― Убить этих ублюдков.

Слова поразили Дрейвена: так странно было, что они исходили от Джейкоба, у которого была самая слабая концентрация антител, что сделало его самым послушным и добродушным из Алекси.

Дрейвен улыбнулся и кивнул.

― Всех их. Для Каллы.

― Для Каллы, ― пот и грязь на лице Джейкоба придавали ему вид молодого воина.

Эти слова эхом отозвались в мыслях Дрейвен. Для Каллы лучше быть мертвой. В лучшем мире.

Дрейвен забрался на кучу мусора, сваленного посреди заброшенного здания. Почти две дюжины смущенных и испуганных лиц смотрели на него. Каким-то образом ему удалось убедить всех пойти с ним.

― На нас будут охотиться Алекси, ― обратился он к ним. ― Мы будем вынуждены сражаться против ликанов. И у нас появился новый враг — демоны. Я не могу обещать, что кто-либо из вас будет жив через неделю. Но вы вольны уйти. Я не буду вас останавливать. Но если останетесь, нас будет больше. А в одиночку вы рискуете жизнью. Мы найдем больше себе подобных, ― он просканировал небольшую группу, ― и убьем каждого из мудаков, угрожающих уничтожить нас.

― Как? ― раздался громкий голос. ― У нас нет оружия. Мы остановились в убогом здании. Они найдут нас, Дрейвен.

― У меня есть кое-какие связи. У нас будет оружие к концу недели. Нам просто нужно залечь на дно.

― У нас денег ноль! За что мы будем питаться? Выживать?

Дрейвен узнал заговорившую девушку ― нового рекрута, которая, очевидно, еще не прошла курс выживания.

― Как тебя зовут?

Она съежилась и оглянулась на остальных.

― Андреа.

― Андреа, почему ты оставила комплекс со мной?

― Потому что… я… я слышала истории, ― ее голос стал сдержанным. ― Истории, от которых меня воротило до тошноты.

― Ты ушла, потому что доверилась мне больше, чем ему, ― Дрейвен ткнул пальцем в воздух. ― Даже с учетом шансов, сложившихся против нас, это было лучше, чем воображать себя частью тех больных историй. Я прав?

― Да.

― Тогда заткнись и слушай, что я тебе скажу.

Андреа перевела взгляд на землю и кивнула, уступая.

― Я отправляю небольшую группу на поиск еды, ― Дрейвен полез в карман и коснулся флакона с антителами Лива, который он украл, прежде чем покинуть лагерь. Чтобы купить оружие. Чтобы купить им всем шанс выиграть. ― Здесь у нас убежище, и мы можем залечь на дно, ― взгляд Дрейвена блуждал поверх вжатых в плечи голов, ища какие-либо признаки несогласия. ― Как я уже говорил раньше, вам не обязательно оставаться. Вы можете уйти.

Тишина повисла в воздухе, пока Алекси переглядывались друг с другом.

Останутся ли они? Разве он предложил что-то, чего они не могут получить сами?

Джейкоб вздернул кулак в воздух:

― Победа ― наше все!

Те же слова, что Уэйд всегда использовал в своих напутствиях. Возможно, им здесь было не место, так как Дрейвен пытался собрать собственных сторонников. Однако это сработало. Пригнутые головы повернулись к нему с глазами, полными необоснованной надежды. Чего у Уэйда не отнять: ублюдок знал, как сплотить свои войска.

Группа солдат отреклась от прошлого все теми же словами в раскатистом выкрике в унисон:

― Победа ― наше все!

***

Уэйд самодовольно сидел на постели, наблюдая, как Дэниел выводит Дженну из его апартаментов.

Полный ужаса взгляд на лице мальчика гарантировал, что он будет знать свое место, а Дженна, безусловно, никогда и ни в чем не бросит вызов Уэйду после сеанса, объектом которого она была. Она почти не сопротивлялась их игре, все время дрожала, как листик.

Надо было жестче с Дрейвеном. И с Айден, если на то пошло.

Будучи генералом Алекси, он ясно понял, как управлять ими. Как дикими животными. Апеллировать к их чувству мести было легко, а иногда и весело, но паковать их гнев в маленькие коробочки, чтобы держать их в кармане, могло оказаться сложнее. Им нужна дисциплина. Нужно знать, кто здесь главный. Их сила вдвое превышала силу ликанов. Если он не будет держать Алекси в узде, они придут, чтобы бросить ему вызов, как Дрейвен, кажется, надеялся сделать со своим дезертирством.

Надо найти этого мальчишку и сделать из него пример.

Алекси были искусны в выживании. Не зря же с первых уроков Уэйд натаскивал их всегда быть находчивыми. Никогда не зависеть от окружающих.

Из-за последних событий он поежился при этой мысли. Даже в центре пустыни Мохав эти детишки могли найти воду, особенно с возглавляющим их Дрейвеном. Единственной, кто мог превзойти изобретательную натуру Дрейвена, была Айден.

Айден.

Одна мысль о ней щекотала ему член, и он дернул тазом под простынями.

Истинный воин. Одно из его самых ценных творений. Если бы он нашел способ вернуть ее, то ни за что бы не уничтожил. Нет. Ее существование было слишком ценным. Ему придется снова взломать ее мозг, вытащить еще больше из памяти и немного изменить мотивацию.

Инстинкты и жажда мести Айден отвратили ее от Алекси. Идеальная машина.

«И она принадлежит мне».

Глава 18

Кейн внезапно проснулся и сел на постели.

«Айден!»

Колотящееся сердце тут же замедлилось при шуме воды в соседней комнате.

