— Как только вы выйдете из этой комнаты, — инструктировал Малфой, — Лестрейндж сможет слышать каждое ваше слово: заклинание подслушивания уже наложено.

Гермиона кивнула.

— Так что постарайся не открывать рот, — добавил Драко напоследок.

*

Они втроём подошли ко второму по размеру обеденному залу, располагавшемуся сразу за музыкальной комнатой. Драко отступил в сторону, позволяя Пэнси пройти вперёд. Она изобразила на лице подобие улыбки, которая плохо маскировала её волнение, и скрылась за дверью.

Гермиона слышала, как в зале передвигают стулья и обмениваются стандартными любезностями, после чего всё, что происходило в комнате, слилось в монотонный шум беседы. Драко на долю секунды повернул голову в сторону Гермионы и сдержанно кивнул, беря её за руку. Вместо ожидаемой грубой хватки она почувствовала лишь мягкое прикосновение прохладной ладони. Двери медленно раскрылись, и Гермиона решительно выдохнула, переступая порог уже в качестве леди Малфой.

Она уже бывала в этом обеденном зале: несколько дней назад во время завтрака — но с тех пор атмосфера там значительно поменялась. Конечно, огромные букеты свежих цветов, расставленные по углам, всё так же привлекали к себе внимание, но теперь в воздухе витало почти осязаемое напряжение. Место во главе стола было свободно, по левую сторону от него расположилась Пэнси. Рядом с ней сидел мужчина, которого Лестрейндж назвал Кассиусом, одетый в тёмно-синюю мантию. Впечатление стерильной чистоты, которое он производил, разительно отличалось от впечатления, создаваемого Лестрейнджем, который сидел прямо напротив него. В ярком освещении зала Родольфус казался даже старше, чем обычно, а под его глазами залегли тёмные круги в обрамлении паутинки морщин. Трое его дружков — Малсибер, Маркус и Гектор — сидели на дальнем конце стола. Место справа от стула, предназначавшегося хозяину дома, многозначительно пустовало.

Драко уверенно прошёл в обеденный зал и уселся во главе стола, так и не выпустив руку Гермионы, пока она не опустилась на стул по правую руку от него. Стол, как и всегда, был уставлен деликатесами, и трое дружков Лестрейнджа уже активно налегали на мясные блюда.

— Какой замечательный обед, — вежливо прокомментировал Лестрейндж с удовлетворённой улыбкой на лице.

— Элай, как всегда, превзошёл самого себя, — согласилась Пэнси. — Они, кажется, очень голодны, — добавила она с усмешкой, имея в виду троих мужчин, которые с прожорливостью волков уплетали еду.

— Воспитание — довольно сложная наука для них, — произнёс Кассиус таким голосом, словно поведение спутников его одновременно и забавляло и раздражало. — Они отказываются быть цивилизованными.

— Эй! — воскликнул один из них с набитым ртом. — Мы не жрали несколько дней!

Лестрейндж закатил глаза, но предпочёл оставить эти слова без внимания.

— Ну же, Кассиус, — мягко произнёс он. — Уверен, существует множество других тем, которые можно обсудить за трапезой.

Родольфус перевёл взгляд на Гермиону, и она неуютно поёрзала на стуле.

— Кажется, Драко задолжал нам официальное знакомство с его прекрасной женой, — добавил он.

Малфой вежливо улыбнулся:

— Разумеется. Гермия, это мой дядя — Родольфус Лестрейндж. Он был женат на сестре моей матери.

— Приятно познакомиться, — произнесла Гермиона, стараясь, чтобы её голос звучал так же обворожительно, как голос Драко, и протягивая руку Лестрейнджу, который тут же прикоснулся к ней лёгким поцелуем. Когда его дыхание коснулось кожи на тыльной стороне ладони, Гермиона почувствовала, как всё внутри сжимается от омерзения.

— Дядя Ральф, это моя жена — Гермия Малфой.

— Простите мне моё любопытство, дорогая, — начал Лестрейндж, отпуская её руку, — но из какой семьи вы родом? Не припомню, чтобы нам доводилось встречаться раньше.

— Из семьи Деверо, — ответила Гермиона, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

Выражение лица Лестрейнджа немного смягчилось, а улыбка стала чуть более искренней.

— Те самые Деверо? Из Бельгии?

