Как оказалось, выехать из Белого Города не проблема, а вот въехать в него в темное время суток можно было только после досмотра и проверки. В тот момент сердечко у меня сильно забилось, потому что связанного бастарда не заметить было нельзя, и я приготовился к драке с патрулем городской стражи, который перекрыл нам проезд. Но в дело вступил Альера, который не растерялся, а совершенно спокойно подозвал к себе старшего в наряде сержанта, и сунул ему в ладонь пару золотых иллиров. После этого проезд был открыт, мы миновали мост, и вскоре благополучно и без происшествий добрались до одной тихой улочки и арендованной нами конюшни, в паре кварталов от дома мадам Кристины Ивэр.

Эхарт занялся лошадьми и каретой, а мы с Вираном перетащили пленника в конюшню, бросили его в один из денников, а сами быстро подсчитали добычу. Всего, в наши руки попало две тысячи иллиров и примерно на такую же сумму драгоценных камней. Вот это куш! Вот это деньги! И с ними уже можно думать о каком-то светлом будущем. На каждого из нас минимум по тысяче триста монет. По самой грубой прикидке, наше жалованье за двадцать шесть месяцев службы. Не хило, однако.

— Надо же, — пересыпая на ладонях круглые золотые кругляшки, после подсчета, сказал Виран, — впервые такую сумму в одном месте вижу. Выгодное это дело, врагов уничтожать.

— Это точно, — согласился я, и вошел в денник, где лежал уже очнувшийся Вейфель. — Только дело еще не доделано.

Я сел на табуретку перед бастардом Григов, а полукровка, открыв раскосые глаза, и оглядев полусумрак конюшни, которая была освещена всего парой ламп, посмотрел на меня и спросил:

— Ты кто?

Вскинув левую руку вверх, я обнажил свой фамильный браслет с руной Справедливость, и сказал:

— Я Ройхо. Кто именно, догадываешься?

Вейфель наклонил голову набок, шмыгнул носом и ответил:

— Уркварт, недобиток. А ведь я говорил отцу, что тебя необходимо прикончить, не смотря ни на что. А он… — бастард наклонился вперед и сплюнул себе под ноги. — Впрочем, сейчас это уже не важно. Что ты хочешь со мной сделать?

— Сначала хочу с тобой поговорить.

— А потом убьешь меня?

— Конечно, — я не стал скрывать своих намерений.

— Тогда какой мне смысл с тобой разговаривать? — Вейфель невесело усмехнулся.

— Смерть она разная бывает, сын Андала Грига. Ответишь на мои вопросы честно, умрешь быстро и незаметно, а нет, тебе будет очень больно.

— Боль это серьезный аргумент.

— Особенно для тех, в чьих жилах течет кровь дари, — добавил я.

Бастард задумался, помолчал, и произнес:

— Хорошо, я буду с тобой говорить, и расскажу тебе все, что знаю. Но у меня есть одно условие.

— Какое?

— Я хочу умереть в бою. Дай мне честную схватку один на один. Меч против меча.

— Не ожидал от тебя подобного, полукровка, — удивился я.

— Достали! — Вейфель попытался вскинуться, но веревки на руках и ногах не позволили ему этого сделать. — Всю жизнь меня попрекают родословной и непохожестью на других людей. Но я ведь не только дари, но и человек, оствер из славного и древнего рода Григов. Я прошу честную смерть, так подари ее мне!

— Успокойся, — моя левая ладонь прижала чахлую грудь бастарда, и оттолкнула его к стене. — Моему отцу графу Квентину Ройхо и матери, никто такой возможности не дал. Вы пригнали в наш замок своих гоцев и всех дружинников вместе с моей старшей родней перебили. Вот и вся ваша честь. Но я пойду тебе навстречу. Будет тебе честный бой.

— Договорились, — голос бастарда стал равнодушным и глухим. — Задавай свои вопросы.

О чем спрашивать я знал. И пока было время, старался получить от полукровки всю информацию, какую только возможно. Конечно же, это сведения о моих сестрах и братьях, о положении дел на севере и той секретной встрече, в которую я и мои товарищи сегодня ночью самым грубым образом вмешались. Вейфель, которого я вскоре развязал, отвечал достаточно откровенно. И через несколько часов у меня в голове сложилась четкая картинка того, что происходит в самом северном феодальном владении Империи Оствер, на правителя которого в последнее время свалилось очень много неприятностей, но он пока держался.

