Организаторы шоу скомандовали смену декораций, и два недобитых единорога исчезли под перевернутой и уже очищенной от живых мертвецов сценой. Заиграла протяжная тягучая музыка, и в прямоугольник света вышел, как я сначала подумал, человек. Статный и очень бледный полуобнаженный юноша лет двадцати пяти с длинными волосами необычного чистого серого цвета. Одновременно с этим, на краях прямоугольника появились маги в темно-зеленых мантиях с символами школы "Тайти", красным кругом, в центре которого выделялась алая искра. Это были профессиональные борцы с нежитью, которые контролировали человека на арене. Юноша замер в центре, а голос ведущего шоу, прокатившийся под сводами цирка, пояснил, что это самый настоящий вампир.

Разумеется, я сразу же заинтересовался этим странным существом, да и зал, в основном, женская его половина, оживился, так как истории про любовников из этой среды, как и на Земле, в мире Кама-Нио были весьма популярны. И многие дамы мечтали о том, чтобы увидеть вампира и узнать, какова его любовь. Глупышки! Они не верили тому, что про ночных кровососов было написано в школьных учебниках для благородных девиц, а зря, поскольку умные книжки не врали. И если разобрать проблему вампиризма и посмотреть в суть, то, что мы увидим? Обычного мертвеца, который умер, но, не успев разложиться, подвергся воздействию энергетик дольнего мира и за счет этого трансформировался в монстра. Его мозг функционирует, и вампир помнит, кем он был до смерти. Однако каждое подобное существо не свободно. Оно является рабом мертвых богов и демонов иного пространства, которые требуют для своей подпитки человеческую кровь, а взамен дают вампиру силу, сверхчеловеческую скорость, регенеративные способности, быстрые реакции и способности к гипнозу. И это существо живет только до тех пор, пока получает от хозяина-кукловода энергию или, как в случае с "Тайти", подпитывается принудительно. А убить его может лишь заклятое серебро, огонь и "истинный свет", который по спектру близок к солнечному, но на нежить действует гораздо сильнее и разрушительней, чем естественный.

Что же касается любви, то вампиры не могут любить, поскольку их чувства после третьей-пятой жертвы отмирают и они превращаются в придаток своих зубов. Ну и, конечно же, секс с вампиром это нечто невообразимое и немыслимое, поскольку вместо крови у вампира некротическая жидкость черного цвета, по составу, что-то среднее между витаминным коктейлем и серной кислотой. А поскольку совершенно понятно, что для того, чтобы встал член мужчины, нужна кровь, то можно просто подумать, и задать один простой вопрос. Что наполнит член вампира, если вдруг, мертвец захочет женщину и получится некрофилия наоборот? Некротическая жидкость? Ну, допустим. И каков шанс на выживание у женщины, принявшей в себя сперму вампира, основа которой некротические составляющие? Наверное, никаких. Потому что биохимия измененных дольним миром мертвых существ, смертельно опасна для живых людей. Все логично. Но большинство женщин логикой не руководствуется. И переубедить кого-то из ослепленных своими мечтами дамочек невозможно и остается только смотреть на психоз вампиризма со стороны.

Впрочем, возвращаюсь к вампиру на сцене. Под охи и ахи, он немного полевитировал, прошелся по кромке света и тьмы и, вглядываясь в зал, продемонстрировал свои таланты гипнотизера. Он поднимал с мест женщин, и те, вскакивая с мест, рассказывали какие-то свои мелкие тайны, и рвались на сцену. Затем, против вампира выпустили трех бойцовых собак, и он порвал их в клочья, голыми руками. И наблюдая за его реакциями и нечеловечески быстрыми движениями, я был впечатлен. Но долго представление не продлилось, вскоре вампир наскучил, и после показа еще нескольких трюков, один из магов "Тайти", под протестующие крики нескольких пожилых дам, желающих поближе пообщаться с монстром, выплеснул на сцену заклинание "Истинного Света". Ночной монстр закричал, и крик его ударил по нервам. Он вопил словно человеческий ребенок, а "истинный свет", необычайно чистый, яркий и ослепительный, начал разлагать его тело, и вскоре на сцене остался только прах.

Наблюдая за этим действием, почему-то, я посочувствовал вампиру. Он хоть и монстр, но погибнуть вот так, на цирковой арене, ради развлечения толпы, это некрасиво. Видимо, сработали земные стереотипы, что не все кровососы плохие. И вспомнив про Землю, совершенно случайно, в голове всплыл кусочек песни чеченца Тимура Мацураева, которого можно воспринимать как врага, потому что он ненавидел русский народ, но который был большим талантом. Как же он там, в одной из своих баллад, про свет и восходы пел:

"Да уж, — подумал я, — понесло тебя Уркварт. А всему виной сегодняшнее зрелище. Впечатлений масса, а вечер еще не окончен, и предстоит поработать".

Зажегся свет "вечных светильников". Маги удалились. Музыка продолжала играть. Представление было окончено. Публика вставала с мест и выходила в фойе. Часть зрителей покидала цирк сразу же, но большинство оставалось на месте. По залу стали разносить напитки и закуски, люди высшего света общались и шутили, обсуждали шоу, и приветствовали хозяина цирка маркиза Бонче. Этот сухопарый и весьма подвижный сорокалетний шатен, перемещался от одной группы людей к другой и, улыбаясь, говорил о том, что через неделю будет еще одно представление и в нем снова примет участие вампир. В общем, мероприятие плавно превращалось в обычный светский междусобойчик с последующими танцами, азартными играми и развлечениями.

Князь Камай-Веш тем временем уехал, погнался за своей целью, а наша компания, оглядевшись, понемногу сместилась поближе к тусовке барона Дузеля, вокруг которого собралось около тридцати рьяных почитателей его таланта, в основном молодых девушек и парней, как и их кумир, все в белых шубках. Поэт стоял в центре круга, и готовился к выступлению, а мы, с бокалами вина в руках, прислушивались к разговорам "золотой молодежи", и ждали удобного момента, который вскоре настал.

— Господа! — Дузель поднял вверх ладонь. — Минуточку внимания! У меня родился экспромт, который я назвал "На смерть полуночного гостя", и он посвящается погибшему сегодня вампиру.

— Просим! — выкрикнул чей-то ломкий голос.

— Ждем!

— Пожалуйста!

Барон закинул левую руку за спину и гордо вскинул голову, вобрал в себя воздух, приготовился к выступлению, и тут, стоя к нему спиной, по сигналу Альеры, который смотрел за мое плечо, я засмеялся, громко и раскатисто.

Дузель сник, а его почитатели зашикали на нас:

— Господа, тише!

— Мэтр собирается прочитать свое новое гениальное творение!

Я повернулся к группе вокруг поэта-чиновника, который сливал врагам империи секретную информацию, поймал взгляд маленьких глазок барона и, кивнув в его сторону, снова хохотнул:

— Это он, что ли поэт? Да это не поэт, а так, балаганный клоун, который сплетает слова и несет полную чушь.

Поднявшаяся после моих слов словесная буря была ожидаема, точно так же как и реакции окружающих. Негодование ценителей творчества современного прижизненного классика, то есть Дузеля, интерес со стороны всех остальных, и молчаливая поддержка небольшой группы, которая придерживалась традиционных взглядов на любовь и отношения мужчины и женщины. Каждое мое слово было отрепетировано, и началась перепалка, в результате которой, барон вскипел и, растолкав юнцов, вышел ко мне.