Вправо!

Я повторил трюк с уклонением, но в точности до наоборот. Костяшки пальцев пронеслись всего в паре сантиметров от уха. Парень ошарашенно замер, ещё не до конца понимая, что произошло. И этой секундной растерянностью, свойственной всем, кто впервые видел хрономантию в действии, я и воспользовался. Я вновь рванул вперед, но теперь метя в голову. Расправив стянутые наручниками кисти, я всадил эту импровизированную клешню ему в переносицу и, не сбавляя силы, толкнул голову назад. От удара он завалился назад и со всей силы стукнулся затылком о стену. Тело парня обмякло, и он стал сползать на пол, оставляя на зелёной краске стены слабый кровавый след.

Я привалился спиной к стене и выдохнул. Я жив! И я победил! И последнее особенно удивительно. По-правде сказать, подсознательно я ни секунде не верил, что всё получиться. У меня было два варианта: пытаться хоть-что сделать, чтобы спастись; либо начать жалеть себя, в страхе ожидая развязки.

На секунду мне даже показалось, что мой побег бесславно окончится в этих стенах, но боги проявили ко мне снисходительность… Или не боги. Как атеист, я делал снисхождения только для самых примитивных верований. Считать моим тотемным зверем ленивца - было пределом. Стоп, но ведь и сон тоже моя религия. Получается, что я политеист?

Боже, о чём я вообще думаю в такой момент!

Надпочечники уже вовсю работали, накачивая организм адреналином, и меня начало потихоньку трясти. Следовало поторопиться.

Я приложил ладонь к шее парня и почувствовал пульсацию крови. Славо богу жив. Вытащил из разгрузки кусачки и, проявив чудеса изворотливости, перекусил наручники. Убрав кусачки в карман, я подхватил парня под плечи бронежилета и затащил в камеру. Затем попытался стянуть с него ремень с автоматом и тут меня ждал неприятный сюрприз: на ствольной коробке, рядом с переводчиком огня, виднелось ярко-желтое треугольное гнездо. Готовясь к худшему, я задрал правый рукав спецовки и увидел тонкий браслет, обвивающий запястье мужчины.

Гадство! Я попытался его снять, но бестолку - место, где половинки соединялись замком, было абсолютно гладкое. Я впервые видел такую модель ограничителя и не представлял как он снимается. Но тогда винтовка и пистолет бесполезны. Без браслета я не могу их использовать. Чёртовы высокие технологии! Зачем их внедрять туда, где ценится простота и надёжность?

Немного подумав, я достал из кармана маленький баллончик с красным крестом, перевернул парня на бок и распылил на затылок эпидермальный аэрозоль - армейский препарат, который при контакте с кожой создаёт защитный слой, останавливающий кровотечение. Теплых чувств к человеку передо мной я не питал, но брать грех на душу совсем не хотелось. Даже больше - на секунду я даже испугался, что убил его. Становиться убийцей в восемнадцать, пусть даже под давлением обстоятельств, мне не хотелось. К тому же, если он выживет, то сможет рассказать, что из камеры я выбрался сам. Невидимке это, надеюсь, поможет избежать подозрений.

Вернув плиту двери на место, я пошел к камере Яманкан.

Коридор в конце разветвлялся, но мне нужно было направо… если, конечно, с пятого раза невидимка не ошиблась. Для девушки из сибирской глуши она обладала неестественным топографическим кретинизмом.

Я медленно выглянул за угол. Никого. Побега девушки они не опасались. Я подошел к двери, выглядящей в точности как моя, сдвинул ручку убирающей запоры и стал тянуть её на себя, со всей мочи упираясь ногами в пол. Как только бетонная плита отъехала достаточно, чтобы я мог проскочить, я отпустил ручку и вошёл в камеру.

Яманкан сидела там же, где её видел в последний раз и с удивлением смотрела на меня. Словно моё появление было чем-то обычным. Появись здесь четыре карлицы-балерины в нижнем белье с живыми питонами на шеях, то она, наверное, и то удивилась бы меньше.

- Ты?

Это место как-то странно действует на людей? Каждый раз, когда сюда кто-то заходит, звучит одно и тоже. Мы в сделанной наспех секретной тюрьме под студгородком. Очевидно, что круг тех, кто тут бывает весьма узок!

- Уходим. У нас мало времени. Охрана может вернуться в любой момент.