Самая главная проблема для Андала Грига, это вцепившийся в него словно клещ великий герцог Ферро Каним, который пользуясь войной на Мистире и своим положением одного из истинных хозяев империи, тайно и явно подрывает мощь и благосостояние северного герцога. Сначала, были явные удары. От имени Верховного Имперского Совета Каним приказал вдвое повысить налоги в Герцогстве Григ и отправить из этого владения на фронт три тысячи воинов. Властитель севера возражать не стал, потому что это бунт, а поэтому налоги платит аккуратно и в срок, благо, деньги в его казне имеются, а вместо своих воинов на Мистир он отправил наемников, добровольцев и крестьян, то есть, дружину сохранил и держит ее при себе.

Но помимо явных уколов, великий герцог наносит тайные. Под видом разбойников, диверсионные отряды Канима бродят по всей территории Герцогства Григ, строят базы и оборудуют схроны, подбивают крестьян и горожан Изнара к акциям неповиновения и готовят восстание. А три недели назад, один из таких отрядов, под предводительством человека, который по подробным описаниям был уверенно опознан как Рагнар Каир, в пух и прах разгромил обоз с продовольствием для приморских крепостей и разогнал две сотни герцогских дружинников. И в результате этого боя погиб один из законнорожденных сыновей Грига.

Разумеется, правитель севера, подобное прощать был не намерен и он решил сделать все, чтобы остановить диверсантов Канимов. В леса были посланы поисковые отряды, начался дополнительный набор дружинников и городских стражников, а помимо этого в столицу был отправлен Вейфель, которому предстояло через пару дней предстать перед Верховным Имперским Советом с жалобой на одного из его членов. Но без доказательств выступать смысла не было. И полукровка, через свои связи в торговой среде смог наладить контакт с одним из мелких чиновников великого герцога Канима, который имел доступ к секретной информации, и тот, за четыре тысячи иллиров, половина суммы в золоте, половина в драгоценных камнях, был готов предать своего повелителя и после этого эмигрировать заграницу.

В принципе, хоть с доказательствами, хоть без, Каниму бояться особо нечего. Однако он живет в империи не сам себе, и в случае выступления Вейфеля, да еще и с документами, которые подтвердили бы проведение его воинами диверсионных акций на территории другого феодала, ему бы пришлось бы отозвать своих бойцов с севера, дать Григу передышку и возместить его финансовый ущерб. А это потеря лица, и как следствие, небольшой толики влияния. И все бы могло сложиться для полукровки и его отца вполне неплохо, если бы не я. Впрочем, вместо меня, разрушить их планы могли бы тайные стражники "Жала Канимов".

Такие вот дела на севере. Но это не все, что донимает Андала Грига. Помимо военных расходов, посылки дружин на фронт и налетов "разбойников", у него во владении появились еще две напасти. Старые, про которые большинство жителей герцогства уже стали забывать.

Одна, это пираты Ваирского моря, которые последние двадцать лет, после того, как мой кровный дедушка Игна Ройхо разгромил их, не тревожили имперское побережье. Ранней весной этого года, десант с двух кораблей, высадился в тридцати километрах от моего родового замка, провел дерзкую разведку вглубь территории герцогства, разорил пару деревень и с добычей беспрепятственно ушел в море. Коль так, то, наверняка, вскоре они снова нагрянут, и с гораздо большими силами.

Другая напасть, племена нанхасов, северных кочевников, которые начали миграцию с северо-востока материка Эранга на северо-запад. По зиме, три сотни лихих воинов на оленях, как ездовых, так и гужевых, атаковали один из окраинных герцогских замков. И хотя наглых дикарей отбили, как и пираты Ваирского моря они обязательно вернутся.

Вот и получается, что неприятности пролились на голову почти столетнего герцога проливным дождем, который предвещает ливневый паводок. И если с каждой отдельно взятой бедой Андал Григ мог бы справиться, то со всеми вместе и разом, это сделать проблематично. Так что, как ни крути, ему необходимы союзники, и дополнительная задача Вейфеля состояла в том, чтобы после выступления перед Верховным Имперским Советом, попросить аудиенцию у великого герцога Витима. И во время этой встречи, намекнуть ему, что Андал Григ готов признать себя вассалом правителя столичного региона.