— Единственные и неповторимые, — ответил за девушку Драко.

— Я слышал много замечательных историй про вашего деда, — продолжил Лестрейндж, обращаясь к Гермионе. — А как поживает ваш отец?

Она отвела взгляд, изображая грусть.

— К сожалению, он скончался в прошлом году. С тех пор матери постоянно нездоровится.

Родольфус как будто бы всё больше успокаивался с каждым ответом Гермионы.

— Примите мои соболезнования.

Драко тоже немного расслабился, заметив, что тень сомнения исчезает с лица дяди. Он потянулся к горшочку с супом и аккуратно наполнил свою тарелку, впервые за весь обед притрагиваясь к еде. Лестрейндж, также вполне удовлетворённый услышанным, тоже начал наполнять тарелку различными яствами, которые затем принялся поглощать со сдержанностью, поразительной для человека, фактически голодавшего несколько дней.

— Вы не могли бы передать хлеб? — попросил Кассиус, обращаясь к Гермионе.

— Эм… да, конечно.

Она аккуратно передала ему серебряный поднос с хлебом, несколько озадаченная такой неожиданной просьбой.

— Так что, вы говорите, вы делали на крыше башни? — как бы невзначай поинтересовался он, принимая поднос.

Драко издал весёлый смешок:

— Она решила, что потеряла там свой браслет, и отправилась на поиски, а вы ведь сами знаете, как скользко бывает на Северной башне зимой.

— Конечно-конечно, — кивнул Лестрейндж.

— Я слышал, ваша семья ведёт довольно скрытный образ жизни в Бельгии, — не отступал Кассиус, обращаясь к Гермионе. — Мне всегда казалось, что никто из семьи Деверо не покидал тот регион. Как же вам удалось встретить Драко?

Гермиону застигли врасплох. Она готовилась к вопросам о своей «семье», но ей даже в голову не пришло продумать историю их с Драко отношений. Наверняка были какие-то ухаживания… Если Пожиратели вообще этим занимаются. Они с Малфоем должны были ходить на свидания? Или, может, Люциус и Нарцисса сами выбрали ему подходящую партию?

— Драко просто замечательно рассказывает эту историю, — улыбнулась Пэнси, вклиниваясь в разговор.

— Зачем же так обижать Гермию? — отозвался Лестрейндж, окидывая Пэнси подозрительным взглядом. — Уверен, она может рассказать об этом не хуже Драко.

Гермиона невольно повернулась к Малфою, но он лишь мягко кивнул, ничем не выдавая своего волнения.

— Давай, — подбодрил он.

— Ну что ж… Эм… После того, как моего брата отправили в Азкабан, родители решили, что будет безопаснее покинуть Францию, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал также прохладно и спокойно, как у Малфоя и Пэнси.

— Мудрое решение, — согласился Лестрейндж.

— Они переехали в Бельгию, а я решила попробовать свои силы в Англии. Пришлось переводиться в Хогвартс, на последний курс, там я и встретила Драко. Он был таким обаятельным и таким… опасным…

Мужчины за столом засмеялись. Гермиона, поначалу испугавшаяся, что допустила ужасный промах, поняла, что её слова восприняли как шутку.

— Родителям он сразу понравился, — продолжила она, решив ковать железо, пока горячо. — Но, конечно, возникли определённые препятствия вроде облавы Министерства на Пожирателей и всего остального. Когда в прошлом году всё немного успокоилось, мы поженились.

Это ведь звучало вполне убедительно, верно?

— Я всегда знал, что у тебя будет красивая жена, — одобрительно произнёс Лестрейндж, хотя его тяжёлый взгляд заставил Гермиону поёжиться. — Вот если бы только Кассиус смог найти себе кого-то, как леди Малфой, я был бы спокоен.

Кассиус закатил глаза:

— Ты же обещал не поднимать эту тему, — простонал он.

— Никто пока не привлёк его внимания, — продолжил Лестрейндж, пропустив слова Кассиуса мимо ушей. — Хотя мне кажется, что сам он пользуется популярностью у девушек.

— Даже в детстве девочки всегда крутились около него, — добавила Пэнси с улыбкой.

— Да, припоминаю, — отозвался Лестрейндж с отцовскими нотками в голосе, которые заставили Гермиону живо заинтересоваться разговором. — Интересно, была ли ты одной из них, Пэнси?