- Слушайте, - продолжал Браун. - Вчера я провел ночь у Аткинса и убедился, что он принадлежит к этой шайке.

Глухой ропот пронесся в толпе Регуляторов.

- Но это не все! - гремел Браун. - Подлый грабитель, прикрывшийся честным именем Регулятора, проник в наше собрание - вот он!

Регуляторы обернулись в сторону Джонса. Тот выхватил нож и бросился сквозь толпу, размахивая им. Испуганные таким неожиданным оборотом Регуляторы попятились, но Вильсон не дремал. Железной рукой схватил он Джонса за кисть, а другой хватил его кулаком по голове. Мошенник повалился на землю, извиваясь от боли и стараясь вырваться из рук Вильсона, но тот держал его, как в тисках.

- Ловите вон того негра! - закричал Браун, увидев, что белая куртка мелькнула меж кустов. По-видимому, один из негров хотел поскорее улизнуть отсюда и предупредить соучастников о случившемся. Однако это ему не удалось. Один из Регуляторов быстро вскочил на лошадь и поймал его прежде, чем он успел скрыться в лесу. Обе негритянки после этого и не думали сопротивляться. Всех троих немедленно же заперли в хижине и приставили к ней часовых.

Регуляторы, поняв всю серьезность положения, быстро и ловко выполняли приказания начальника. Джонса, с крепко завязанными позади руками, привели в круг и поставили к дереву. Раздавались уже голоса, требовавшие немедленного повешения негодяя, но Браун воспротивился.

- Подождите, - сказал он. - Повесить его мы всегда успеем. Сначала нужно изловить более виновных, например Аткинса!

- Но ведь этот негодяй, значит, лгал, когда говорил, что видел моих лошадей! - закричал рассерженный канадец.

- Напротив, - возразил Браун, - он их видел, подлец сам же их и украл; лошади ваши теперь у Аткинса!

- Так идем сейчас же туда, - сказал Гарфильд, - и накроем этого негодяя с поличным! Быть может, и мои лошади там!

- Сейчас отправляться туда не стоит, - сказал Браун. - За время своего пребывания на ферме Аткинса я узнал, что у него существует какой-то тайник, куда он и прячет на время украденных лошадей, и, поверьте, мы не найдем его!

- Но ведь должно же быть средство открыть этот тайник. Мы найдем его, обыскав все окрестности!

- Ну и что из этого выйдет? Вы найдете лошадей, а доказательств виновности Аткинса не будет! Мало ли куда могут забрести заблудившиеся лошади?! Хозяин фермы, около которой они будут найдены, не виновен, они ведь у него не в конюшне и не во дворе!

- Все равно! Раз мы найдем наших лошадей около фермы Аткинса, это нам послужит явным доказательством его виновности. Тогда вздернем его на первом суку - вот и баста!

- Не забывайте, что Аткинс почти никогда не выходит из дома, следовательно, у него должны быть помощники. Их-то нам уж тогда не поймать!

- Так что же делать? - раздалось несколько голосов.

- Господа, - сказал Гарфильд, - у меня зародилось подозрение еще относительно Джонсона: основание - его появление с неизвестными нам лошадьми во время погони за конокрадами и близкое соседство с Аткинсом. Впрочем, наш начальник, с таким искусством проникший в хитрости мошенника, несомненно, составил уже какой-нибудь план поимки их, пусть он поделится с нами, а мы послушаем. Не так ли, Браун?

- Я готов сообщить вам свой план! - согласился Браун. - Вот как я думаю поступить. Кто-нибудь, совершенно неизвестный Аткинсу, придет к нему и предложит спрятать лошадей. Приобретя доверие Аткинса сообщением пароля, он только приведет к нему лошадей в тайник и подаст нам сигнал. Тут уже дело пойдет просто!

- Но вот беда, откуда мы возьмем человека, которого бы не знал Аткинс? - спросил Вильсон.

- А канадец, например? - предложил Браун.

- Что вы, да я вчера был у него! - ответил тот.

- А зачем вы туда пошли?

- Я справлялся у него, не видел ли он моих лошадей!

- И что же он вам ответил?

- Ответил, что и в глаза не видал!

- Ну, он наверное солгал: лошади у него! Однако это не меняет дела - всем к нему идти нельзя! Кирнер, видал вас когда-нибудь Аткинс?

