Малфой очень странно себя вёл. Казалось, он был под каким-то препаратом. Гермиона не удивилась, если бы выявилось, что бывший однокурсник принимает дурманящие зелья. Ведь Малфой находился практически под домашним арестом, его передвижения, как и магия, были ограничены до минимума. От такого у любого волшебника поедет крыша.

Но, вот что странно: таких явных изменений в первую встречу внимательная девушка не заметила. В Сочельник Малфой был достаточно бодр, и даже отчасти весел; шутил и сам начинал разговор, не грубил и не выказывал брезгливости по отношению к ней, коя была присуща ему в школьные годы.

Вчера же Малфой был сильно напряжён, бледен больше чем обычно, небритый, с глубокими тенями под глазами. Его зрачки были расширены, а лоб блестел от испарины. Шестое чувство подсказывало Гермионе, что здесь явно не наркотические зелья, а что-то совершенно другое.

Гермиона задумчиво перевела взгляд от окна на часы, висевшие над дверью кухни — четверть первого. Сегодня ей необходимо явиться в Министерство Магии и получить документы по делу Малфоя. Гермиона всегда была ответственной, и поэтому, прежде чем браться за задание, она была обязана, в первую очередь для себя, изучить вдоль и поперёк всё, что касалось порученного дела.

Мысленно застонав, она вспомнила, что ей придётся подписать магический пакт о неразглашении тайн дела и об ответственности за этого несносного аристократа. Когда она поставит свою подпись на этих документах, то будет не пойти на попятную или отказаться от этой работы. Глубоко вздохнув, Гермиона встала из-за стола и направилась в ванную.

Спустя полтора часа, полностью собранная как физически, так и морально, Гермиона Грейнджер нервно поправила непокорную вьющуюся прядь, выбившуюся из строгой причёски по типу ракушки, одёрнула мантию и направилась к камину.

***

В Атриуме, как всегда, было людно. Сотрудники и посетители Министерства Магии, как обычно, суетились, спеша по своим делам.

Зайдя в набитый битком лифт, Гермиона тут же была прижата к стене. Дождавшись нужного первого уровня, девушка с облегчением вышла в холл и направилась к кабинету Министра. В первую очередь ей нужно было переговорить с Кингсли. Она надеялась, что Министр отменит своё решение и снимет Гермиону с этой навязанной должности.

Жеманная голубоглазая блондинка, которая являлась секретарём Кингсли, её раздражала. Элоиза напоминала Гермионе Лаванду Браун, да упокоит Мерлин её душу. Она была такая же кудрявая, манерная и чересчур улыбчивая девица «Без царя в голове». Гермиона знала, что той безумно нравится Гарри и она постоянно искала с ним встречи. Грейнджер очень хотелось защитить своего друга от навязчивой дамочки, которая почём зря пускала по нему слюни.

Секретарша что-то разъясняла пухлому, коренастому мужчине лет сорока пяти со значком посетителя. Гермиона была рада, что воздыхательница её друга не попадалась на глаза Джинни, иначе у Мисс Элли поубавилось бы кудряшек.

Мужчина, горестно вздохнув, подобрал со стола ворох слегка мятых бумаг и направился в сторону лифта.

— Навязчивые владельцы частных лавок, что они ещё хотят. Магическое общество только приходит в себя, поэтому и повысили арендную плату. — С раздражением вполголоса проворчала секретарша, и придвинула к себе «Ведьмоплитен».

— Ой! Мисс Грейнджер! — словно только сейчас заметила Гермиону, воскликнула Элоиза. — Вы к Министру?

Гермиона слегка поморщилась от приторного голоска девушки, но, переборов себя, кивнула и улыбнулась.

— Здравствуйте, Мисс Дженкинс. Министр у себя? — Гермиона сделала шаг к двери, моля Моргану, чтобы Министр был на месте. Она не желала вести разговор о Гарри и его занятости, потому что неугомонная блондинка не упускала шанса выведать, на каких мероприятиях запланировал побывать Герой Войны Гарри Поттер.

— Да. У Вас назначено? — раскрывая колдоежедневник, спросила Элоиза.

— Да. На три часа по полудню. — Гермиону охватило волнение. Что, если Кингсли перенаправил её без обсуждения спорных моментов сразу в Аврорат для получения дела, а подписание договора поручил своему секретарю? Тогда ей точно будет не убедить главного волшебника не навязывать ей Малфоя.