Я забежал ей за спину и стянул с рук перчатки. Под ними забелели пластиковые наручники, которые я тут же перекусил позаимствованными кусачками.

- Как тебе удалось выбраться? - спросила Яманкан, попутно разминая затекшие запястья.

- Воспользовался обаянием.

- С твоим обаянием, тебя могла ждать только затянутая целлофаном комната и пуля в затылок.

- Умолкни, зараза, - огрызнулся я.

Покинув изокуб, мы пробежали до конца коридора, который заканчивался сдвижной дверью с кодовым замком. От времени, кнопки почти стерлись, но это было не важно - сама дверь была из металла.

- Твой выход, - я обернулся к Яманкан.

Она подошла к двери и, приставив палец к подбородку, стала её изучать. А ведь я сейчас впервые вживую увижу, как кто-то, помимо меня, применяет способность! Яманкан приложила руку чуть повыше замка. По поверхности двери прошла слабая рябь, как от брошенного в воду камешка, а потом метал чуть повыше ладони стал растекаться в стороны. В появившемся отверстии стал виден оплавленный механизм замка и задвижка.

- Хм… а ты неплоха! - я невольно восхитился от увиденного.

- Надеюсь сказать тоже, когда увижу и твою способность.

Ох… Когда же ты уймешься? Я более чем уверен, что когда ты узнаешь, что я хрономант ты будешь приятно удивлена… А после подробного рассказа о способности - уже весьма разочарована. Будь благодарна, что я берегу твоё хорошее настроение!

Комната, куда мы попали, использовалась как смесь склада, мастерской и арсенала. Вперемешку вдоль стен тут стояли шкафы, токарные станки и нагромождения ящиков. В центре комнаты стоял большой верстак с недоеденным сухпайком. Из кружки с чаем ещё шел слабый пар - отсюда ушли совсем недавно. Похоже, моя ложь заставила всех подняться по тревоге и подготовиться к возможному визиту.

- Как мило, - Яманкан взяла со стола бильярдный шар с цифрой три. А потом убрала его в карман юбки, отчего тот сильно оттопырился.

Оглядев комнату, я безошибочно узнал покрытый серой краской щербатый оружейный сейф. На дверце был уже знакомый кодовый замок, но это было уже неважно.

- Яманкан, - я тихо позвал девушку и кивнул на сейф.

Поняв, что я хочу, она подошла к нему и положилу руку на металл. Уже знакомая волна и дверца стала стекать в сторону. В цели между ней и стенками показались пара прямоугольный засовов, но и они тоже стали плавиться.

Яманкан убрала руку и я открыл сейф. В гнездах стояли уже знакомые «Хеклер-Кохи», а также несколько бразильских пистолетов «Таурус». Яманкан тут же потянулась к штурмовой винтовке, но я её остановил.

- Они бесполезны, - я указал на треугольный разъем на ствольной коробке. - Это ограничители. Чтобы стрелять из них у нас должны быть идентификационные браслеты.

Смертоносность оружия перед нами ограничивалась только её площадью и весом. Внизу сейфа были выдвижные ящики, и я стал открывать их по-одному, надеясь найти браслеты. Бестолку. Только коробки с патронами и наборы для чистки. В одном из ящиков даже обнаружилось устройство для взлома бортовых компьютеров машин. Наверняка, его применяли, чтобы ночные выезды фургонов «Ростелекома» не замечали.

Взгляд остановился на самом нижнем ящике. Он был самым большим и снабжен кодовым замком. Яманкан без слов приложив палец, и весь механизм расплавился за пару секунд. Я дернул ручку и замер с разинутым ртом - на дне лежал чистенький, будто только протертый, футляр кладенца.

Я внимательно его осмотрел, но не заметил никаких ловушек или сигнализаций. Всё равно его мог использовать только эспер, так что посторонних смысла опасаться не было.

Всё еще не веря в удачу, боясь, что футляр растает миражом, я поднял его. Весил он прилично - килограмм десять, не меньше.

Я утопил кнопку на ручке. Под противный виз сервомоторов, контейнер раскрылся будто крокодилья пасть, и мне в ладонь выскользнула ружейная ложа. Своим видом кладенец напоминал короткий старинный штуцер. Только идеально белого цвета и совершенно гладкий. Под стволом у него была небольшая катушка как у удочки, а ствол заканчивался массивным конусообразным буром.