— Вам всем следует приготовиться к обеду, — сообщил он.

— Ах, да, к слову об обеде, — начала Гермиона, пользуясь тем, что Малфой замолчал. — Что это за бред про то, что я твоя жена?!

— Что-то ведь надо было придумать! — огрызнулся Драко.

Пэнси и Элай не участвовали в перепалке — лишь взволнованно переглядывались друг с другом, пока Малфой и Гермиона сыпали взаимными оскорблениями.

— Ты же в прямом смысле свалилась с неба прямо в руки человека, который жаждет твоей крови! — не успокаивался Малфой. — Тебе чертовски повезло, что Лестрейндж никогда тебя не видел.

— Да, но почему меня нельзя было представить как прислугу?! Или… Или ещё одну подружку-Пожирательницу?

— Не знаю! Почему бы тебе не спросить у Элая?

Все трое повернулись в сторону дворецкого, который выглядел виноватым.

— Я запаниковал, — признался он. — Лестрейндж собирался вас убить, как только вы свалились с башни. Это было видно по его взгляду.

— Он бы нас всех прикончил, — поправила Пэнси.

— Но зачем делать меня одной из Малфоев? — спросила Гермиона гораздо более мягким тоном.

— Мистера Лестрейнджа мало заботят жизнь и здоровье нечистокровных волшебников, — продолжил свою мысль Элай. — Представь я вас любой другой фамилией, он, несомненно, заинтересовался бы вашей родословной. А теперь нам нужно всего лишь придумать более-менее правдоподобную легенду о ваших родителях, и он не станет вас подозревать.

Гермиона хотела возразить, но здравый смысл заставил её промолчать. Она знала, что Элай был прав: сын Люциуса Малфоя ни за что не опустился бы до брака с полукровкой, не говоря уже о грязнокровках, и, следуя такой логике, любой должен был по определению считать её чистокровной волшебницей. Небольшая история о предках, и этого должно хватить, чтобы убедить всех в том, что она вышла из высших слоёв аристократии магического мира.

— Я до сих пор не понимаю, что Лестрейндж вообще здесь делает! — вернулась к главному вопросу Гермиона.

— Не сейчас, — произнесла Пэнси, с опаской глядя на Драко.

— Мисс Паркинсон права, — согласился Элай. — Сначала обед, потом можно будет обсудить всё остальное.

— Надо придумать её биографию, — уже спокойно сказал Малфой, хотя его лицо оставалось красным от недавней гневной вспышки. Гермиона почувствовала, как кровь внутри неё закипает от злости, когда Драко заговорил о ней так, словно её в комнате не было. — В какой семье Грейнджер родилась?

— Определённо не в британской, — сразу отбросила этот вариант Пэнси. — Лестрейндж знает все более или менее известные рода.

— Но надо выбрать семью, о которой он хоть что-то слышал, — добавил Элай. — Быть может, Моретти?

— Итальянцы? — усмехнулся Драко. — Он не раз там бывал и знает их всех.

— Банкрофты? — предложила Пэнси. — Я встречала Клариссу Банкрофт за год до её смерти. Их семья разъехалась по всему миру, ни за что не поверю, что Лестрейндж может знать их всех.

— С ними всё слишком запутанно, — покачал головой Элай.

— Может, Деверо? — вдруг предложил Драко. — Старинный французский род.

— Семья Эдварда Деверо? — уточнил Элай.

Драко утвердительно кивнул:

— Они пропали из поля зрения после падения Тёмного Лорда и покинули Францию. Сейчас они в Бельгии и почти ни с кем не контактируют.

— Должно сработать! — обрадовалась Пэнси и с облегчением повернулась к Гермионе.

Элай тоже был удовлетворён выбором. Он засунул руку в карман и выудил оттуда золотые часы на цепочке.

— Вам действительно уже пора собираться.

Драко нахмурился и окинул Гермиону оценивающим взглядом:

— И что она наденет?

— Вообще-то я стою перед тобой! — произнесла она сквозь сжатые зубы, не выдержав всеобщего игнорирования.

— Как раз об этом я пытаюсь забыть, — огрызнулся Малфой.

— Осмелюсь предложить парадную мантию вашей матери, — осторожно произнёс Элай. — Они одного роста.

Гермиона внимательно следила за тем, как Драко напрягся, после чего весь его гнев словно куда-то испарился. Малфой выглянул в окно на сад, но почти сразу вернулся в прежнее раздражённое состояние.

