале. Сделанного нипочем не воротишь, тут не может быть двух мнений, да и перед разговором с Затуловским незачем травить душу, бесцельно воспроизводя в памяти ублюдочные экспромты Марка Себе-Наумовича. С обменом же, без сомнения, не следует тянуть, тем более что исходные позиции у них с Леной достаточно привлекательные.

Год назад Сергей купил двухкомнатную квартиру на улице Софьи Ковалевской фактически за гроши: наследники умершего владельца, как водится, получили на руки сполна выплаченный пай без верхушки, а председатель кооператива взял "на лапу" всего-навсего три тысячи рублей. Чтобы сохранить за собой комнату на Красной улице, Сергею, понятно, пришлось оформить в суде фиктивный развод, что не вызвало ни малейшего протеста у Лены. Слава Богу, жена у него умница, ей давно уже нет нужды растолковывать, что реальная жизнь в эпоху перестройки не имеет ничего общего с галиматьей из учебника по научному коммунизму и что родина и государство - понятия вовсе не равноценные. Так вот, перебравшись из своей комнатушки в отдельную квартиру, они месяц или два наслаждались отсутствием соседей и только потом сообразили, что по сравнению с центром Гражданка выглядит далью несусветной и жаль изо дня в день тратить лишний час на поездки с работы и на работу. Ведь у них практически есть все, чтобы претендовать на хорошую трехкомнатную квартиру в старой части города, поскольку желающих разъехаться куда больше, чем воссоединяющихся. В общем, легче легкого найти тьму приемлемых вариантов, если, конечно, не пожалеть сил и времени. А вот со временем у них, увы, беспросветно. Днем Лена в лаборатории, откуда незаметно не смоешься, а весь ее досуг, помимо домашних забот, без остатка съедает заочная аспирантура. А его самого давно уже одолел хронический цейтнот. Под лежачий камень вода не течет, так что, как ни крути, без посредника не обойтись. Пусть обмен встанет дороже, с этим он как-нибудь справится, в конце концов тысчонка-другая для него не проблема, он выдержит и не такие расходы. Решено, сегодня же он возьмет в оборот Додика Шапиро, нацелит на поиск опытного маклера и не слезет с него до тех пор, пока дело не сдвинется с точки замерзания.