― Ты разрушил семьи, больной сукин сын!

― Всего несколько жертв. Для всеобщего блага.

На этих словах Айден осенило.

― Вот, чего ты хотел все это время. Ты заставлял нас убивать ликанов не для того, чтобы избавиться от них. Ты заставлял нас убивать мятежные стаи, не так ли? Те, что отказались присоединиться к тебе?

― Ты всегда была умной девочкой, Айден. И вообще, какое это имеет значение? Вам нужно было выпускать пар и убивать волков. Ничего страшного.

― Ничего страшного? Грязный гребаный предатель! ― она потянула свои путы.

Уэйд сделал рукой знак, и большой грязно-серый волк ударил Кейна когтями по лицу.

― Нет, ― Айден свернулась калачиком на боку, извернувшись в цепях, безмолвная мольба застряла в горле.

― Что такое? Кажется, я не единственный, кто связался с врагом, ― он склонил голову набок. ― Любишь этого ликана?

Губы Айден поджались, по щеке скатилась слеза.

― Отвечай, или я позволю им прикончить его прямо здесь и сейчас, ― сказал он, держа руку поднятой, готовый отдать приказ. ― Любишь этого волка?

― Да. Люблю.

Удар кулака пришелся Айден на щеку. Уэйд со всей силой обрушился на ее челюсть сокрушительным ударом, впечатывая девушку в стол. Она зажмурилась и проглотила боль.

― Ты бы пожертвовала собой ради него?

Она знала по опыту, что молчание взбесит его, и это подтвердилось, когда еще один удар пришелся по щеке.

― Пожертвовала бы? ― взревел Уэйд.

Она ясно понимала: Уэйд хотел ее тело с самого первого дня. То, как он смотрел на нее, как прикасался. Когда она отказала, это свело его с ума.

Если она подчинится, он жестоко накажет ее. Будет играть с ее разумом так, что разрушит навсегда. Как только она войдет в его покои, возврата не будет.

Но она пожертвовала бы всем.

― Да, ― ответила она.

Будто эти слова были связаны с электрическим разрядом между его ног, бедра Уэйда рванулись вперед, ухмылка исказила губы.

Она сыграла неправильно — он никогда не отпустит Кейна.

― Ну, это, бл*, херово, да? Что за чертово стокгольмское дерьмо ты пытаешься вытянуть? Я годами тебя тренировал, чтобы ты могла сражаться, подбирал за тобой дерьмо и драил гребаный унитаз. Где, черт возьми, я ошибся? ― Уэйд покачал головой. ― Ты что, забыла, что они с тобой сделали, ― он придвинул к столу поднос с инструментами. ― Хорошо. Тебе повезло. Так уж получилось, что у меня есть для тебя подарок, дорогуша. Раз уж ты стала такой охуенно сентиментальной, гоняясь за волками при лунном свете, может быть, я смогу помочь тебе немного освежить память, ― он потер подбородок. ― Адские колокола, Айден. Ты же знаешь, я ненавижу это дерьмо в стиле плохого парня, ― он взмахнул рукой. ― Но если я позволю тебе выйти сухой из воды, остальные начнут якшаться с этими ублюдками-ликанами. Черт побери, не успею я оглянуться, как стану заправлять чертовым заводом по производству щенков, ― он ткнул в нее пальцем. ― К счастью для тебя, я верю в силу разума. А его можно сломать, ― Уэйд резко наклонился над ней. ― Что скажешь, ― прошептал на ухо, ― мы увидим, как легко ты сломаешься, когда наконец встретишься с тем, кого искала все это время.

Сердце Айден забилось в бешеном ритме, когда рыжий, почти красный, волк вышел из группы. Его свирепая пасть исказилась в том, что, она могла только предположить, было улыбкой.

И наклонился к ней.

Знакомое ощущение просочилось в ее кости.

«Убивай».

Она потянула за цепи.

" Уничтожай».

Ее руки напряглись, мышцы натянулись, челюсти сжались, добавляя боли к той, что уже была от удара Уэйда.

Ликан добрался до нее, и Айден потеряла над собой контроль.

Она, с горящими золотом глазами, извивалась, пытаясь вырваться из пут.

" Убивать. Убивать. Убивать».

Ярость пронзила кожу, как тысячи игл.

Она дернула цепи, перекинутые через живот. Чем ближе волк подходил к ней, тем сильнее охватывало безумие. Он потянулся к ее руке, провел когтями по коже, оставляя открытую рану. Не чувствуя боли, она боролась против этого прикосновения, пока воспоминания не заполнили разум, и она не отключилась.

***

Фигура, стоящая в дверях кухни, приблизилась. Человек. Ее руки дрожали, все еще сжимая мясницкий нож. Он спасет меня?

Мужчина был крупным, мускулистым, но грузным, с толстым слоем жира, нависающим над брюками. Униформа на нем внушала доверие. Но внутренний голос удерживал на расстоянии, заставлял держать нож в руке.

Смешок заклокотал у него в горле.

Она подпрыгнула, когда его тело взорвалось ржаво-красным мехом и серебристыми глазами.

― О Боже, помоги мне, ― прошептала она.

Все вокруг почернело.

Она очнулась от сильной боли в спине, лежа лицом вниз на кухонном полу. Она попыталась приоткрыть тяжелые веки. Теплая жидкость стекала по лицу и попадала в рот. Кровь, смешанная с чем-то еще. Было больно дышать.

Голоса эхом отдавались в голове, то проникая, то исчезая из ее сознания.

«Неужели я мертва?»

Эта мысль была быстро отброшена каким-то отдаленно знакомым голосом.