— Нет, — наконец холодно произнёс он. — Мать была гораздо стройнее. Грейнджер ни за что не влезет в её одежду.

Рот Гермионы был уже наполовину раскрыт, чтобы выдать язвительный ответ, когда она почувствовала на запястье тёплую ладонь Элая, который пытался её успокоить.

— Можно зачаровать мантию, — предложил он.

— Я сказал нет.

— У меня полно одежды, — вклинилась Пэнси. — Она вполне может позаимствовать парочку нарядов.

— Отлично, — коротко бросил Драко, затем резко развернулся и скрылся за одной из дверей, за которой, по прикидкам Гермионы, должен был располагаться огромный гардероб.

Комментарий к Глава 19. Выдумка. Часть первая.

АННОТАЦИЯ к следующей части: Обед с Пожирателями обещает быть занимательным…

Глава 19. Выдумка. Часть вторая.

— Твоего деда звали Эдвард Деверо, — наставляла Пэнси, стоя за дверью ванной комнаты.

— Ага, — рассеянно отозвалась Гермиона, пытаясь сообразить, как надевается платье, великодушно пожертвованное Паркинсон.

— Он умер молодым, и твоя бабка самостоятельно растила твоего отца, пока её не прикончила кучка грязнокровок… Ой, прости… Маглов. Но вообще тебе бы стоило привыкнуть к слову «грязнокровки», если учесть, с кем нам предстоит обедать.

Гермиона повернулась спиной к зеркалу, чтобы получше рассмотреть позаимствованное тёмно-бордовое платье.

— А почему её убили?

— Никто точно не знает, — произнесла Пэнси через дверь. — Её тело так и не нашли.

Гермиона наконец поймала непослушную лямку и завязала на шее бантик, призванный удерживать платье от создания потенциально неловкой ситуации. Справившись с нарядом, девушка уже внимательнее прислушалась к рассказу Пэнси.

— Твои родители — Эдвард Деверо Второй и его жена, Констанция. Твоего старшего брата признали сумасшедшим, пока он отбывал срок в Азкабане, где он сейчас и находится, а твой младший брат всё ещё живёт с матерью.

— А мой отец погиб? — уточнила Гермиона, и слова эхом отозвались у неё в голове. Только теперь она поняла, насколько сильно события последних дней отвлекли её от личной трагедии — смерти родителей.

— Год назад, — подтвердила Пэнси. — Так что, выходит, он умер сразу после вашей с Драко свадьбы.

Гермиона не смогла удержаться от нервного смешка, услышав последнюю фразу, но быстро взяла себя в руки.

— Я готова.

Она открыла дверь и неловко переступила порог гардеробной комнаты, теребя подол платья. Оно сидело как влитое, хоть и выглядело чуть более легкомысленно, чем та одежда, которую Гермиона привыкла носить.

— А вырез должен быть таким глубоким? — спросила она, инстинктивно стараясь подтянуть платье повыше.

— Прикроешь мантией, — пожала плечами Пэнси, показываясь из-за ширмы. Сама она выбрала элегантное чёрное платье, которое при ходьбе игриво пружинило, открывая вид на острые коленки девушки. С волосами она решила не заморачиваться и просто пустила их мягкой волной по плечам.

Гермиона вдруг почувствовала свою неполноценность.

— Давай-ка приведём в порядок твои волосы, — предложила Пэнси, вытаскивая палочку.

— Неужели это так важно? — спросила Гермиона, стараясь не выдать лёгкой зависти, которую испытывала при виде Паркинсон.

— Внешний вид является ключевым для чистокровных семей, — веско ответила Пэнси. — Такими вещами нельзя пренебрегать. Для неофициального обеда ты смотришься вполне прилично.

Она передала Гермионе мантию того же оттенка, что и платье, которой девушка незамедлительно воспользовалась, прикрыв замёрзшие руки и плечи. Пэнси взмахнула палочкой, выпрямляя непослушные волосы Грейнджер и укладывая их в высокую причёску. Когда с приготовлениями к обеду было покончено, она дала последнее наставление:

— Пусть с ними разговаривает Драко.

*

Девушки встретились с Малфоем в хозяйской спальне. В своей идеально выглаженной чёрной мантии он выглядел не менее внушительно, чем Пэнси. Его волосы, которые в последнее время всегда находились в растрёпанном состоянии, теперь были идеально зачёсаны назад, а кожа приобрела более здоровый оттенок, чем та болезненная бледность, не сходившая с лица Драко последние несколько дней. Гермиона вдруг подумала, что именно они с Пэнси должны быть парой…