— Чё по поводу Министерства? — спросил один из мужчин.

Двое из компании загоготали, а Лестрейндж закатил глаза.

— Это же поместье Малфоев, Маркус. Министерство не посмеет даже приблизиться к нему.

Гермиона почти не слушала, её мелко трясло, а палочка была крепко сжата в ладони. Он здесь. В каких-то пятнадцати футах. Он убил её родителей. Она могла отомстить прямо сейчас. Конечно, этим она себя выдаст, и у неё недостанет сил, чтобы одолеть пятерых взрослых мужчин. Лысый и тот, кого Лестрейндж назвал Маркусом, не выглядели особенно сильными волшебниками, Гермиона могла бы обездвижить их.

Нет, она наверняка погибнет. Кассиус, например, казался гораздо более опасным противником. Ему потребуется от силы пара секунд, чтобы среагировать, а учитывая его прошлое в качестве Пожирателя, на пощаду рассчитывать не приходилось — этот с лёгкостью применит непростительное проклятие.

Гермиона глубоко вздохнула и подняла руку с зажатой в ладони палочкой. Гарри поймёт её, он знает, что значит испытывать жажду мести. Он поймёт, что её жертва была необходимой, если это значило смерть Лестрейнджа.

Гермиона прикрыла глаза и воскресила в памяти образ Рона, Джинни, Гарри… Они были не просто друзьями, они были настоящей семьёй, особенно в последние несколько лет. Перед глазами всплыли лица родителей, и Гермиона не могла больше ждать. Она направила палочку на Лестрейнджа, который как раз разговаривал о чём-то с одним из мужчин. С такого расстояния было невозможно промахнуться.

— Авада… — прошептала она.

— Малфою нельзя доверять, — негромко произнёс Лестрейндж, обращаясь к Кассиусу.

Гермиона замерла на середине заклинания, прислушиваясь.

— Я знаю, — кивнул Уоррингтон.

Она мысленно выругалась, отчётливо осознавая, что никак не может умереть, не узнав, что замышляет Малфой. Секундная уверенность в принятом решении испарилась, и девушка разочарованно опустила палочку — Мерлин бы побрал это врождённое любопытство!

Тем временем мужчины, ничего не подозревая о чуть было не случившейся трагедии, оседлали мётлы и поднялись над землёй. Кассиус взмыл в воздух последним, до этого настороженно оглянувшись и внимательно изучив то самое место, где стояла Гермиона. Его взгляд скользнул по «пустому» пространству, после чего он тряхнул головой и с силой бывшего игрока в квиддич оттолкнулся от земли.

*

Гермиона выждала несколько минут, прежде чем подняться в воздух на поддельной метле Виктора Крама. Она сразу свернула на восток и, лишь пролетев некоторое время в том направлении, выровняла метлу в сторону севера, чтобы ненароком не столкнуться с Пожирателями. Когда на горизонте появился первый блеск зари, Гермиона заметила под собой реку, которую упоминал Кассиус. Несмотря на то, что девушка никогда не была особенно увлечена мётлами, её богатый опыт хогвартских приключений кое-чему её научил. Она замедлила полёт и опустилась ближе к земле. Ветер успокоился, но руки Гермионы успели окоченеть настолько, что она не чувствовала пальцев и с трудом могла управлять метлой.

Заметив на окраине леса тёмные фигуры, она зависла над землёй на почтительном расстоянии, приглядываясь. Гермиона даже узнала местность: здесь останавливалась карета, когда они с Малфоем и с Элаем впервые добирались до поместья, и она поняла, что дальше последует заклинание Фиделиус.

Несколько мгновений ничего не происходило, мрачный лес стоял в гордом молчании, подёрнутый предрассветной дымкой. Вдруг земля на поляне завибрировала, и слабое золотистое свечение возникло из ниоткуда. Минуту спустя Гермиона увидела перед собой величественные очертания замка.

Не теряя времени впустую, мужчины вновь оседлали свои мётлы и пролетели сквозь луч света на территорию поместья. Гермиона последовала за ними, держась чуть выше Пожирателей и пытаясь найти оптимальный баланс между скоростью и шумом полёта, чтобы те её не услышали. Она прекрасно знала, что счёт идёт на секунды — проход через заклинание Доверия будет открыт совсем недолго.

— Давай, давай, давай, — шёпотом подгоняла она метлу.