― Она хоть еще жива, мать твою? Я же сказал тебе покончить с этим! Боже всемогущий! Ничего нельзя доверить чертовому волку!

Восприятие было поверхностным. Последовавшее молчание, по какой-то причине, казалось смущающим.

Она заставляла себя пошевелиться, но не смогла сделать ничего, кроме как прижаться головой к прохладному полу кухни. Топот сапог по линолеуму отдавался в барабанных перепонках, но прекратился, когда они приблизились к ее голове. Следующим ощущением стали пальцы, обхватившие основание черепа, и давление усилилось, когда ее с силой прижали к полу.

Раздался чей-то крик.

― Спокойно, сука. Я здесь, чтобы спасти тебе жизнь.

Чернота.

***

Айден глубоко вздохнула и выдернула себя из кошмара. Голос. Она узнала его.

― Я… меня не убивали ликаны. Я была… еще жива. Пока… ― ее взгляд вспыхнул золотым пламенем, когда она посмотрела на Уэйда. ― Это был ты! ― она дрожала от напряжения, пытаясь разорвать цепи. ― Я была твоей целью! Я убью тебя! Я тебя убью, мать твою!

Уэйд стоял в стороне, на его лице играла злая усмешка.

― Убьешь меня? Вряд ли, дорогуша, ― он кивнул ликану, все еще стоящему рядом с Айден.

Когти вцепились ей в шею, глубоко пробив кожу.

― Ты была в больнице за неделю до этого. Амелия Джейн. Более чем обычная домохозяйка. Если бы ты просто сидела дома и пила гребаный чай с лимоном, как все остальные, не лежала бы рядом с волком, у которого стояк от того, что он убьет тебя второй раз. Чертовы ипохондрики наших дней, отправляются в больницу из-за каждого чиха. И чего, черт возьми, ты добилась? Потеряла всю семью при нападении стаи волков. А вот это уже обидно. Старина Бобби, ― сказал он, похлопывая волка по спине, ― дал мне наводку на тебя, ну, остальное ты знаешь. Это стало мне уроком: слишком много рекламы ― это плохо. Казалось, прошла вечность, прежде чем твой папаша прекратил поиски.

Волк рядом с ней зарычал.

Айден уставился вдаль. В ушах у нее стучало. Джейн. Семья Джейн. Все знали, что с ними случилось. «Вся моя семья… изувечена в моем же доме».

Ее разум потянулся к деталям, которые она проглядела в свое время, не слишком задумываясь о семье Джейн.

― На этот раз, Боб, доведи все до конца. Подготовим ее к стиранию памяти, а когда она будет хорошей и мертвой, вернем ее новой, как чистый лист. На этот раз я не буду валять дурака, изображая хорошего парня. Вообще-то, — Уэйд кивнул в сторону Кейна, ― прикончи и ее парня тоже.

― Нет! ― вернувшись к реальности, закричала Айден на всю комнату.

Ликан приблизился к ней.

― Я убью тебя и буду смотреть, как ты горишь в аду! Давай, кусок дерьма, приди и забери меня!

Волк оскалил зубы и зарычал.

Яростный рев проник в ее сознание, парализовав.

Даже ликан остановился, будто внезапно осознав, что появился кто-то больший.

«Не волк», ― подсказывало ей что-то. Кто-то больший, более злобный.

Взмах огромной лапищи ― и волк исчез из ее поля зрения. Глаза Айден расширились, когда ликаны ворвались в дверь, которая когда-то отделяла их от людей, и приблизились к зверю с белым мехом и черными полосами.

Похожий на тигра.

В два раза больше волков, с мускулами, выпирающими на руках, груди и ногах. Этот зверь бился, царапался и отбивался от волков, которые забирались на него.

Сердце Айден бешено заколотилось.

― Кейн, ― прошептала она.

Каким-то образом он превратился во что-то другое. Больше и сильнее.

― Какого хрена? ― сказал Уэйд, и его голос был полон благоговения. ― Что это за чертовщина?

Прошло несколько минут, прежде чем он наклонился к Айден.

― Я вернусь забрать останки, как только эти животные прикончат тебя.

Она плюнула ему в лицо.

― Это был ты. Ты отдал им приказ.

― Точно, ― Уэйд стер слюну со щеки. ― И если они, ― он кивнул в сторону дерущихся зверей, ― не прикончат тебя, я сам сделаю это снова. И верну тебя, конечно, блестящую, как новую монетку.

― Можешь убить меня миллион раз, сукин сын, но я найду тебя, ― Айден произнесла сквозь стиснутые зубы. ― Выслежу, и да помогут тебе боги, когда я закончу с тобой.

Уэйд отвернулся от нее и направился к двери, но резко повернулся, когда она сухо рассмеялась.

― Эй, Уэйд, хочешь знать, что сильнее тебя и сильнее твоего проклятого колдовства?

― Что?

― Месть. Сыны Гнева, я призываю вас к мести!

В следующее мгновение цепи Айден были сорваны с ее головы.

Гэвин схватил Уэйда за шею, удерживая его прямо, пока Зик срывал оставшиеся цепи с ее рук и ног.

Зик огляделся и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

― Что здесь, ради Обсидиуса, происходит?

― Сбылась мечта идиота, ― пробормотала Айден, переключив внимание на Кейна.

Волки все еще царапались, но Кейн сбросил их. Свирепый и… божественный.

Одним ударом он отсек голову волка от туловища.

Ликаны скользили по крови, струившейся по полу морга, но все они, бросались на тигра, стоявшего в середине.

― Гэвин! ― крикнула Айден, перекрывая шум драки волков. ― Убийство ― моя прерогатива!