" Я видел ее. Ее глаза, ― он поморщился при воспоминании о дурном сне. ― Это был ночной кошмар? Или я был свидетелем нападения на нее? Она сказала, что не может вспомнить. Все казалось таким реальным».

При запахе ванили, проникшем из ванной комнаты, его веки невольно опустились, и он сделал глубокий вдох, пока не смог практически попробовать этот аромат на вкус.

Душ выключился, Кейн открыл глаза и соскользнул с постели. Потянувшись, он опустил взгляд на боксеры, и волна смущения снова омыла его.

«Что на меня нашло прошлой ночью?»

К концу недели женщина приставит кинжал ему к горлу. И все же, их стычка прошлой ночью стала проверкой ее выдержки: она не сделала того, что произойдет раньше или позже.

Но Айден как-то провоцировала зверя, растущего внутри него.

Дверь, ведущая на лестничную площадку, щелкнула, качнулась внутрь, и Аннабель появилась, как обычно, с подносом в руках.

― Черт!

Кейн подхватил брюки с пола, чтобы прикрыть нижнюю часть тела.

― О, боже! ― с игривой улыбкой на лице воскликнула Аннабель.

Открылась дверь из ванной, и наружу вышла Айден, одетая в халат и вытирающая полотенцем волосы. Ее взгляд переместился влево-вправо: на лицо Аннабель и на Кейна, прикрывающего трусы. Она взглянула на свой халат, и Кейн заметил румянец на ее щеках.

― Аннабель, ― сказал он, ― это… не то, что…

― Ой, мне так жаль вас прерывать, ― не удержала Анна короткого смешка, ставя поднос на тумбочку.

― Анна, серьезно, мы ничего не делали, ― Айден плотнее затянула завязки своего халата.

― Не нужно ничего объяснять, мисс, ― но застенчивая улыбка подсказывала обратное, пока Аннабель ковыляла к двери быстрее, чем когда-либо видел Кейн.

― Отлично, ― Айден бросила расческу на стул. ― Мы будем к концу этого чертова дня на страницах желтой прессы. Ты хоть представляешь, сколько дерьма выльют на меня парни? И это ты во всем виноват!

― Я? Это ты решила принять здесь душ. Разве в этом дворце нет еще одной ванной где-нибудь в одной из пятидесяти комнат?

У нее дернулся уголок глаза.

― На что ты намекаешь? Что я принимала душ здесь для того, чтобы устроить для тебя пип-шоу?

― Я не предполагал ничего подобного, ― говоря, Кейн вскинул открытые ладони. ― Я просто думаю, что это немного странно: ты решила принять душ в моей ванной. Вот и все.

― Твоей ванной? Ты чувствуешь себя здесь как дома?

― Вовсе нет. Я и не мечтал устраиваться поудобнее. Это может расстроить ледяную принцессу. А мы же не хотим, чтобы она расстраивалась.

Она прищурила глаза.

― Ты меня достал!

― Катись к черту.

Ее руки метнулись к бедрам.

― Я в аду с тех пор, как появился ты.

Выражение лица Кейна смягчилось усмешкой.

― Думаю, ад распахнул для тебя двери давным-давно, детка.

― Ты смеешь называть меня ребенком, грязный волк?

― Ликан.

Она наклонилась вперед.

― То же самое, дебил.

Кейн тоже наклонился к ней.

― На самом деле, не так. По словам Аннабель, оборотни могут превращаться в любое животное.

― Значит, вы с Аннабель начали болтать по душам, да? ― она отвернулась от него. ― Побереги дыхание, она не будет плакать, когда я вырву тебе горло.

― О, теперь ты собираешься вырвать мне горло? На днях ты планировала отрезать мне голову, ― он изобразил усмешку. ― Так к чему же мне готовиться в знаменательный день?

Айден застонала.

― Боже, ты заставляешь меня хотеть… прибить кого-нибудь.

― Ага, забавно, я никогда не был жестоким человеком, пока не встретил тебя. И вдруг понял, что ты чувствуешь.

Тон ее голоса стал вызывающим.

― Так сделай это.

― Что «сделай»?

― Попробуй убить меня, волк, ― кивнула она. ― И посмотри, что произойдет.

― Я бы и не подумал ударить женщину.

В глазах Айден замерцало раздражение. Она сгибала и разгибала пальцы.

― Очень плохо, потому что эта конкретная женщина постоянно думает, как тебе врезать! ― она схватила расческу со стула и швырнула ее.

Прямо в голову Кейна.

Негромко хмыкнув, Кейн поднял руку к виску, где из небольших порезов от металлических зубьев засочилась кровь.

― Детский сад.

Прилетевший из ниоткуда кулак Айден врезался ему в челюсть. Его голова дернулась, и рычание вырвалось из горла, а изменившаяся картинка предупредила, что глаза закатились.

Она усмехнулась, подманивая Кейна жестом.

― Вот так. Давай, поймай меня, ликан.

Что-то внутри Кейна потекло, как электрический ток, и взорвалось, выпуская прилив чистого адреналина.

«Голоден».

Он дернулся вперед.

Ее нога взмыла так быстро, что он едва успел осознать удар в живот.

Она последовала за ним и нанесла в грудь еще один удар, который отправил его в полет через кровать.

Прыгнув сверху, она оседлала его тело. Ногти впились ему в руки, удерживая их по обе стороны головы.

«Черт, да».

Ее сила была невероятной. Из-за этого животное внутри него жаждало разорвать ее на куски, чтобы упиваться победой, победой над ней.