- Эк спохватились, - ответил тот, - да я с ним знаком чуть не пять лет!

- А вас, Джонкинс?

- Ну, моя физиономия ему больше чем знакома!

- А вас, Вильямс?

- Он меня знает так же хорошо, как и вас, мистер Браун!

- Ну, дело плохо! - огорчился Браун. - Про остальных из нас и говорить не приходится: он всех прекрасно знает. Нужно волей-неволей изменить первоначальный план!

- Погодите-ка! - радостно воскликнул Кук. - Решение найдено! Задержка на два-три дня не принесет старику особенных убытков, а семью мы возьмемся кормить за свой счет!

- О ком вы говорите? - заинтересовались Регуляторы.

- Заметили ли вы, Вильсон, повозку, проезжавшую утром мимо вашей фермы? - спросил Кук.

- Я со вчерашнего вечера не был дома, - ответил тот.

- Видите ли, какая штука, - сказал Кук, - здесь недавно проезжал переселенец из Теннесси, с женой и двумя сыновьями. Он или его старший сын с успехом могут выполнить наше поручение: ни того, ни другого Аткинс никогда не видал. Чего же лучше?

- Вот и прекрасно! - подхватил Вильсон. - Садитесь же на лошадь, Кук, и скачите за переселенцами. Надеюсь, они не откажутся помочь нам!

- Значит, дело слажено! - воскликнул Куртис, потирая руки от радости. - А что делать с неграми? Один уже пытался удрать из хижины. Если ему это удастся, он немедленно же донесет обо всем Аткинсу!

- Конечно, они способны на это! - сказал Браун. - Связать их тотчас же и запереть в дом, а вокруг него и по всем дорогам расставить часовых!

- А негритянок тоже связать?

- Ну, их можно и не связывать, а просто держать под присмотром!

- У меня для негра найдется прекрасная веревка под кроватью, - сказал Бариль. - А хорошо ли стерегут Джонса?

Он отправился к тому дереву, под которым оставили пленника, как вдруг связанный, каким-то способом освободившись от веревок, вскочил и бросился в лес. Пораженный такой неожиданностью Бариль остановился в замешательстве. Однако Вильсон, продолжавший присматривать за разбойником, бросился за ним в погоню и, догнав через несколько секунд, ловким ударом кулака по горлу повалил на землю и, несмотря на то, что Джонс оборонялся и ногтями, и зубами, снова крепко связал его.

Тем временем Кук оседлал свою отдохнувшую лошадь и, распрощавшись, отправился вдогонку за стариком пришельцем. Согласно приказу Брауна, дом и все шедшие от него дороги и тропинки были охраняемы часовыми с зараженными ружьями. Часть Регуляторов прилегла вздремнуть на траве, часть уселась в кружок, беседуя о событиях настоящего дня и ближайшего будущего, а некоторые отправились присматривать за освобожденными негритянками, которых заставили готовить обед оставшимся.

В пустынных лесах и степях Дальнего Запада, где недавно появившиеся белые переселенцы строят свои фермы и хижины нередко на громадных расстояниях друг от друга, выбирая наиболее удобные и легкие для обработки участки, соседская помощь и участие служат единственным почти средством борьбы пионеров с различными невзгодами и бедствиями… Лишенному физической и нравственной поддержки фермеру придется погибать в этой бесплодной пустыне. Поэтому-то все окрестные жители при малейшей надобности стараются оказать посильную помощь своему попавшему в беду соседу, зная наперед, что не сегодня-завтра им самим потребуется такая же помощь и что нравственно обязанный сосед не остановится, в свою очередь, ни перед чем, и поможет.

Этим только и можно объяснить, что переселенцам, живущим от соседей на расстоянии нескольких километров, удавалась обработка под хлеб девственной почвы, очистка ее от лесных великаном и пней, постройка жилищ из гигантских толстых бревен.

Все было сделано руками соседей, собравшихся сюда за десятки верст, и притом совершенно безвозмездно.

По мере того как хозяйства у всех налаживались и переселенцы начинали заводить слуг, надобность в таких размерах помощи все уменьшалась и требовалась разве при охоте да при таких случаях массовых конокрадств и убийств, с которыми одинокому фермеру тоже справиться не удавалось.