Раскаленные щипцы? Дыба? Горящие угли? Электричество? Судя по отекшей морде того "барбоса", который возил Акелу, глухое Средневековье для него не в новинку. Боль, сама по себе не страшна. Избавится от боли - не проблема. Можно усилием воли просто отключить периферийные болевые рецепторы, и тело потеряет чувствительность полностью. Если источников боли будет слишком много, нервная система просто не выдержит нагрузки и перегорит. Что будет? Болевой шок, судороги, остановка сердца и летальный исход. А что вы хотите? Человек слаб не только когда ему суют взятку. Он слаб сам по себе. Вот и парадокс: боль, которая предназначена для сигнализации о том, что где-то в организме что-то не в порядке, что пора задуматься о том, как себя любимого спасать и лечить, сама по себе может стать причиной смерти. С этим вроде разобрались. Помучиться у меня не выйдет. Просто сдохну. Не сразу, конечно, сначала помучаю доморощенных палачей. Пусть удивляются, почему это Егерь не захлебывается в утробном вое, а лежит и с интересом наблюдает, как ему отпиливают ногу ржавой пилой. С другой стороны, неплохо было бы потянуть время, оставаясь в добром здравии. А вдруг Свита сработает как надо? Не могли же Желтый с Оранжевым банально прозевать мое исчезновение? А если и прозевали, то как быстро они просекут, что меня нет рядом? Минут десять-пятнадцать. За это время меня могли перевезти черт знает куда. Хотя, если честно, по моим ощущениям, никуда мы с Иваново не улетели. Уровень гравитации. Не то, что я могу измерить гравитацию планеты с точностью до одной десятой метра в секунду за секунду. Но такие ощущения меня подводят редко. Итак, предположим, мы на Иваново. Что это меняет? В общем - ничего. "Черные волки" сварганили себе базу на славянской планете, причем, совершенно легально. Притащили меня. А не могли они нейтрализовать Желтого с Оранжевым? Нет, вряд ли. Если только Рассольник с ними не заодно! Да, нет. Не может быть... Может, но вряд ли. К тому же, Гнус намусорил бы чужой кровью так, что весь кабак отмывать пришлось бы, да и Свита в прямом нападении поучаствовала бы на славу. Плюс милиционерши! Они бы точно в обиду ни Желтого, ни Оранжевого не дали бы. Слишком много народа, слишком много свидетелей. Скорее всего, кроме меня никого не украли, а я, как всегда, только задним умом и силен. Расслабился, опять расслабился. Вот и тюкнули чем-то твердым по темечку, да и потащили в кусты. Да и зачем им остальные? Контракт у меня? У меня! Деньги у меня? У меня! Зачем им хлопот еще и со Свитой? А ты, Гнус? Как ты-то прозевал? Ты же почувствовать должен был, а не на крыс охотиться! Кто тебя теперь компотом с тараканами кормить будет?

   - Да, Акела! Задал я вам задачку. Даже и не знаю чем помочь. Вам нужно было сразу меня убить, чтобы не мучиться сейчас.

   - Ну, это никогда не поздно сделать. Все же выгоднее потолковать с вами. Сначала, во всяком случае.

   - Хорошо, давайте исходить из фактов. Отпускать вам меня нельзя. Это ясно, как божий день. Отпустите, я найду вас и камня на камне не оставлю, так что это вопрос решенный.

   - Справедливо, Егерь. Отпускать мне вас нельзя. Но могу обещать вам, что передам привет вашим родственникам, если таковые имеются.

   - Это угроза? - Я сделал страшные глаза.

   - Ни в коем случае, - замахал руками негр, - я же говорил вам, что вы мне даже симпатичны. Зачем же мне угрожать вашим родственникам?

   - Нет-нет, любезный Акела, можете угрожать им, сколько угодно. Боюсь только, они вас не очень услышат. Семьи у меня нет, родители давно умерли, а жениться я не успел. Так что, с этой стороны я защищен полностью. Однако, продолжим. Контракт вас интересует основательно. Но, как мне кажется, достаточно просто избавиться от меня, как мои работодатели немедленно обратятся к вам за помощью, если, конечно, не кинутся искать другого Егеря. Предположим, не кинутся, а если и кинутся, то не найдут. Итак, контракт ваш по определению. Теперь дальше. То, что я уже успел заработать. С этим сложнее. Во-первых, значительная часть этих денег уже потрачена. Два истребителя, один транспортный корабль, кое-какое оборудование, оружие, боеприпасы, провизия, всего и не упомнить. Конечно, кое-что легло и в кубышку, но вам до нее не дотянуться, хотя бы потому, что без меня вам ее не достать, кубышку эту. А она у меня в Княжестве, под замком, и кроме меня добыть ее содержимое не сможет никто.