Пожиратели уже направлялись к замку, а Гермионе оставалось пролететь около ста футов, когда края прохода начали смыкаться. Поместье стало медленно расплываться, словно растворяясь в тумане.

— Быстрее, глупая деревяшка!

*

Малфой возвышался над парадной лестницей, ведущей в замок, Пэнси стояла по правую руку от него, а Элай держался в нескольких шагах позади. Драко чувствовал себя так, как не чувствовал уже очень долгое время. Он ощущал себя настоящим Малфоем.

— Тридцать секунд, — прошептал Элай, получив сообщение об открытии заклинания Фиделиус.

— А как же ловушки между воротами и парадным входом? — взволнованно спросила Пэнси.

— Временно деактивированы, — отозвался Элай.

— Мы же не хотим, чтобы дядя Ральфи поранился, — усмехнулся Драко и добавил: — Двадцать секунд.

*

Оставалось всего пятьдесят футов, но сумрак, сгущавшийся вокруг поместья, был уже непозволительно плотным, проход сужался с каждой секундой. Гермиона наплевала на маскировку и пустила метлу на максимальной скорости.

Крыша Северной башни ещё была видна достаточно отчётливо, и девушка решила, что это лучший вариант. Каких-то двадцать футов, и она будет на территории поместья.

*

Пэнси нервно оправила мантию, когда Элай сделал пятисекундное предупреждение. В дальнем конце двора уже обозначились тёмные фигуры на мётлах, которые стремительно приближались к замку. Она насчитала шестерых.

Пэнси схватила Драко за руку, и он повернулся к ней с недоумённым выражением на лице. Она знала, что он уже сто раз пожалел, что разрешил ей остаться, но прогонять её было поздно. К тому же Малфой был не вправе принимать решение за неё.

— Их шестеро, — прошептала Пэнси дрожащим голосом. — В записке было написано, что их пять.

— Я ожидал чего-то подобного, — пожал плечами Драко. — Не бойся.

Мужчины приближались быстро и вскоре уже снижались перед главным входом, громко опускаясь на землю. Пэнси почувствовала, как Драко едва заметно напрягся, понимая, что он крепче сжал палочку. Она последовала его примеру.

— Драко, Драко… — Последний гость спрыгнул с метлы и раскрыл руки в отеческом жесте. — Рад тебя видеть.

— Дядя Ральф, — отозвался Малфой, вежливо кивая. — Ты рано.

— Ну, ты ведь сам знаешь, — начал Лестрейндж, не переставая улыбаться, — ранней пташке достаётся лучший червяк. Так что чем раньше, тем лучше.

— Только не для червя, — хладнокровно отозвался Драко.

Лестрейндж издал короткий смешок и обратил внимание на Пэнси.

— Неужели? — воскликнул он, окидывая её пристальным взглядом. — Пэнси Паркинсон!

— Мистер Лестрейндж, — вежливо отозвалась она, безуспешно пытаясь выдавить из себя улыбку — слишком сильно происходящее напоминало ей встречи Пожирателей в родительском доме.

— Отлично выглядишь, дорогая. — Он широко улыбнулся, обнажая крупные жёлтые зубы. Пэнси едва заметно поёжилась и придвинулась ближе к Драко. Лестрейндж, казалось, не заметил её реакции и повернулся к дворецкому.

— И, разумеется, Элай! Мой старый друг, всё ещё на верной службе, как я вижу?

— Как и всегда, — кратко ответил Элай с лёгким поклоном.

Несколько секунд все сохраняли выжидательное молчание. Первым его нарушил Лестрейндж:

— Ты ведь помнишь Кассиуса, Драко? — спросил он, указывая на одного из прибывших с ним мужчин.

Тот отделился от группы Пожирателей, вышел на свет, и челюсть Пэнси отвисла. Она смерила Кассиуса недоверчивым взглядом, отмечая, что он совершенно не похож на того тощего бледного парня, каким она запомнила его с последней встречи двенадцать лет назад.

Драко кивнул старому знакомому.

— Дурмстранг поменял тебя, — отметил он.

— А Хогвартс — тебя, — усмехнулся Кассиус.

— Может, уже пройдём внутрь? — предложил Лестрейндж. — Я зверски мечтаю о горячем завтраке.

Драко согласно кивнул, поворачиваясь к Элаю.

— Активируй защитные заклинания, — приказал он. — Нам не нужны незваные гости.