Вздохнув, Гермиона искоса посмотрела на Элоизу. Секретарь пролистала несколько страниц, взмахнула волшебной палочкой, и одобрительно улыбнулась. — Проходите.

Коротко кивнув, Гермиона постучалась и прошла в кабинет.

В помещение царила прохлада и тишина; Кингсли никогда не отказывал себе в комфорте для ума и тела, поэтому комната была обставлена в чисто консервативном интерьере, лишь мелкие детали в этническом стиле определяли корни хозяина кабинета. Министр сидел за рабочим столом и сосредоточено вчитывался в какие-то бумаги. Гермиона осторожно прошла вглубь помещения и остановилась возле стола для приватных переговоров.

— Я ждал тебя, Гермиона. — не отрываясь от пергамента, монотонно проговорил он, — Присаживайся.

Грейнджер подошла к столу и села в кресло для посетителей. Она была в этом кабинете всего пару раз за всё время работы в Министерстве, и поэтому чувствовала себя неуютно, так как сразу вспоминались вызовы в кабинет МакГонагал.

— Ну что, Гермиона, готова к новой должности? — снимая узкие прямоугольные очки, спросил Кингсли, протягивая ей пергаменты. — Я ещё раз прочёл договор, который тебе предстоит подписать. Всё в рамках законодательства.

Гермиона кивнула и взяла документы. Внимательно прочитав все три листка, исписанного мелким шрифтом, Грейнджер отложила его на край стола и серьёзно посмотрела на Бруствера.

— Министр, могу ли я задать вопрос? — от волнения голос дрогнул. Для Гермионы было очень важно, чтобы Кингсли правильно её понял и пошёл на встречу. Она увидела одобрительный кивок, и продолжила: — Могу я отказаться от этой должности?

Кингсли резко вздёрнул подбородок, и пристально посмотрел на подчинённую. Гермиона выдержала взгляд тёмных глаз и продолжила, поняв, что Бруствер ждёт разъяснения причин её вопроса.

— Понимаете, Сэр, я не смогу посещать Драко Малфоя и выяснять как у того прошла неделя. Ведь мы не ладили все школьные годы, поэтому считаю, что я, всё же, не лучшая кандидатура на это место.

— Гермиона, — мягко прервал её Кингсли. — я понимаю — тебе страшно. Мистер Малфой — бывший Пожиратель смерти, чистокровный, заносчивый аристократ, одним словом — сын своего отца. Но пойми, кроме тебя никто не справиться с этим делом. Я понимаю, — с нажимом повторил Бруствер, пресекая любые возражения, — ты не сталкивалась с такой работой раньше, но, я уверен, у тебя всё получиться.

— Министр…

— Дорогая. Зная твою нелюбовь к печально известному особняку, я добился у Везенгамота одобрение появляться Мистеру Малфою у тебя дома.

— Как! Министр! Вы не имели права решать такой вопрос без меня! Я… — возмущённый румянец залил её щёки, голос сел от негодования.

— Гермиона, я со всей ответственностью гарантирую, что тебе и твоим родителям ничего не грозит. Вы будете защищены. Специальный отряд Аврората будет приставлен следить за твоим домом на расстоянии с помощью усовершенствованных следящих чар. Мистер Малфой ограничен в применении магии и знает, что ему грозит, если даже подумает о том, чтобы применить одно из запрещённых ему заклинаний.

Гермиона поняла, что вспылила и попыталась извиниться, но предательские голосовые связки не желали сокращаться. Вместо этого она, глубоко вздохнув, кивнула.

— Ты сильная волшебница, Гермиона, и поэтому я полностью в тебе уверен. Что касается обоснования моего указа для изменения границ перемещения Мистера Малфоя, то это вынужденная мера.

Кингсли на секунду замолчал и серьёзно спросил:

— Гермиона, ты ещё не подписала пакт о неразглашении, но, думаю, я могу тебе доверять? Это также в твоих интересах. — Дождавшись кивка, он продолжил:

— Драко Малфой является ценным осведомителем в деле о поимке беглых Пожирателей смерти. Ты ведь знаешь, что он прожил больше полутора лет в одном доме с Волан-де-Мортом и его свитой. Он может знать местонахождение Пожирателей. Для этого нам и нужна твоя помощь.