   - Ну, так уж и никто? - Акела иронично улыбнулся. - Вы же человек предусмотрительный, Егерь, наверняка просчитывалась ситуация, при которой доступ к средствам обеспечивался без вашего присутствия? Ну, вдруг вы заболеете, или скоропостижно скончаетесь? С вашей-то работой?

   - Не так уж и я предусмотрителен, как видите. К тому же, из чистой вредности, пусть уж эти деньги просто пропадут, чем попадут в ваши руки. Которые меня убьют.

   - Ой, да бросьте вы этот пафос. Ничьих денег не бывает, и они часто меняют хозяев. Это нормально. А к кому они попадут после вашей смерти, вообще для вас никакой разницы. Вас-то уже не будет?

   - Ну, положим, пока я еще есть, мне не все равно. И вообще, Акела, странный у нас с вами разговор получается. Вы грозите мне неминуемой гибелью и просите, что бы я сам ее оплачивал?

   - А что в этом странного? У нас с вами не просто разговор, а деловые переговоры! - Акела даже не улыбнулся. По-моему он воспринимает это действительно, как ведение бизнеса.

   - Что получаете вы в результате этих переговоров, мне понятно. Что же получаю я, если все равно отправляюсь кормить червей?

   - Многое, Егерь! Во-первых, умереть можно по-разному. Можно умирать часами, сутками, искать смерть и не находить ее. А можно уснуть и не проснуться. Во-вторых, от того, до какой степени лояльности мы дойдем в наших соглашениях зависит, закончатся ли поиски смерти у вас быстро или растянутся на неоправданно долгий срок, независимо от предоставленной вами информации. Другими словами, покинете ли вы наш мир после того, как я получу то, что мне от вас нужно.

   - То есть, независимо от того, до какой степени я буду с вами откровенен, ваши "сотрудники" будут продолжать меня истязать?

   - Именно!

   - Зачем? - Смысл всего этого был действительно мне не очень понятен. Да, применить "форсированные методы получения информации" - абсолютно нормальная практика в условиях боевых действий. Если противник, попавший тебе в руки, знает хоть что-нибудь из того, что может помочь тебе, это лучше всего из него достать, не страдая сентиментальностью. Информация правит миром! Мне ли этого не знать?! Но зажимать яйца в тиски лишь для того, чтобы их в тиски зажать? Что бы послушать надрывные крики того, кто еще совсем недавно был человеком, а теперь превратился в визжащий комок боли, корчащийся в собственных испражнениях? Понимаю садистов, они хотя бы получают удовольствие, мучая своих жертв.

   - Зачем? Для того, что бы помочь вам сделать правильный выбор сейчас.

   - Да, перспектива, конечно, не очень блестящая.

   - Уж, какая есть. Ну что, Егерь, отдадите деньги сами или придется их из вас доставать?

   - Князь, уважаемый Акела, Князь. Потрудитесь ко мне обращаться именно так. Итак, деньги? По вашему же утверждению, независимо от того получите вы деньги или нет, вы решили подвергнуть меня допросу третьей степени. То есть, насильственному причинению боли. Сейчас я в вашей власти, но не полностью. В вашей власти только мое тело, что же касается всего остального, вашим чернозадым уродцам придется здорово попотеть, пока они смогут забрать у меня то, что я отдавать не намерен. Ваши доводы не показались мне ни логичными, ни убедительными. Потому добровольно я вам не отдам ничего. К тому же вы сделали серьезную ошибку, имея такую возможность, как банальное уничтожение, не воспользоваться ей. Полагаю, что вы не очень хорошо знакомы со структурой войск связи Славянского сектора. За Егерем всегда следует Свита, которая обеспечивает его безопасность. В условиях боевых действий, жизнь Егеря сохранить удается не всегда. Как правило, он умирает тогда, когда вся Свита уже уничтожена. Но если случилось так, что хоть кто-то из Свиты выжил, начинается кошмар. Гибель Егеря для любого члена Свиты, это символ неисполненного долга. Остановить его уже невозможно. Он будет идти по следу убийц Егеря, всю оставшуюся жизнь. Он будет убивать, убивать и убивать, пока по земле ходит хоть один человек имеющий отношение к смерти Егеря или пока не погибнет сам. Вам нужно было не воровать меня, а убить. И не одного, а вместе со Свитой. Теперь они придут обязательно, причем раньше, чем вы можете себе представить.